Чтение онлайн

Я отказывалась понимать столь очевидный намёк.

– Какими таким делами? Вы за кого меня принимаете?..

– Аника! – позвал Робинс, и я обернулась. Запыхавшись от быстрой ходьбы, он взял минутную передышку. Уже издалека он показался мне уставшим и расстроенным. Не таким я ожидала увидеть человека, совершившего возможно одно из главных открытий десятилетия.

С заумным выражением на не самом умном лице охранник качнулся с носка на пятку и посмотрел на профессора. Когда тот подошёл и приобнял меня в знак поддержки, охранник уставился на его бейдж и прокомментировал:

– Лувр – это не место для подобных встреч, профессор.

От возмущения у Алекса съехали очки. Поправив их, он в защитном жесте задвинул меня себе за спину. Я стряхнула алебастровую пыль на рукаве его чёрной водолазки и довольно ухмыльнулась. Тут, за грудой его мускулов, я чувствовала себя в безопасности.

– Что вы имеете в виду? Это моя помощница.

– А не коротковата ли юбка у помощницы? – Свет от фонарика снова опустился к моим голым ногам. Я возмущённо вспыхнула, но Робинс вдруг проявил доселе невиданное благородство.

– Извинитесь немедленно.

– Покажите документы, которые подтверждают, что у неё есть служебный доступ, monsieur Робинс, – хмыкнул охранник, пережевав американскую фамилию моего профессора как кусок резиновой подошвы.

Я подумала, что тут-то нас и повяжут, когда Алекс вдруг достал из кармана мой старый пропуск и ткнул им в лицо мужчине. Тот недоверчиво повертел карточку в руках, а затем вернул обратно и молча удалился.

Громко втягивая воздух через расширившиеся ноздри, Робинс крепко сжал кулаки. Под тонкой чёрной тканью напряглись мышцы. Я несколько раз шумно сглотнула, а стоило ему развернуться, не удержалась и приподнялась на цыпочки. Мне до безумия захотелось его поцеловать.

Никогда не считала себя отчаянной женщиной. Никогда не делала первый шаг, но в тот момент что-то замкнуло у меня в голове. Робинс показался мне мужчиной, ради которого не страшно поступиться устаревшими принципами.

Он виделся другим. Отличался от всех, с кем я встречалась прежде. Он не был богат, но в этом по большей части и заключался его плюс. Сравнение с преданным псом представилось мне очень правдоподобным. Робинс выглядел надёжным и верным, правда, местами суховатым и занудным, но во всём остальном он обладал именно теми качествами, за которыми теперь мне хотелось тянуться.

Я решила, что хватит с меня придурков. Хватит измен и излишней драмы. Я хотела профессора. Хотела человека, умеющего любить и быть любимым. Я хотела попробовать иначе.

– Забрал пропуск у Николаса. Он снова тво…

В первое мгновение Робинс опешил. Когда мои губы врезались в его рот, он неумело развёл руками. Я усилила напор, вцепившись ногтями в его шею и толкая на преступление. Застонала и потёрлась грудью о мужской живот, демонстрируя, как сильно желаю его. Профессор сдался без сопротивления. Не так, как в прошлый раз в кабинете. По-настоящему. С каким-то животным отчаянием он вцепился в мою талию и открыл рот, позволяя углубить поцелуй.

Создавалось впечатление, что он желал этого не меньше, чем я. Разница заключалась лишь в процентном соотношении совести и гедонизма. Я подумала о том, что слишком развратна и испорчу этого зануду, но тут Алекс запустил руку мне под юбку и грубо сжал ягодицу.

– В кабинет, – простонал он, когда я опустила пальцы на ширинку его брюк. Я не хотела далеко уходить, боясь, что кто-то может нарушить наши планы, но Алекс вдруг резко отстранился и, подхватив меня на руки, бегом бросился в сторону лестницы.

Я уже предвкушала грязный и громкий секс на столе в его кабинете. Опустив на ноги, профессор прижал меня к стеклянной двери. Нетерпеливо, словно мальчишка, он впился губами в мою шею, ладонью пробираясь мне между ног.

В его действиях не было ни капли скромности или неловкости. Словом, всё, что сейчас происходило, я от него совсем не ожидала. Я даже не успела отдышаться или понять, почему события развиваются так быстро, когда он коснулся меня в том самом месте.

– О, чёрт, – вырвалось у меня прямо ему в рот.

Алекс стоял надо мной, склонившись. Большой, сильный. Очки для зрения упали мне на лицо, когда он взялся за ремень. От звука расстёгивающейся металлической пряжки внутри меня всё перевернулось. На энергетическом уровне я ощущала себя так, словно мы уже переспали.

Но тут дверь за его спиной открылась, и мы неловко ввалились внутрь. Оба красные и до предела возбуждённые, мы отпрыгнули друг от друга и уставились на Модлен, а потом на стеклянную стену, к которой Робинс прижимал меня голой задницей. Там ещё виднелись потные разводы в форме сердечка – свидетели того, что у меня мог случиться секс.

Модлен стояла, уставившись на нас огромными от возмущения глазами. Я поправила юбку, а профессор смущённо застегнул ремень.

– Прости, – прошептал Алекс так, словно она была его женой, а я – любовницей, – ты всё…

Серая мышь, вот как я её называла. Прыщавая, с вечно немытой головой, она вдруг резко разрыдалась, а потом выбежала из кабинета и больше не возвращалась.

Я не восприняла её трагедию серьёзно, а вот Робинс не собирался продолжать банкет. Кое-что ещё выпирало из его брюк, когда он грязно ругнулся себе под нос и сел за стол в расстроенных чувствах.

– В другой раз, прости, – только и проговорил он.

С громким «эх» я поняла, что мне ничего уже не светит, и переключила внимание на нечто на рабочем столе профессора. Если бы я не знала, что Робинс являлся специалистом в своём деле, то сказала бы, что он нашёл какую-то хрень. Не уверена, что правильно поняла словосочетание «Око Гора», но представшее моим глазам таковым не назвала бы ни при каких обстоятельствах.

На столе лежал кусок чёрного камня: округлый, но не круглый, с перламутровым отливом, цвета сажи. Я вспомнила Сицилию, вулканические пляжи и детские постройки из обточенных водой кусков застывшей лавы.

– Это оно? Око? Ты извлекал камень из камня? Прости, просто выглядит странно.

– Я и сам уже не знаю, что это, – вздохнул Робинс. – Но это явно не похоже на то, что мы ожидали увидеть.

– А что вы ожидали увидеть?

– Утерянный символ королевской власти, – как будто это мне о чём-то говорило, ответил Алекс.

Я захлопала ресницами, а он устало потёр глаза пальцами и признался:

– Когда позвонил тебе, думал, что внутри камня что-то есть. Нечто похожее на символ, которым Уаджет изображали в наскальном искусстве…