Чтение онлайн

— Кажется, не все довольны твоим выбором награды, — не удерживаюсь я.

— Астра знает своё место, — его ответ мгновенный и ледяной. — Как и ты должна знать своё. Наслаждайся вечером. Это не предложение, а приказ.

Музыка затихает, сменяясь более быстрым ритмом. Он не отпускает меня.

— Почему? — Вырывается у меня. Я не могу больше терпеть эту двусмысленность. — Почему все это? Платье, эта вечеринка… этот… танец. После того, что было… После того, как ты…

Я не могу договорить. «После того, как ты поцеловал меня, а потом сделал вид, что ничего не было».

Его выражение мгновенно меняется. Лёгкая игра, что была в его глазах, исчезает, сменяясь привычной холодной маской.

— Не придумывай себе того, чего нет, — его голос тихий, но каждый звук врезается в память, как лезвие. — Это была случайность. Всплеск эмоций. Не более того. Не превращай это во что-то значимое. Ты здесь, потому что я этого хочу. Танцуешь со мной, потому что я этого хочу. Запомни это.

Его слова должны ранить. Должны унизить. Но почему-то… не унижают. Потому что я вижу напряжение в его челюсти. Вижу, как его пальцы чуть сильнее сжимают мою талию. Он лжёт. Он лжёт самому себе. И это придаёт мне странную, новую силу.

— Как скажешь, владыка, — отвечаю я сладким голосом, полным фальшивой покорности. — Тогда, может, прикажешь наслаждаться дальше? Ты ведь так хочешь, чтобы я получила удовольствие от своей награды.

Его глаза вспыхивают опасным огоньком. Он понял мой вызов. Но вокруг слишком много людей.

— Разумеется, — произносит он, и мы снова погружаемся в танец.

— И знаешь, что? Я и правда начинаю наслаждаться.

Я наслаждаюсь тем, как на меня смотрят. Как женщины с завистью разглядывают моё платье. Как мужчины провожают меня взглядами. Наслаждаюсь музыкой, вкусом невероятно дорогого вина, которое нам подносят. Наслаждаюсь тем, что я – центр всеобщего внимания. Загадочная незнакомка, которую держит за руку самый могущественный человек в этом зале. Владыка тьмы!

И больше всего я наслаждаюсь тем, что вижу – для него это не просто игра. Никто не тратит столько сил и денег просто ради обычной девушки. Это что-то другое. Что? Я ещё не знаю. Но это заставляет моё сердце биться чаще, а мозг работать острее.

Он кружит меня в танце, и на мгновение его взгляд смягчается. Всего на мгновение.

— Ты сегодня сияешь, — говорит он так тихо, что я почти не слышу сквозь музыку.

— Это платье, — отмахиваюсь я.

— Нет, — он качает головой. — Не платье.

И в этот момент я понимаю, что заблудилась в самой прекрасной и опасной сказке на свете. И несмотря на страх и недоверие, не хочу, чтобы она заканчивалась.

Музыка, свет, его рука на моей талии, все это кружит голову. Но больше всего, его слова. «Не придумывай себе того, чего нет. Это была случайность». Они жгут изнутри, смешиваясь со сладким опьянением вечера.

Мне нужно прийти в себя. Остаться одной хоть на минуту.

— Мне нужно в уборную, — говорю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он кивает, освобождая мою руку. Его взгляд тяжёлый и не отпускающий.

Я прохожу через зал, чувствуя на себе взгляды, и проскальзываю в дверь, отмеченную изящной табличкой. Здесь тихо, прохладно и невероятно роскошно. Мрамор, золотые краны, огромное зеркало в позолоченной раме.

Я облокотилась о раковину, пытаясь отдышаться. В зеркале на меня смотрит незнакомка с алыми губами и горящими щеками. Я тянусь к сумочке за пудрой, чтобы скрыть следы волнения.

И тут дверь открывается.

Без стука. Быстро и бесшумно.

В отражении в зеркале возникает он. Дверь захлопывается за его спиной, и я слышу щелчок замка. Его лицо напряжено, взгляд тёмный, почти чёрный, без единого проблеска серебра. В нем нет ни капли прежней светской непринуждённости. Только голая, хищная интенсивность.

Мы смотрим друг на друга в зеркале секунду, две.

Он не говорит ни слова. Просто резко шагает ко мне, хватает за плечи, грубо разворачивает и прижимает к холодному мрамору раковины. Его губы обрушиваются на мои с такой силой, что у меня перехватывает дыхание.

— Не… не смей… — пытаюсь я вырваться, но его руки, как стальные обручи, держат меня.

Он отрывается на секунду, его дыхание горячее и прерывистое.

— Заткнись, — рычит он, и снова его губы захватывают мои, грубые, требовательные.

Я чувствую, как помада размазывается по моему лицу, по его губам. Он не целует. Он покоряет, заставляя подчиниться. Но моё сердце взбунтовалось.

Я упираюсь руками в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Мужчина не поддаётся. Его пальцы впились в мои плечи, почти причиняя боль.

И тогда во мне проснулась ярость. Чёрная, знакомая ярость, что копилась все эти недели, смешалась с обидой, с желанием, со страхом, и вырвалась наружу.

Я перестаю сопротивляться. Наоборот. Я сама впиваюсь в его губы, отвечая ему с той же дикой, животной страстью. Мой язык встречается с его, мой поцелуй становится таким же требовательным, таким же яростным.

Он издаёт низкий, хриплый стон, и его хватка меняется. Из грубой она становится… жадной. Одна его рука запустилась мне в волосы, а другая скользит вниз.

Грубо, без всяких нежностей, его ладонь сжимает мою грудь через тонкую ткань платья. От этого по телу разливается предательское тепло. Из моего горла вырывается стон, и он воспринимает это как поощрение.

Его рука рвёт вниз, подхватывая тяжёлую юбку моего наряда. Холодный мрамор у меня за спиной, а его горячее, твёрдое тело спереди. Его пальцы впились в мою оголённую кожу бедра, поднимаясь выше, к самому интимному месту, и я чувствую, как все внутри сжимается и плавится одновременно.

Он отрывается от моих губ, они скользят по моей шее, оставляя влажные, горячие следы.

— Ты видишь? — Шепчет он хрипло прямо в ухо. — Это то, чего ты хочешь. Признай это.

Я ничего не могу ответить. Только дышу, как загнанное животное, цепляясь за его смокинг, чтобы не упасть. Его пальцы уже у цели, и мир сузился до этого момента, до этого места, до этого человека, который разрушает меня и собирает заново с каждым прикосновением.

Внезапно он замирает. Его тело напрягается. Он отстраняется, его глаза метнулись к запертой двери, словно он что-то слышит. На его лице возникает гримаса ярости и… борьбы.