Под тенью твоих чувств
Шрифт:
Она встает, стягивает с себя мои джинсы и направляется за своими. А я качаю головой и иду на кухню за таблетками.
– А ты куда собираешься в таком виде? – спрашиваю я, делая глоток воды. – Тебе разве не в том платье нужно быть? – киваю на коробку, которая до сих пор стоит у дивана.
– Скай, – вздыхает она, застегивая пуговицы, и смотрит на меня как-то странно – виновато, что ли, – я не смогу пойти…
– Это еще почему? – удивляюсь я.
– Ну, в общем… – говорит она, заправляя короткие волосы за уши, – я иду на свидание со своим коллегой.
– Но вы же с…
– У нас ничего не было, – признается она, поджимая губы.
И почему-то от ее короткой фразы мне резко становится чуть спокойнее, будто причина раздражительности была не в предположенных фактах, а именно в том, что между ней и Тео что-то было, но, оказывается, не было.
– Когда я зашла к тебе в комнату, он уже был на пути к тому, чтобы уйти.
Странно, он ведь обещал дождаться меня…
– В общем, я кое-что поняла, – говорит она, складывая в свою сумку вещи ее первой необходимости: помада, зарядное устройство, презервативы. – Он красивый, умеет доставлять удовольствие, уносящее на Луну, и все такое. Но я знаю, что у нас с ним ничего не может быть. Это был просто одноразовый секс. Поэтому… – прерывается она, поднимая на меня взгляд кошки, – умоляю, сходи вместо меня.
Очень интересно… Почему он решил уйти от такой красивой девушки, если предпочитает трахать все, что движется? Я все-таки что-то сломала ему вчера?
– Я не пойду, – отрицательно качаю головой, подходя к дивану и заваливаясь на него. – Позвони и скажи, что ты не сможешь.
– Ска-а-ай, – тянет она и, опершись руками о спинку, наклоняется сбоку к моему лицу.
– Не-е-ет.
– Не будь занудой, – фыркает она. – Повеселишься, наешься, напьешься и, возможно, проведешь пару часов в его постели.
– Не-е-ет.
– Ну, Скай! Тебе нужен мужчина. За все годы, сколько мы провели под одной крышей, я ни разу не видела рядом с тобой никого, кроме Айзека, и ты упорно доказываешь, что между вами нет ничего, кроме дружбы, – говорит она, вызывая у меня желание снова уйти в свою комнату и не выходить оттуда. – Вот сколько у тебя уже не было секса? Полгода? Год?
– Мне это неинтересно, – вздыхаю я, беру в руки пульт и включаю телевизор с намерением заглушить ее вопросы и рекомендации.
– Ну, Скай…
– Я все сказала, – прерываю ее, поворачиваясь вполоборота. – Мне этого придурка на работе хватает.
– Ты с ним работаешь? – удивляется она, выпучивая глаза.
– Ага. Он мой начальник.
– Так он… – Она обходит диван и усаживается рядом со мной, тщательно пытаясь переключить мое внимание с экрана на нее. – Он точно только начальник?
– Точно.
– И вас ничего с ним не связывает?
– Больше нет, – глухо произношу я.
– Больше? – уточняет она, цепляясь за слово и, вероятно, проводя его анализ – судя по ее длительному молчанию и кружочкам загрузки в глазах. – Да твою ж мать! И ты мне не сказала?! Я тебе его восхваляла, как бога секса, а он твой…
– Он не мой, Минт, – повышаю голос, настаивая на своем. – Он – не мой!
– Скай…
– Не хочу об этом говорить, – цежу сквозь зубы, судорожно нажимая кнопку на пульте, чтобы переключить на что-то более громкое и отвлекающее.
– Ска-а-ай!
– Да что такое?! – вспыхиваю, поворачиваясь к ней.
– Он только что написал, что заболел, – говорит она, и я вижу, как ее губы выгибаются в хитрой улыбке, а глаза не отводят взгляд от экрана телефона. – Готова поспорить, что это ложь. И что он к тебе что-то чувствует.
Ненависть? Убийственную ненависть? Ненависть галактического масштаба? О да, определенно, что-то из этого он точно чувствует.
– Мне все равно, – выдыхаю, стараясь вернуть голосу размеренность. Но после ее слов что-то внутри меня дрожит и учащенно бьется: сердце? Нет, спасибо. Вернись, пожалуйста, к прежнему ритму – спокойному, ровному.
– Уверена в этом?
– Стопроцентно.
Я убеждена в том, что после моих слов можно ставить точку в этом разговоре, но моя уверенность улетучивается, когда на экране моего телефона всплывает уведомление. Поднимаю устройство в руки, снимаю блокировку и вижу сообщение от Тео: «Привези мне аспирин»
– Что там? – спрашивает Минт, вопросительно уставившись на меня. В ее глазах сверкает что-то такое, что дает мне повод думать, будто она прекрасно осведомлена, кто мне написал.
– Ничего. Просто работа, – отмахиваюсь я, кладя телефон к своему бедру.
– Ладно, – вздыхает она, поднимаясь с дивана и, схватив сумку, идет к двери. – Презервативы, если что, лежат в аптечке.
Я хватаю подушку и, повернувшись, бросаю ее в сторону двери как раз в момент, когда она закрывается.
Пытаюсь игнорировать ее слова и его сообщение, но на второе меня хватает всего на две минуты. Открываю переписку и набираю ответ: «Соизволь поднять свою задницу и сходить самому, больной придурок».
*отправлено*
*прочитано*
*удалено*
Скай: «Таблетки или порошок?»
Высокомерный бурундук: «Ты же понимаешь, что я видел первое сообщение?»
Скай: «Так и было задумано».
Высокомерный бурундук: «Таблетки. И быстрее, Скарлетт».
Скай: «Ок».
Спустя минуту мне снова приходит уведомление, и я лениво поднимаю телефон, замечая там еще одно сообщение:
Высокомерный бурундук: «Не задерживайся!»
Не задерживаться? Да вообще без проблем!
Я открываю браузер, ищу аптеки с доставкой медикаментов на дом и заказываю ему аспирин в количестве пятидесяти штук. На случай, если он вдруг решит «замочить» в нем свою голову.
Бросив телефон на диван, я решаю отправиться в ванную и провести ближайшие полчаса в теплой воде – расслабить давление на мозг, на тело и, в принципе, позволить себе отдохнуть наедине с собой, а не устраивать бесконечную гонку за чертовски важными ему вещами и прочим.
Лежу в наполненной ванне, поднимаю руку, покрытую белой пеной, и наблюдаю, как лопаются крошечные пузыри. Голова релаксирует, перестает цепляться за триггеры. Но стоит мне погрузить ее под воду, этот триггер вновь врывается в сознание, напоминая о том, что слишком рано думать о спокойствии, пока есть человек, который обещал мне исключительно беспокойство.
Закончив с процедурой, я оборачиваю полотенце вокруг тела, а вторым вытираю мокрые волосы. Подхожу к двери в спальню, и снова – уведомление. Вздыхаю, поднимая взгляд к потолку, и возвращаюсь к дивану. Наклоняюсь и, подняв телефон, читаю его сообщение, не придавая его содержанию ничего, кроме равнодушия.