Чтение онлайн

Каждое явление во имя Культуры имеет теперь особое значение. История человечества свидетельствует, что в основе возрождения любой страны всегда лежит Культура. Осознание Культуры ведет человечество к утончению и возвышенным идеалам. Насколько материализм разрушает человеческий дух, настолько стремление к Культуре ведет к истинному прогрессу. Великое прошлое Индии, которое напитало своей грандиозной духовной культурой весь мир, является живым примером того, к каким благородным достижениям должно устремляться каждое горящее сердце.

Передавайте мои самые сердечные приветствия всем друзьям Культуры. Я желаю Вашему славному древнему городу всяческого процветания, успеха и счастья.

Сердечно Ваш.

113

Н. К. Рерих — Александру I Карагеоргиевичу

[Не позднее 14 марта 1934 г.]

Накануне моего предположенного отъезда в Югославию была получена телеграмма из Нью-Йорка о необходимости спешного выезда туда по неотложным делам учреждений. Таким образом, к моему большому прискорбию, судьбе угодно опять отложить мой приезд. Среди соображений, которые я намеревался представить Вашему Королевскому Величеству, была также идея об устройстве от государства лотереи в пользу музеев и прочих культурных начинаний. В наши трудные дни, когда именно просветительная деятельность подвергается таким денежным ограничениям, всегда вспоминается, как в Дании национальная подписка дала средства на устройство музея, а сейчас успешные результаты французской государственной лотереи еще раз обращают внимание на этот всенародный метод на пользу культуры. Особенно думаю об этом, ибо и от профессора Петковича, и от Академии в Загребе я имел письма, в которых упоминалось о желательности увеличения средств. Весь мир переживает трудные времена. И тем более Югославия должна гордиться, имея во главе такого отзывчивого монарха, как Вы, Государь. Югославский гусляр Петар Перун посвятил мне одну из своих песней[287]. Я отвечаю ему приветом всей Югославии, который будет напечатан в американской прессе. Позволяю себе при сем представить Вам, Государь, список этой песни и моего привета Югославии. Буду считать глубоко радостным для себя днем, когда удастся мне посетить так близкую моему сердцу страну Славянскую. Приношу мои горячие пожелания Вашему Королевскому Величеству о здоровье и об успехе всех Ваших славных и благих дейяний.

Публикация о встрече Н. К. и Ю. Н. Рерихов с военным министром Японии генералом С. Хаяши (май 1934 г., Токио)

114

Н. К. Рерих — Е. А. Москову

17 апреля 1934 г. Нью-Йорк

Дорогой Евгений Александрович,

Ваше прекрасное письмо от 16 апреля сейчас получено, и оно настолько зазвучало в сердце моем, что не могу не ответить Вам сейчас же. Искренно радуюсь, что Вы так близко приняли мои зовы о Культуре, и о Русской Культуре в частности. Именно, как я и говорил Вам, если тьма организована, то кольми паче должно быть лучше организовано все стремящееся к Свету.

Ваши мысли о создании Русского Института при нашем Обществе именно близки мне и всем нашим сотрудникам. Прецедентов тому так много, что было бы странно, если бы этот Институт не осуществился.

У нас существует Польский Институт Искусства и Литературы[288], существует Финское Общество[289], существует Институт для образования взрослых, существуют многие образовательные общества и кружки.

Для меня необычайно странно, что до сих пор не было именно Русского Института для выявления именно русской культуры. Потому Ваше письмо является для меня не только радостной вестью, но и долгожданной вестью.

Итак, не откладывайте в долгий ящик Вашего благого намерения, решайте Институт теперь же, освятите его в нашей Часовне Преподобного Сергия[290] и начинайте работу добрую. Вы знаете мой постоянный завет о том, что зерно даже самого могучего древа мало, а потому начинайте хотя бы с малого, но неотложно.

Будьте уверены, что и Зин[аида] Григ[орьевна] Лихтман, к которой я Вас направляю для переговоров, и все прочие члены Правления будут искренно рады способствовать этому поистине благому и нужному начинанию.

Вы, конечно, знаете, что наше главное затруднение сейчас лишь со стороны финансовой. Общее разорение Америки тяжко отразилось и на самом нашем деле, и на участниках его. Но учреждения, слава Богу, пережили этот кризис и сейчас опять на пути к выздоровлению. Говорю это к тому, чтобы у Вас не было ни малейшего сомнения в том, что кто-то жадничает для благого дела.

Поверьте, все, что возможно в наших физических пределах, будет сделано.

Кроме того, будут приложены как и Вами, так и всеми сотрудниками заботы, чтобы американские «Фаундэшен» поддержали это необходимое начинание и для самой Америки. Во всяком случае, начало Института с минимальным курсом лекций не должно вызвать никаких особых затруднений. А здоровое зерно, конечно, принесет и мощные ветви.

Лишь бы была уверенность в необходимости дел, лишь бы было терпение, качество и сердечное сотрудничество. Именно эти качества я всегда заповедаю и во всем и всюду. Они своевременно давали лучшие следствия.

Думается мне, что Вы должны принять на себя и постриг Ректором этого Института. Таково было бы мое желание. Впрочем, как всегда, предоставляю нашим ветвям и филиалам полную самостоятельность во Благе.

Хочется, чтобы Русский Институт начал работать уже с осени, а теперь же начните все нужные переговоры. На этих заседаниях оставляйте для меня какое-либо кресло, ибо в духе буду присутствовать и пошлю Вам мое самое сердечное пожелание успеха.

Осветить Русскую Культуру, сказать о ней в справедливых оценках — это значит установить еще одно великое мировое понятие.

Еще раз благодарю Вас за чудесное письмо Ваше и шлю Вам и всем будущим сотрудникам на Пашне Культуры мой сердечный привет.

Духом с Вами.

Н. Рерих.

Программа Вечера русской культуры в Харбине с участием Н. К. Рериха

115

Н. К. Рерих — Э. Лихтман

Не позднее 7 мая 1934 г.

Родная Эстер, из дневника моего Вы все знаете, как протекают дни на пароходе. Pacific не оправдал свое название[291], а температура 36 [по] Фаренг[ейту][292], вероятно, много ниже горной в Наггаре. Оставил я в N. Y. завет великодушия; надеюсь, что и Вы всячески этому посодействуете. Наверху все принесли крепкую клятву. Поистине, сейчас великое время, и все должны приложить все силы Духа. Нужно все сделать привлекательным, чтобы магнит не был ничем затемнен. Мы дошли до будущего и должны встретить его по Указу Вл[адыки]. Шлем Вам наши лучшие мысли; встретим зарю в Единении.

116

Н. К. Рерих — Г. Г. Шкляверу

20 июля 1934 г. Харбин копия

Дорогой Георгий Гаврилович,

Итак, на этих днях мы уезжаем в одну не очень продолжительную загородную поездку, почему не удивляйтесь возможным перерывам в наших письмах. Ваши письма будут ожидать здесь нашего возвращения. Очень надеюсь, что даже и в летнее время основная работа протекает интенсивно, где бы Вы ни находились. Ведь эта основная работа может быть творима в любом месте. А иногда неожиданные новые места дают и неожиданные возможности. Не знаю, было ли что-нибудь в парижских газетах на основании печатных материалов, посланных Вам через Америку. Очень интересуюсь этим, ибо всякая возможность доброжелательства к этой стране во французской прессе была бы весьма оценена, если бы она вышла бы из наших каналов. Идут многие ценные накопления, и, может быть, тот же Абданг мог бы уже устроить и второе какое-либо выступление. Мне известно, что отсюда была послана корреспонденция «Возрождению», не знаете ли о судьбе ее? Также не имеете ли новых указаний по движению Пакта Марен — Барту? С осени и здесь будет организован комитет Пакта, в который уже вошли: Н. Л. Гондатти (вероятно, председатель комитета), архиепископ Нестор, профессора Г. К. Гинс, Н. И. Никифоров и Э. Э. Анерт, М. А. Талызин, В. Н. Иванов, Э. С. Кауфман, доктор Н. Ф. Орлов, В. К. Рерих, А. А. Грызов-Ачаир (вероятно, секретарь комитета). Кроме того, надеемся осуществить Маньчжуро-Ниппонский комитет Пакта. Ввиду летнего времени удобно этот комитет пустить в действие после моего возвращения из поездки. Кроме этого комитета намечается еще несколько соответствующих общественных начинаний. Со временем Вы получите отсюда десять экземпляров книги А. Хейдока «Звезды Маньчжурии»[293]. Примите меры устроить о нем добрые рецензии: даровитый писатель А. Хейдок — наш друг.

Отнеситесь очень осторожно к выступлениям Тарас[ова]. Ведь ему было позволено устроить свою маленькую группу, но никогда я не делал его ни своим заместителем, ни представителем для иностранных групп. Он ведь, как Вы справедливо говорите, очень молод, и потому досмотрите, чтобы не произошло непоправимого вреда как для дел, так для имени, так и для Вас самих. Уверен, что у Вас происходят очень дружеские встречи с Сузуки и прочими друзьям[и]. Дружеские взаимоотношения всегда нужны, а в особенности теперь. Ценят ли поэзию Метерлинка? Даже здесь, на далекой окраине, имеются любители.