Чтение онлайн

Площадь бурлила и кипела страстями. Люди не спешили расходиться, делась друг с другом мнениями. За последние дни на них обрушилось больше информации, чем за весь предыдущий год. Да что там, может и за всю жизнь. Персифаль следил за происходящим из окна своей комнаты с высоты третьего этажа. Все снова происходило само собой, без его участия. Еще десять минут назад ситуация была для него совершенно безнадежной, но вдруг все круто изменилось. И опять события развивались по совершенно непредсказуемому сценарию. В толпе Персифаль увидел Трактирщика, проталкивающегося в "Крылья и хвост" и решил спуститься в зал харчевни, чтобы поблагодарить его.

– Сердечно благодарен вам за ваши слова!
– Персифаль бросился навстречу Трактирщику, как только за тем закрылась дверь.

– Не за что, - печально ответил Трактирщик.
– Я сделал это скорее не для вас, а для себя. Мне просто надоело врать и все время бояться.

– О чем вы?
– не понял Персифаль.

Трактирщик прошел прямо к бару, взял два стакана с полки и наполнил их. Один протянул Персифалю, а другой тут же осушил одним глотком.

– Мне надоело врать, бояться и доносить, - пояснил Трактирщик, наполняя себе второй стакан.
– Вы, должно быть, слышали историю про Сибора Правдивого и Грегора Бесстрашного?

– Да, - кивнул Персифаль в ответ.

– И, наверное, вы знаете, что Грегор считается бесследно пропавшим?

Персифаль снова кивнул.

– Так вот, правильнее его считать не пропавшим, а пропащим. Грегор - это я, - печально заключил Трактирщик, осушая второй стакан.

Персифаль открыл рот от изумления. Этим утром знакомые ему горожане один за другим представали перед ним в совершенно ином свете. Все вокруг оказывалось не тем, чем виделось совсем недавно.

– Помните, когда вы, ради любви к Изольде, согласились участвовать в выборах, я вам сказал, что как никто другой понимаю, что любовь может толкнуть человека на самые великие и на самые постыдные поступки. Тогда я говорил о себе, - продолжил Трактирщик.
– Много лет назад, когда мой лучший друг Сибор решил участвовать в выборах, я предал его. Я был влюблен в Ангелу, которая также была избрана Принцессой. Зная о моей любви к ней, Дракон угрожал сгубить ее и ее близких, если я не откажусь от поддержки Сибора и не покину Город. За предательство он заплатил мне тридцать тысяч и обещал устроить мою свадьбу с Ангелой. Он пытался подкупить и запугать Сибора, но тот был непреклонен. Тогда я сбежал из Города, а когда все успокоилось, то вернулся под другим именем. Дракон сдержал свое слово и выдал Ангелу за меня. На полученные от Дракона деньги я купил этот Трактир. С тех самых дней вся моя жизнь сплошная ложь и предательство. Мне постоянно приходится доносить Дракону на всех постояльцев, посетителей, друзей, врагов, родственников и даже на самого себя иногда.

– А на себя зачем?
– удивился Персифаль.

– Чтобы другие со своим доносом не успели опередить меня, - пояснил Трактирщик.

– Вы и на меня доносили Дракону?

– И на вас, - кивнул в ответ Трактирщик.
– В Свободном Городе все друг на друга доносят. Все доносят и врут. Вы думаете, я зачитываю письма своих дочерей? Чёрта с два! Я сам пишу эти письма!

– Зачем вы это делаете?
– изумился откровениям Трактирщика Персифаль.

– Чтобы выглядеть, как все. Таким же патриотом нашего Города. Вы думаете, моим дочерям плохо живется на чужбине? Ха! Как бы не так! В каждом письме они благодарят господа, что уехали отсюда! Но разве я могу кому-то об этом рассказать? Нет, мне приходится сочинять, что у них все плохо, - Трактирщик наполнил себе третий стакан и, сделав паузу, продолжил, - Сегодня на площади я снова почувствовал себя Грегором Бесстрашным. Но не знаю, может я поступил, как Грегор Безмозглый. Наверно я так устал бояться, что и вовсе уже страх потерял.

Из подсобного помещения вышла Ангела. Она молча обняла мужа, забрала из его рук стакан и отставила его на барную стойку. Так, в обнимку, они удалились, оставив Персифаля ненадолго наедине.

Не прошло и минуты, как в трактир громко обсуждая только что произошедшие на площади события, вошли все трое членов Городского Совета. По их одышке и помятому виду было понятно, что протиснуться через бушующие народные массы на площади им стоило больших усилий. Тут же они набросились на Персифаля и потащили его за ближайший стол.

– Нет, вы только видели это?!
– округлив глаза, восклицал Толстый.
– Вы только слышали это?!

– И видел и слышал, - подтвердил Персифаль.

– Я никак такого не ожидал от Трактирщика!
– восторгался Рыжий.
– Кстати, где он? Я хочу выразить ему свое восхищение!

– Я видел его пару минут назад. Думаю, ему сейчас не до того, - ответил Персифаль.

– Оставим его. А Очевидец-то каков! - тут же поменял тему разговора Длинный.

– Теперь я совсем запутался, - признался Персифаль.- Так была Великая Потеря Головы Дракона или нет?

– Да какая разница, была или нет!
– возбужденно начал объяснять Толстый.
– История - это не то, что было или не было, а то, что об этом помнят и думают люди. Ирония ситуации в том, что утром еще была героическая Потеря Головы Дракона на благо жителей Свободного Города, а теперь бац, и нет ее! Поймите, Персифаль, историю пишут не рыцари и драконы на полях сражений, а дряхлые летописцы в душных тесных кельях, да пьяные сплетники в прокуренных кабаках.

– Неужели и вправду Дракон мог фальсифицировать те события?
– не понимал Персифаль.

– Конечно мог, если долго людям что-то повторять и при этом пожирать всех, кто отказывается верить, рано или поздно поверят все.

– Ладно бы бесследно пожирать!
– возмутился Рыжий, - а то еще и выдавать несогласных за участников тех событий и ставить им памятники! На такой цинизм способен только Дракон!

– Но зачем ему это было нужно? Эти праздники? Эти парады каждый год?
– не унимался Персифаль.
– Ради чего столько усилий?

– Что тут непонятного?!
– начал уже выходить из себя Толстый.
– Чем больше люди гордятся своим прошлым, тем меньше они задумываются о настоящем и беспокоятся о будущем. Но, впрочем, хватит уже об этом. Теперь, Персифаль, настал черед вашего выхода.

– Что вы имеете в виду?
– удивился Персифаль, видя, что взгляды всех троих обращены на него, и в глазах у них пляшут озорные бесовские огоньки.

– Не делайте вид, что вы не поняли!
– прямо высказал мнение всех троих Длинный.
– Теперь вы должны возглавить восстание. Дракон сам собой власть не отдаст!

– Я?!
– искренне изумился Персифаль.
– Восстание?!

– Ну а кто же еще?!
– воскликнул Рыжий, разведя руками и театрально оглядываясь по сторонам, словно ища глазами кого-то, кто вместо Персифаля мог бы сделать это.

– Вы ведь хотели управлять нашим Городом?
– ухмыльнулся Длинный.
– Сейчас самый подходящий для этого момент!

– И что я должен сделать?
– настороженно уточнил Персифаль.
– До сих пор про восстание речи не шло!

– Для начала перестать задавать глупые вопросы, - устало порекомендовал Длинный.
– А то мы скоро начнем сомневаться, на того ли человека мы сделали ставку.

– Сегодня в полдень выступит Глашатай. Скорее всего, он заявит о том, что будут организованы повторные выборы, - начал излагать план Толстый.
– Вы подниметесь на помост и заявите, что не согласны с этим и требуете, чтобы Дракон немедленно передал власть вам. Что вы начинаете акцию гражданского протеста на площади и призываете всех своих сторонников не расходиться по домам, пока не будут выполнены ваши требования.

– И много ли таких сторонников у меня найдется?
– с сомнением поинтересовался Персифаль.

– Это уже наша забота, - успокоил его Длинный.
– В нашем Городе немало бездельников, которые за мелкую монетку в день и стакан вина согласятся ночевать на площади сколько угодно. Мы не должны упустить момент пика праведного народного гнева. Приспешники Дракона совершили чудовищную ошибку. Им достаточно было сказать, что вы получили один процент голосов и все бы обошлось. Но нет, они решили выслужиться перед Драконом!