Чтение онлайн

Глава 7. Дракон или человек.

Несмотря на то, что это было утро понедельника, на оглашение итогов голосования собралось едва ли не все взрослое население Города. Персифаль надеялся увидеться с членами Городского Совета заранее, и от них узнать результаты, но вскоре понял, что сделать это будет весьма проблематично. Протиснуться через плотную толпу к помосту не представлялось возможным. Да и вообще, попасть на площадь после шести утра было затруднительным. Поэтому Персифаль решил послушать оглашение итогов из своей комнаты. Все равно изменить что-то было уже невозможно, и его присутствие в момент оглашения итогов на площади вовсе не являлось обязательным. Он распахнул створки окна, а сам уселся поудобнее на подоконник. Снизу, горожане, стиснутые толпой, с завистью наблюдали за его комфортом.

Примерно в семь пятьдесят отряд стражников начал теснить толпу, освобождая проход от ворот замка к каменному помосту. По этой узкой дорожке проследовали Глашатай, Епископ, Начальник стражи, а также знатные горожане, участвовавшие в ночном подсчете голосов. Среди них Персифаль рассмотрел и своих компаньонов. Вид у них был уставший и подавленный.

Взобравшись на помост, Глашатай дождался, пока после прелюдии горниста установится тишина, и развернув свиток, начал зачитывать свое сообщение.

– Сегодня, двадцать четвертого июля, в семь часов утра комиссия из достопочтенных горожан завершила подсчет голосов, поданных за трех кандидатов на пост Главы Свободного Города во всех двенадцати районах. Комиссия единогласно постановила считать выборы состоявшимися, честными и справедливыми. По итогам голосования определился победитель. С результатом в пятьдесят один процент голосов побеждает правая голова Дракона. Средняя голова Дракона набирает сорок девять процентов голосов. Персифаль Стрэйфер, бродячий ремесленник, не получил в свою поддержку ни одного голоса.

Толпа на площади взревела ликованием. Люди поздравляли друг друга, обнимали и целовали так, словно получили самое приятное известие за всю свою жизнь. Теперь им не был страшен никакой враг. Ведь с ними снова Дракон! Защищенность, стабильность и уверенность в завтрашнем дне - вот, что они испытывали в этот момент.

Персифаль чувствовал себя просто уничтоженным. Он, конечно, понимал, что шансы на победу невелики, но что поражение будет столь сокрушительным, он никак не мог предположить. Не набрать ни одного голоса! Это был просто позор. Все усилия, которые прилагали он, Изольда и его друзья из Городского Совета, были напрасными. Персифаль на какое-то мгновение встретился своими взглядом с Длинным, и тот только развел руки, показывая, что сам удивлен результатами, но сделать ничего не мог.

На помосте Глашатая сменил Начальник стражи. Теперь уже он обращался к горожанам.

– Сограждане! Дракон намерен лично дать отпор неприятелю на рубежах владений нашего Города. Враг будет разгромлен и обращен в бегство! Мобилизация населения продолжается, но скорее всего участвовать в битве ни от кого не потребуется. Комендантский час и повышенные меры безопасности отменяются. Однако я прошу вас сохранять бдительность, ведь в Город могли проникнуть заморские лазутчики.

Горожане встретили и эту новость радостными криками и овациями. Напряжение разом спало. Люди были полностью уверены в победе Дракона. Воодушевление так и витало над площадью. Счастливые люди готовились расходиться. Начальник стражи спускался с постамента, а Глашатай сворачивая свиток торжествующе поглядывал по сторонам, о чем-то переговариваясь с Епископом. Как вдруг из затихающей толпы раздался возглас:

– Постойте, такого не может быть!

Люди начали оборачиваться, ища глазами нарушителя всеобщего энтузиазма. Им оказался Трактирщик.

– Не может быть, что за Персифаля Стрэйфера не подан ни один голос. Я голосовал за него! Должен быть хотя бы один голос!
– продолжал возмущаться хозяин "Крыльев и хвоста".

Над площадью повисла мертвая тишина, и в этой тишине то там, то тут зазвучали сначала робкие, а потом все более уверенные и громкие возгласы:

– И я!

– И я голосовал за него!

– Я тоже!

Становилось понятным, что многие горожане отдали за Персифаля свои голоса. Все, кто это сделал, считали, что они в меньшинстве, и не хотели идти против мнения большинства. Но теперь ситуация менялась стремительно. Тихий ропот растерянности прошел по рядам собравшихся. И тут еще один голос зазвучал громче остальных. Этот хриплый голос был знаком каждому горожанину с детства. Это был голос Очевидца.

– Ложь! Все ложь!

Затаив дыхание горожане слушали старца, как они это делали все последние годы.

– Всё ложь, как всегда! Всё снова повторяется. Не было никакой Великой Битвы сто одиннадцать лет назад, и не было никакой Великой Потери Головы! Тогда, чтобы победить на выборах, Дракон выдумал нашествие врагов и присвоил себе мнимую победу над ними!

Такого поворота не ожидал никто. Глашатай с Епископом замерли на помосте, открыв рты от изумления.

– А куда же делась третья голова?
– задал логичный вопрос кто-то из тех, кто стоял рядом с Очевидцем.
– Головы-то нет!

– Две головы сами перегрызли шею третьей. Во сне, - коротко пояснил Очевидец.
– Видно, одна голова - хорошо, две лучше, а три слишком много. Третья голова была постоянно не согласна с двумя другими, вот они, сговорившись между собой, и загрызли ее.

– А как же памятник героям, сложившим головы в той битве, что стоит в парке? Героев тоже не было?

– Были, - печально произнес Очевидец.
– Были. Герои, что покоятся там - жертвы тирании Дракона. Там похоронены свидетели его преступлений, которых он жестоко истребил.

Ни одно слово не подойдет, чтобы передать то, что происходило в этот момент в головах горожан. Это было больше, чем изумление. Мир разом перевернулся вверх тормашками для них. Все, во что они верили всю свою жизнь, оказалось в одночасье ложью. Тот, кого они любили и кому были готовы доверить свои жизни, выглядел теперь злодеем, преступником и лжецом.

– Почему же ты не говорил об этом раньше?!
– удивились горожане.
– И почему решил рассказать сейчас?

– Я был молод, и мне хотелось жить. И желательно жить хорошо. А теперь мне уже осталось недолго. Не хочу уходить в могилу с таким грехом на душе. Недавно я исповедался в небольшой сельской церквушке, и пастор рекомендовал мне облегчить душу, рассказав всю правду.

По щекам Очевидца текли слезы. То ли это были слезы раскаяния и стыда за годы вранья, то ли ему самому было тяжело распрощаться с созданной им самим красивой легендой, в которую поверили все. Да и он сам уже почти в нее поверил. И почти позабыл о том, какой на самом деле была правда.

Можно было бы принять слова Очевидца за старческий бред, но горожане с готовностью поверили каждому его слову, и теперь их гневные взоры были направлены на Глашатая в ожидании его пояснений.

– Мы во все разберемся!
– поспешно заверил он сограждан.
– В полдень мы подготовим и доведем до вашего сведенья информационное сообщение, в котором ответим на все вопросы.

После этих слов Глашатай, Епископ и Начальник стражи поспешно покинули площадь, укрывшись за стенами замка от всеобщего возмущения.