Чтение онлайн

Холод пронзил её при заключении, которое они уже обсудили. Это казалось наиболее жизнеспособным вариантом, но её нутро не могло на нём успокоиться. Они отправляли шпионов, чтобы попытаться добраться до вражеского острова на востоке, но никто не вернулся. Фэйт выследила столько тёмных фэйри, сколько смогла, пока они активно охотились на неё, пытаясь получить какое-то заверение, что поездка в Валгард сама не будет пустой тратой времени — путь, который, если он окажется неправильным, может стоить ей Рейлана.

По крайней мере, оставаясь здесь, пока они не найдут что-то, что даст им надежду на путь к нему, она тренировалась, руководила, помогала сохранять их армии сильными и неустанно разрабатывала стратегии, как вернуть Эллиум. Это успокаивало маленькую часть её быть продуктивной так, как Рейлан гордился бы, пока она не найдёт путь к нему.

"Может, нам стоит разделиться", — предложила она.

"Это не вариант", — твёрдо сказал Кайлир.

Это было слабое предложение, но она была так устала — и напугана — сделать неправильный выбор.

"Мы попробуем поохотиться на большее количество тёмных завтра для информации", — сказал Кайлир с намёком на надежду, которую она больше не могла собрать.

Она всё равно кивнула.

"Я скучаю по нему", — сказала она, осознавая ещё одно отсутствие, более постоянное, также размягчающее землю, в которой копали её собственную могилу с каждым шагом. "По обоим."

Надежное будущее, о котором она мечтала в компании своего отца, всегда было нарисовано акварелью, но теперь оно тонуло, смывая сцену за сценой то, чего никогда не будет.

Её абсолютная решимость не потерять и свою пару стала мощным подавителем этой агонии. Желание сделать отца гордым держало её активной и поглощённой планами сражений за королевство.

Кайлир разделял её горе в ощутимых волнах, когда сказал: "Я тоже."

С тех пор, как она заявила свои права, сердце Райенелла было разделено на две половины, и без Рейлана она боялась, что оно может быть навсегда потеряно.

"Я бы почувствовала, если бы он...? Я имею в виду, ты сказал, что чувствовал..."

Боги, как она вообще могла спросить его об этом? Её эгоизм заглушил мысль, но Кайлир знал, что она хотела сказать.

"Да", — ответил он. Кайлир улыбнулся, чтобы скрыть свою боль из прошлого. "Даже без завершённой связи пары, ты создавала связь с ним с тех пор, как встретила... снова", — добавил он с оттенком удовольствия. "Я чувствовал это, когда умерла Грея. С твоей связью с Рейланом, сформированной за большее время и сильнее, я не могу представить, что ты бы не почувствовала, даже будучи так далеко друг от друга."

Это было облегчение, в котором она нуждалась в её время смятения. Рейлан был жив.

"Может, нам стоит самим вернуться в Эллиум", — сказала она.

"Мы проверяли неделю назад. Его там нет."

"Остальные там."

Она наблюдала, как линии на его лице затвердели. Хотя она не упоминала Изайю, она знала, что именно он ударил его в тот момент.

"Марлоу не могла сказать мне почему, но она сказала мне, что создала Кровь Феникса для Малина, и что он планирует заставить её заколдовать остальных."

"Тогда они предатели."

Фэйт вздрогнула, но не могла винить его наблюдение.

"Её дар — тяжёлое бремя. Она часто может рисковать причинить больше вреда, чем помочь, если сделает неверный шаг с тем, что видела."

Сердце Фэйт было разорвано, доверяя своим двум друзьям, но также неся укол обиды. Она должна была увидеть их и обдумывала идею снова проникнуть в замок, но их разведчики настоятельно не советовали этого из-за сил тёмных фэйри и новых защитных мер, которые они внедрили.

Малин знал, что она достаточно безрассудна, чтобы подумать о попытке вернуться слишком рано.

"Почему Изайя не сказал мне?" — сказал Кайлир.

У Фэйт не было ответов, только мимолётное воспоминание последних слов Изайи, которые не были очень обнадёживающими.

"Скажи Кайлиру, что впервые в нашей жизни я был на шаг впереди."

Что планировал Изайя?

Они вошли в гостиницу, держа капюшоны поднятыми.

Шумное заведение уделило им мало внимания, пока они направлялись к стойке, чтобы заказать выпивку. Это было именно то, что нужно Фэйт, чтобы притупить острые края её тревоги.

У них почти не было времени глубоко поразмышлять о всём, что произошло, прежде чем они бежали из Эллиума. Кайлир был так же закрыт, как и она, эти последние недели.

"Что случилось...?" — осторожно попыталась Фэйт. "В тех камерах, прежде чем всё пошло к чертям. Зайанна заставила меня поверить, что убила тебя."

Воздух угрожал задушить её при одном воспоминании об этом горе.

Кайлир дёрнул улыбкой, гримасой боли, глядя в пропитанное элем дерево стойки бара. "Ты была права", — сказал он отстранённо, но его боль пронизывала её. "Вы все были правы. Мёртвые сердца не могут биться, и я поверил в глупое представление, что она уступит мне что-то другое."

Фэйт облокотилась на барную стойку рядом с ним. Её голова упала на его плечо.

"Честно говоря, я думаю, что она уступила."

"Тебе не нужно пытаться заставить меня чувствовать себя лучше о моём провале в суждении."

"Я не пытаюсь. Когда мы поднялись в небеса, даже сквозь мою ярость, я верила, что её истинное я проявилось в те моменты, когда мы оба готовились погибнуть. Я думаю..."

"Не надо", — мягко сказал он. "Она предала нас всех. Я не прощу этого."

Фэйт вздохнула с тяжестью печали, которую они оба несли.

Она выпрямилась, когда перед ними поставили две кружки, но, потянувшись за своей, Фэйт выгнула спину от удара тревоги при уколе в позвоночник. Кайлир прошипел с подобной реакцией на угрозу позади них. Нагло, в таком заполненном заведении. Кто рискнул бы противостоянием здесь?

"Пожалуйста, назовите своё имя и дело."

Каждый звук в комнате был полностью украден, оставив только эти слова на повторе. Слова из далёкого воспоминания. Голосом, который она будет лелеять до конца своих дней.