Чтение онлайн

Ключик подошёл, но телефонный аппарат молчал, как и весь дом.

– Снег перегрузил провода, они и оборвались, – предположил Лев Давидович. – Что вы теперь думаете делать?

Арехин заметил, что потихоньку-полегоньку ответственность перекладывают на него. Не потому, что компатриоты сами не способны принимать решение, напротив, похоже, решение они приняли.

И решение это – сделать Арехина ответственным за возможные рискованные действия. Например, взять ключи, произвести самовольный обыск.

Спросит швейцарская власть, кто ел кашу и всю выхлебал, и Арехин тут как тут. А остальные ничего не знают, смотрели в другую сторону.

– Думаю.

– Вы же сами говорили, что нужно проверить комнаты как следует.

– Положим, я говорил немного другое. Но вы правы, проверить комнаты необходимо. Хотя бы для того, чтобы убедиться наверное, что в них никого нет. По одиночке проверять не стоит, мало ли что. Лучше бы всеми, – Арехин вернулся к стойке.

– Ходить вчетвером – долго. Следует разделиться попарно, – возразил Лев Давидович.

– Пусть так. Здесь ключи от всех помещений. Я, если не возражаете, с кем-либо из вас осмотрю комнаты второго этажа, а остальные – первого. Потом перейдём в мансарду, – он взял полдюжины ключей. – Не забудьте и свои комнаты проверить, всякое бывает. Так кто со мной?

– Я, – вызвался Феликс в ответ на выразительный взгляд Ильича.

– А это ключи первого этажа, – Арехин протянул их Льву Давидовичу. Тот нехотя взял.

Осмотр Арехин начал со своей комнаты – система, так система. Потом осмотрели комнату Феликса. Тоже никого.

Внизу лаяла возмущенная бульдожка. Вернулась и протестует против самовольства постояльцев.

Третьим по счёту оказался номер таинственного товарища литераторов, тот самый номер, в который Феликс безуспешно пытался пробраться ночью.

Ключ, однако, не понадобился: дверь была притворена, но не заперта.

Арехин пропустил Феликса вперёд, но тут же зашёл следом.

Пустой номер. В смысле – никого нет. Но Феликсу этого было мало, он, не смущаясь присутствием Арехина, осмотрел стол, прикроватную тумбочку, комод, шкафчик. Везде – ничего. Наконец, Феликс добрался до саквояжа. Самый обыкновенный саквояж с самым обыкновенным содержимым путешественника третьего разряда. Феликс даже не пытался скрыть разочарования.

– Он должен был привести для нас кое-что, – объяснил он Арехину.

– И как велико это «кое-что»?

– Совсем невелико. Мешочек размером с яблоко, не больше. И пакет с бумагами. Но вы сами видите, ничего похожего в комнате нет.

– Если это ценные вещи, возможно, он держит их при себе, – предположил Арехин. – Или же…

– Или же что?

– Или же вас опередили, – Арехин подобрал с пола карандаш – изящный, серебряный, дамский. – По-моему, это карандаш Надежды Константиновны.

– Нужно сказать Владимиру Ильичу, – протянул руку за карандашом Феликс. Но Арехин не торопился отдавать находку. Он стал на колени, осматривая место у стены, где лежал карандаш.

Ничего, никаких следов. Просто упал карандаш, покатился, стена его и остановила.

– Давайте прежде завершим поиски, – он поднялся, отряхнулся и вышел в коридорчик.

Но никого в оставшихся комнатах не было. Никого и ничего.

Они спустились вниз. Судя по всему, здесь тоже не преуспели в поисках. Более того: ни в холле, ни в других помещениях не было и самих искавших. Исчезли. Арехин с Феликсом дважды обошли первый этаж, сначала бегло, потом основательно. Ни малейших следов.

– Это уж совсем ни в какие ворота не лезет! – в голосе Феликса было больше досады, нежели удивления. – Ничего не понимаю! Куда они все запропастились? Надежда Константиновна, Владимир Ильич, Лев Давидович, Лотта, Вальтер – он загибал пальцы, пристально глядя на каждый, словно надеясь, что пальцы подскажут, куда и как.

Арехин же взял молоточек и начал бить в гонг. Отозвалась лишь бульдожка – пришла и начала заливисто лаять. Но стоило гонгу умолкнуть, умолкла и она.

– Нам бы ищейку, – пробормотал Феликс. – Ищи, булька, ищи, – попробовал он подключить к поискам бульдожку, но та улеглась на подстилку и на команды не реагировала, лишь зевала.

– Странное место эта гостиница, – согласился Арехин. И люди исчезают, и время…

– А что время?

– Летит. Шесть часов пополудни.

– Не может быть, – Феликс сверился с карманными часами. – Нет, верно. Что ж, четыре часа прошло? Я бы сказал, минут сорок, не больше.

– И мне так кажется. Вы пульс посчитайте.

– Что?

– Пульс посчитайте, по секундной стрелке.

Феликс сел, нащупал пульс и стал считать.

– Девяносто два.

– Частит, но это как раз не удивительно, вы взволнованы.

– И что из этого следует?

– Что часы идут верно.

– Это я и сам знаю, часы хорошие. И вряд ли вдруг сломались все разом.

– Часы идут верно, а время летит невероятно быстро. То есть, нам кажется, что летит.

– Как это – кажется?

– Не знаю. Кажется.

– И это тоже кажется? Исчезновение людей, гостиница, Швейцария?

– Подобная мысль свойственна каждому в сложной ситуации. Мол, я ещё сплю, а проснусь – вокруг порядок, ясность и полная благоустроенность. Но только вряд ли.

– Вряд ли, – согласился Феликс. – Считая происходящее реальностью, как можно объяснить исчезновение Владимира Ильича и Льва Давидовича? Ведь они пропали практически на наших глазах.

– Вернее, на наших ушах. Видеть мы их не видели, но слышали. Напади на них некие злоумышленники, мы бы непременно что-нибудь услышали. А раз мы ничего не слышали, скорее всего, на них никто не нападал.

– Но что же случилось?

– Сами куда-то ушли.

– Сами? С чего это вдруг?

– Вот и я думаю – с чего? И куда?

Феликс посмотрел на потолок:

– В мансарду?

– Вряд ли. Но раз проверять, то проверять до конца.

Арехин взял новую порцию ключей.

Комнатки в мансарде были невелики. Пятерым никак не спрятаться. Да что пятерым, они никого не нашли. Ни одного человека.

– Скажите, ваш товарищ, тот, кто прибыл сюда прежде вас…

– Что – товарищ? – Феликс выделил последнее слово.

– Он должен был предупредить, что ожидает вас? Или, напротив, соблюдал конспирацию?

– Это имеет отношение к происходящему?