Чтение онлайн

Подумать только, когда-то я переживал, что безвозвратно упускаю месяц или около того раннего детства Ульна! Теперь я пропустил уже Творец знает сколько месяцев Ории — оставалось только надеяться, что она хотя бы не забыла нас с Сорой.

Особенно меня: Сора-то пару раз за осень и зиму все же наезжала в поместье и жила там неделю или дней десять. Разгребала текущие дела филиалов Цапель, которые не могли решить без нее (их было немного, но все же), а главное — проводила время с дочерью и младшим внуком. Я-то как единственный маг отлучиться не мог, но Сора уже не была уникальным специалистом. Да, она оставалась лучшим хирургом, но молодежь уверенно нагоняла. Что же касается ее навыков как диагноста и терапевта, то тот же Иэррей, после того, как усвоил и творчески переработал информацию по теории от терранских медиков, стал чуть ли не на голову выше моей супруги — просто благодаря наблюдательности и привычке обходиться малым местным инструментарием. Поэтому Сора могла позволить себе ненадолго покинуть город. Увы, этого времени тоже было недостаточно!

А ведь в этот раз мы были полны такой решимости не сваливать заботу о ребенке на чужих людей! Да, Сора права: для людей, не верящих в карму, мы с упорством, достойным лучшего применения, продолжаем влипать в одни и те же жизненные сюжеты.

Хорошо хоть, мама и Фиен стабильно отписывались из поместья, что все в порядке. Всего несколько случаев болезни, которые легко было изолировать, и ноль смертей благодаря наличию еды, лекарств и хорошему уходу.

Страшно сказать, я почти жалел, что ни в поместье, ни в одной из моих деревень не было вспышки заболевания — это дало бы желанный предлог съездить на несколько дней к семье!

При этом остальные проблемы также множились, как снежный ком. Про дефицит серебра я уже упоминал — он стал только очевиднее после того, как мы начали торговать с Малыми королевствами. Однако нас также накрывал дефицит людей. Кто-то умер, кто-то ослаб от голода, кто-то уехал на юг, кто-то переключился на что-то более прибыльное — и вуаля, у нас стало не хватать почтальонов. Я имею в виду, обычных почтальонов, а не срочных курьеров: в этой роли мы старались отправлять бойцов в ранге не ниже третьего, но использовать их труд для простого разноса писем было бы расточительно. А ведь без почтовой системы половина моих бизнесов рисковала обрушиться.

Помню, тем апрельским утром после «ночной смены» в больнице Цапель я едва не падал с ног и мрачно думал, что, кажется, я переоценил и свои возможности, и свои силы. Эта мысль не часто приходит мне в голову: мой личный опыт говорит, что почти всегда можно что-то придумать, чтобы хоть как-то улучшить положение. Но в тот момент усталый после многих недель на трех-четырех часах сна разум, уставшее от колдовства тело и даже слегка нестабильная внутренняя энергия (у меня просто не было времени, чтобы тренироваться столько, сколько нужно, и в результате энергия начала повиноваться хуже, чем прежде — неприятное ощущение!), все как будто сошлось в одной яме. Я знал, что мне надо сжать зубы и превозмочь — не ради себя, так ради Соры, Ории и матери, а также остальных домочадцев. Пусть все рушится вокруг, но если оно обрушится достаточно медленно, что-то да уцелеет, и мы в итоге сумеем начать все сначала. Но перспектива откровенно не радовала.

И в таком настроении я наткнулся в коридоре на Альиону — Сорину среднюю внучку. Девочке было четырнадцать местных лет, стало быть, примерно пятнадцать-шестнадцать терранских, и выглядела она уже почти совершенно взрослой.

— Дядя Лис! — обрадованно воскликнула она. — Дядя Лис, ура! Давайте я вас первым обрадую!

— Стой-стой, — нахмурился я. — Что ты тут делаешь? Бабушка же тебя отправила в загородную резиденцию…

— Да! — триумфально воскликнула девочка. — А я вернулась! Только что!

— Будут неприятности, — предупредил я ее спокойным, равнодушным тоном.

Сора и в бытность свою в нашем мире была достаточно жестким родителем: наши дети знали, что если папа что-то запрещает, обычно можно его уговорить, а вот если мама запретила — то все, с концами. В этом мире она стала как будто еще жестче, во всяком случае в тех вещах, которые касались безопасности детей. Хея, которой уже исполнилось шестнадцать местных, уговорила бабушку, что достаточно взрослая, чтобы остаться и помогать с учетом нехватки лекарей — и Сора, подумав, не стала спорить. Но Альиону она отослала, хоть и не в поместье Коннах — а в резиденцию Цапель, ту самую, где проводили опыты с пенициллином.

Вот уже девять лет существовала эта лаборатория, вот уже девять лет они мучили животных и снабжали Тверн кроличьим мясом, а толку все особого не было. Среди Цапель даже ходили слухи, что Сора ссылает туда девушек работать лаборантками то ли в качестве проверки характера, то ли в качестве наказания. (И это действительно отчасти было так).

— Нет! — радостно воскликнула девушка. — Никаких неприятностей! Бабушка даже обрадуется!

— Почему это? — спросил я. И тут до меня с опозданием дошло: — Вы нашли его?! Чудо-лекарство?

— Да! — радостно воскликнула Альиона, крепко меня обняла. — Мы еще не закончили испытания, но это явно оно! Бабушка была права! Уже никто не верил, а она была права! Пойду ее обрадую!

И девчонка унеслась по коридору, только светлая коса хлестнула по спине.

В тот момент я даже радости не ощутил, хотя понимал, что мир меняется снова прямо у меня на глазах. А вот что я ощутил, так это внезапную боль в ногах. Слишком много стоял? Слишком много ходил?

Мышцы бедер почти задрожали, и я буквально сполз по стене. Ладно, это внутренняя часть резиденции, никто не должен увидеть…

— Пророк?! Что с вами?!

О, моя везучесть как всегда! Это же двое четвертых рангов из числа Цапель! Вот что стоило проверить внутренним зрением, нет ли кого поблизости? Слишком привык колдовать за последние дни, слишком мало тренировался, совершенно отвык пользоваться здешними возможностями!

— Со мной все хорошо! — улыбнулся я этим двоим, девушке и парню. — Теперь все будет хорошо!

Ну, не то чтобы все, но местный тиф или не совсем тиф мы, надо думать, остановим. На Терре, помнится, эта болезнь со временем перестала быть устойчивой к природному пенициллину, но здесь бактерии пока непуганные. Слава Творцу и моей жене, которая десять лет назад начала прикладывать усилия, чтобы сегодня мы не оказались в полной заднице!

Начало июня 2 года правления Лимариса Шестого, 10 557 год от сотворения мира

В начале лета мы с Сорой все-таки оказались в поместье Коннахов. После чего я с досадой, но вполне предсказуемо обнаружил, что моя милая дочка, которая прежде бросалась ко мне, едва завидев, предпочитает общество бабушки Тильды или бабушки Айны! Кстати, замечу. Ни одна из этих тридцатилетних-с-гаком женщин не походила на бабушку. Даже сорокалетняя Тильда, которую я регулярно подлечивал и поддерживал в тонусе, и уж тем более Айна, которая была моложе подруги на несколько лет и даже без моего лечения продолжала выглядеть чуть ли не на двадцать пять. Но, в отличие от современных мне терранских молодых женщин, Тильда наличием аж двух поколений потомков откровенно гордилась и от обращения «бабушка» не шарахалась. Айна же сказала мне, что ей было неловко «набиваться» в бабушки Ории, но, поскольку она тоже скоро станет бабушкой благодаря Риде и Герту, то ничего страшного в том, чтобы получить этот почетный статус немного преждевременно, не видит.

Пришлось мне завоевывать расположение нашей дочки заново. К счастью, у Ории сохранился прежний щедрый, солнечный характер. Она легко меня вспомнила, обрадовалась, и потребовалось всего несколько часов, чтобы она снова радостно восклицала: «Папа, подкинь меня!» Или: «Папа, а я с тобой по поместью гулять?»

Кроме того, мы обнаружили, что эта безобразница уже совершенно внаглую в свои два с небольшим годика верховодит толпой старших ребят, включая «дядю» Ульна и «дядю» Бера! Этим двоим было уже девять — одному совсем, другому почти — и они уже три года занимались в Школе, достигнув даже не седьмого, а шестого ранга, чем очень и очень гордились.