Чтение онлайн

Он резко опускает моё платье, поправляет свой смокинг одним чётким движением. Его дыхание все ещё сбито, но взгляд снова становится ледяным и отстранённым.

— Приведи себя в порядок, — бросает он сквозь зубы. — И вернись в зал.

Он разворачивается, отщёлкивает замок и выходит, оставляя меня одну в сияющей, холодной роскоши уборной.

Я сползаю по мраморной стене на пол, не в силах держаться на ногах. Моё отражение в зеркале похоже на размытое пятно с размазанной помадой и растрёпанными волосами.

Он снова это делает. Снова доводит до края и отступает. Снова показывает, что я для него всего лишь вещь, игрушка, которую можно взять и бросить, когда надоест.

Но на этот раз… на этот раз во мне нет смятения. Появляется ещё и осознание собственной силы. Силы, которая заставляет его терять контроль. Силы, которая живёт во мне и так же темна и опасна, как он сам.

Я поднимаюсь, смахиваю слёзы тыльной стороной ладони и смотрю на своё испачканное лицо. Затем, медленно, с холодной решимостью, начинаю приводить себя в порядок.

Дорогие читатели!

Спасибо, что прочитали эту главу! Если история пришлась вам по душе, я буду очень рада вашей поддержке — подписке, звездочке или комментарию. Ваша оценка помогает книге становиться заметнее для других.

А в награду за ваше внимание — специальный арт к этой главе! Наслаждайтесь!))

Глава 25

Мири

Я просыпаюсь с улыбкой. Это так странно и так неправильно, что я даже на секунду замираю, прислушиваясь к себе. Но нет. В груди легкое, почти воздушное чувство. Как будто я съела на завтрак кусочек облака.

Я потягиваюсь в огромной постели, и воспоминания о вчерашнем вечере накатывают волной: мерцание хрустальных люстр, звуки оркестра, вкус дорогого вина на губах и… его рука на моей талии. Твердая, уверенная. Его взгляд, который на мгновение потерял свою ледяную неприступность.

Самый яркий, самый фееричный день в моей жизни случился не в Вельдисе, не на свободе, а здесь. В заточении. С моим похитителем.

Мысль должна пугать. Должна вызывать отвращение. Но почему-то не вызывает. Потому что вчера я была не пленницей. Я была… загадкой. Женщиной. Равной.

И эта мысль рождает внутри крошечный, хрупкий росток надежды. А что, если?.. Что, если он правда видит во мне нечто большее? Что, если все это не просто жестокая игра, а путь к чему-то новому? К силе? К… нему?

Мне до боли хочется поделиться этим чувством. Выложить кому-то на плечо всю эту кашу из эмоций. Восторг, страх, смятение, эту дурацкую надежду. И я знаю, с кем.

С мамой.

Её образ встает перед глазами таким ясным, что сердце сжимается. Я представляю, как она сидит в своей теплой квартирке, уставшая, с красными от слёз глазами, и смотрит в стену. Она не знает, жива ли я. Не знает, что со мной. А я тут кружусь в вальсе и ношу платья стоимостью её годовой зарплаты.

Вина накатывает, смывая эйфорию. Я должна дать ей знать. Должна услышать ее голос. Успокоить. Сказать, что я жива. Что со мной все… как ни странно, более чем нормально.

Но как? Нортан никогда не позволит. Его правило - никаких контактов с внешним миром.

И тут в голове рождается план. Безумный, рискованный, но единственный возможный в этой ситуации.

Я жду, когда в дверь постучат с завтраком. Как обычно, это старый, молчаливый слуга с каменным лицом. Он ставит поднос на стол и уже разворачивается, чтобы уйти.

— Подождите! — Мой голос звучит чуть громче, чем нужно.

Он останавливается, поворачивается. Его взгляд пуст.

— Мне… мне надоела эта еда, — говорю я, стараясь придать голосу капризные нотки. — Я хочу приготовить что-то сама. По семейному рецепту. Это… это поможет мне чувствовать себя лучше. Спокойнее.

Я смотрю на него широко раскрытыми глазами, пытаясь изобразить тоску и наивность. Внутри всё обрывается от страха. Он не купится. Он доложит Нортанну.

Слуга смотрит на меня несколько секунд. Его лицо не выражает эмоций.

— Кухня находится на нижнем уровне. Посторонним там быть не положено, — произносит он наконец.

— Я же не посторонняя, верно? — Настаиваю я, слабо улыбаясь. — Владыка… он хочет, чтобы я… адаптировалась. А что может быть лучше домашней еды? Пожалуйста?

Я вкладываю в последнее слово всю свою надежду. Кажется, проходит вечность.

Он медленно кивает. Явно не хочет ощутить на себе гнев Нортана.

— Хорошо. Следуйте за мной.

Моё сердце готово выпрыгнуть из груди. Первая часть плана сработала!

Я иду за ним по коридорам, которые уже начинаю потихоньку запоминать. Мы спускаемся по узкой винтовой лестнице, и я чувствую запах специй, свежей выпечки и корицы.

Кухня огромная, сияющая медью и нержавеющей сталью. Здесь царит идеальный порядок. Ни души.

Слуга останавливается у одного из столов.

— Здесь вы можете готовить. Продукты в холодильниках. Не трогайте приборы на главной плите.

— Спасибо! — Говорю я, сияя самой искренней улыбкой за все время моего заточения. — Вы не представляете, как это для меня много значит!

Он кидает на меня короткий взгляд и отворачивается, чтобы проверить что-то в кладовой. Это мой шанс.

Его тёмный, простой коммуникатор лежит на краю стола, рядом с блокнотом для записей. Сердце колотится так громко, что мне кажется, он услышит его. Я делаю шаг, прикрывая собой стол, и мои пальцы сжимают холодный пластик. Я молниеносно засовываю его в складки своего платья.

— Кажется, мне нужно… принести кое-что со склада, — говорит слуга, выходя из кладовой. — Вы будете здесь?

— Да, да, конечно! — Я киваю так энергично, что голова кружится. — Я буду выбирать рецепт!

Он уходит. Я остаюсь одна на огромной кухне, сжимая в потной ладони украденный коммуникатор.

Дрожащими пальцами я активирую его. Сервер здесь, слава богам, тот же. Я набираю номер. Самый главный номер в моей жизни.

Ответ звучит почти мгновенно, после первого же гудка.

— Алло? — Голос мамы такой измученный, такой надломленный, что слёзы сразу наворачиваются на мои глаза.

— Мама… это я, — шепчу я, прижимая трубку к уху так сильно, что она больно впивается в кожу.