Чтение онлайн

После чего затянул такое:

— Мы рассердили богов, и они наслали на нашу империю суровые бедствия. К счастью, смена императора, а также обильные жертвы и ритуалы помогли. Погода улучшилась, землепашцы могут растить хлеб, а болезни сняли свою жатву и уползли обратно в подземное логово. Но мы и наш двор изрядно поиздержались, сражаясь с этими напастями. Посему я решил изменить утвержденный от века маршрут и отправиться в Тверн, ибо ваша провинция пострадала от бедствий меньше всего…

«Хрен там, меньше всего пострадала! — подумал Ланс. — Все голодные и больные к нам бежали, потому что у нас были запасы! И не из-за твоих ритуалов, тьфу, слышал я о них, как вы там женщин плетьми забиваете! А из-за Пророка, что предвидел бедствия, а также его родных и союзников, что собрали запасы и предусмотрели меры, как их справедливо распределить!»

— Правом, данным мне богами и традициями, я прошу и приказываю, — проговорил Энгеларт, — дать мне займ на девятилетний срок, на три годовых цикла… — он обвел всех взглядом, — по десять тысяч ваших «эталонов» серебра с каждой Школы или Гильдии!

Десять тысяч?!

Лансу чуть не поплохело.

Невозможная, бешеная сумма! Десять тысяч эталонов — это как десять тысяч старых империалов. На такие деньги можно… нет, ну ладно, для одного сумма бешеная, а для Школы или Гильдии — просто тяжелая. Для Главы Коннаха, однако… Ланс, конечно, не в курсе, но это как примерно годичное содержание обычной Школы — а их Школа Дуба необычная, и, похоже, проживает во много раз больше. Но и зарабатывает во много раз больше.

У главы Коннаха, наверное, эти деньги есть. И Брат Пророка об этом знает — вон какое спокойное лицо. А может быть, даже и в самой резиденции «Цапли под Дубом» имеется такая наличность?

Вот только отдаст ли Школа такую сумму? Явное же вымогательство! И не вернет Лимарис ничего через девять лет, это уж точно дураком надо быть!

Едва Ланс задал себе этот вопрос, как тут же получил ответ: вообще-то, что глава Коннах, что Гертис Коннах — отдадут. По одной простой причине: Великий мастер Орис отдал бы. Сказал бы с суровым лицом: «Император в своем праве!» — и отдал бы. А Лис и Герт оба стараются поступать так, как поступил бы Великий мастер Орис — да-да, даже Лис, при всей его хитрозамороченности!

Лансу даже будто наяву привиделось, как глава Коннах говорит ему с этой его легкой улыбкой, при которой глаза остаются невозмутимыми: «Если от хаоса и кровопролития можно откупиться серебром хоть на несколько лет — это удача! Чем дольше мы спокойно развиваемся, тем проще будет потом».

Не у одного Гертиса Коннаха при оглашении суммы лицо осталось невозмутимым — многие мастера тоже старались держать себя в руках. Однако многие, особенно из производственных Школ, не говоря уже о главах Гильдий, наоборот, загомонили, с возмущением выкрикивая: «У нас нет таких денег!», «Мы тоже потратились во время голода и эпидемии!» и даже «Пророк заставил нас отдать все наше зерно!»

— А, Пророк! — воскликнул Лимарис, вычленяя нужное слово. Он поглядел на Брата Пророка почти ласково. — Что ж, если у вас недостаточно средств, что я могу поделать, как ваш добрый господин? Я могу только предложить, чтобы Школы Дуба и Школа Цапли, известные своим богатством, покрыли недостачу за всех вас!

А вот это уже серьезно — и нечестно, нарушение и права, и обычая. Ланс представил, что будет, если абсолютно все Гильдии и Школы вдруг начнут перекладывать «долговую нагрузку» Лимариса на плечи Дубов! Весело получится.

В смысле, вот тут-то точно не получится откупиться от хаоса серебром! Будем, значит, воевать. Значит, и хорошо, что Ланс не успел нанять ту сваху и посвататься к приглянувшейся купеческой дочке.

Все в зале замолчали — явно больше от удивления.

— Я думаю, — продолжил Лимарис, — что Брат Пророка не откажется побыть моим гостем, пока вы все собираете должную сумму? — он сделал ударение на слове «должная».

Гертис в лице не изменился, Ланс тоже постарался остаться невозмутим, но все-таки вес слегка с одной ноги на другую перенес: сподручнее будет встать в боевую стойку. Он тут — единственная охрана Брата Пророка. Если не выполнит свой долг, его ни Бог-Покровитель на свой пир не пустит, ни бог-Творец в свое Царствие Небесное — и оба будут правы. Точно, хорошо, что ни одну девчонку плакать не заставит.

И вдруг голос Великого мастера Фанторна словно ударил в набат:

— Моя Школа готова дать вдвое, покрывая недостачу. Это все, что у нас есть, но в годину бедствий чиниться не пристало!

Ланс врубил внутреннее зрение на полную, поэтому отлично видел все ауры бойцов вокруг себя. И ауру Великого мастера, естественно, тоже видел. Однако выражения лица его разглядеть не мог, потому что своих обычных глаз не сводил с двух ближайших к нему — и управляющему Коннаху — императорских гвардейцев.

Чего бы это он?! Ведь он Герта даже не знал! Герт — отличный парень, который вырос в отличного мужика, и командир что надо, пусть даже внутренняя энергия у него пропала. Зато его сам Истинный Бог осенил умением творить чудеса. Однако Фанторну-то что с того?..

И вдруг еще один прорезался, явно из Производственной Школы: сам всего лишь первый ранг, но знаки мастера на одежде, и эта самая одежда вся цветами льна расшита. Школа Синего Цветка, если Ланс верно помнил — так-то он с ними почти не пересекался, в число вражеских Школ они не входили, а от дежурства на воротах откупались деньгами.

— Школа Синего Цветка также положит две тысячи сверх запрошенной императором суммы, чтобы покрыть недостачу наших менее удачливых братьев! — заявил этот человек хорошо поставленным голосом, привычным перекрикивать стук ткацких станков.

Ого!

Тут же, как раньше все наперебой просили императора об облегчении бремени, так же множество голосов начало заявлять о своей готовности дать больше, если император не сумеет собрать потребную сумму с остальных. Причем Ланс мог бы поклясться, что некоторые голоса звучали и первый, и второй раз.

Загадочно!

А вот глава Гвардейцев, стоявший за спиной императора, явно что-то понял! Лицо у него стало, как будто он уксуса напился. Он наклонился к Лимарису, у которого на губах по-прежнему застыла улыбка, и что-то ему сказал.

Губы императора шевельнулись, он так же тихо ответил Главе. Тот возразил. Император кивнул.

Тогда Лимарис поднял руку.

— Стойте, мои мастера! — воскликнул он. — Мне отрадно видеть такую солидарность среди подданных и готовность развязать кошели ради общего блага! Однако вы ведете себя так, будто опасаетесь, что я беру уважаемого подмастерья Коннаха в заложники — словно бандит с большой дороги! Это я-то, священный император! — Лимарис обвел всех благостным взором. — Ничуть не бывало! Брат Пророка, как его называют, крайне интересная личность! Он, говорят, умеет творить чудеса, и при этом мой взгляд не видит у него ни вспышки внутренней энергии — даже в той мере, которая озаряет простолюдинов. Несомненно, вы все в Тверне уже привыкли к этому за годы, мне же всего лишь любопытно поговорить с таким необычным бойцом! Опять же, я всегда интересовался Путем плюшевого мишки. Удивительное учение! Начать с того, что это крайне необычное название для культа. Не стоит так уж сильно защищать господина Коннаха!

И тут Гертис впервые громко заговорил.

— Позволено ли мне сказать, ваше священное величество?

Его голос зазвучал как на проповеди в храме — мощно и гулко раскатившись сразу по всем уголкам пустого зала. Хотя при всем при том Брат Пророка не кричал.

— Говорите! — произнес Лимарис.

— Я буду счастлив принять ваше гостеприимство и обсудить любые темы, которые вы сочтете нужным, а также исчерпывающе ответить на все ваши вопросы. Однако ваш призыв застал меня посреди срочных дел. Вы, должно быть, в курсе, что через моего брата Истинный бог даровал мне способность поддерживать людей и помогать им в горести? Пусть болезни и беды пошли на спад, в нашей больнице все еще множество больных и умирающих, нуждающихся в утешении. Моя работа для них — разница между жизнью и смертью. Прошу вас в мудрости своей разрешить мне вернуться в резиденцию и завершить дела на сегодня. После этого я готов приходить сюда каждый день и с превеликим удовольствием посвящать вашему священному величеству столько времени, сколько вы сможете мне уделить от других государственных дел. Тем более что до нашей резиденции отсюда совсем недалеко!