Чтение онлайн

Я подошёл. Замер.

Она там. В двух метрах от меня. Голая, под душем, или уже одевается. И ждёт, что я сделаю.

Я положил руку на ручку двери.

Войти? Нет? Войти?

— Сука, — прошептал я.

И не вошёл.

Потому что если войду — либо всё, либо ничего. Либо она моя, либо я идиот.

Я развернулся и вышел из здания, всё ещё на взводе после переписки, после её «хочу тебя», после этого «в другой раз, малышка». В голове гудело, член ныл, и я чувствовал себя зверем. Голодным. Очень голодным.

Вот ведь зараза. Как заноза засела. Ни вытащить, ни забыть.

И тут я увидел её.

Лизок.

Стояла у входа, с сумкой через плечо, и смотрела на дорогу. Ждала такси, что ли? Вечерний ветерок трепал выбившуюся прядь из её вечного пучка. Юбка, блузка, очки — всё при ней. Идеальная картинка.

Я остановился.

Хороша так, что хоть сейчас подходи и шлёпай. Смять попу, прижать к себе, зарыться лицом в эту шею, которую она так старательно прячет под дурацким воротом.

— Лиза, — позвал я.

Она обернулась. В глазах за очками — удивление, лёгкое смущение, и этот вечный лёд.

— Демид Александрович?

— Поехали, подвезу, — сказал я, кивая на машину.

Она замялась. Чуть покраснела.

— Ну… неудобно как-то…

— Не смущайся, — я усмехнулся. — Хотя… хорошие девочки ведь смущаются.

Она отвела взгляд. А я подошёл ближе, положил руку ей на талию — туда, где тонкая ткань блузки скрывала тепло её тела. Она вздрогнула, но не отстранилась.

— Пошли, — сказал я и повёл её к машине.

Водитель уже ждал, открыл заднюю дверь. Я помог Лизе сесть — руку подал, придержал. Она забиралась в высокий внедорожник, и в этот момент юбка натянулась на её попе так, что у меня дыхание перехватило.

Блядь.

Эта попа. Круглая, упругая, под тканью — всё, что я хочу. Хоть сейчас срывай эту юбку, гладь киску, ласкай клитор, пусть визжит прямо в машине. Я сжал кулак, чтобы не сделать этого, и сел рядом.

Она сидела, прижавшись к двери, сумку на коленях держала, как щит. Смотрела в окно.

Я смотрел на неё.

— Куда едем? — спросил водитель.

Лиза назвала адрес. Я кивнул. Машина тронулась. В салоне было тихо, только мотор гудел. Я чувствовал её запах — лёгкий, цветочный, тот же, что и в баре. И её тепло совсем рядом.

— Лиз, — сказал я тихо.

Она повернулась.

— Да?

— Ты сегодня в спортзале… впечатлила.

Она моргнула.

— Чем?

— Растяжкой, — я усмехнулся. — Я теперь думаю, где бы её применить.

Она покраснела. Сильно. До корней волос. Я смотрел на неё и чувствовал, как член снова встаёт колом.

— Не молчи, — сказал я. — Скажи что-нибудь.

— Я… — она запнулась. — Не знаю, что сказать.

— Скажи правду.

— Какую?

— Ты знаешь.

Она отвела взгляд. Молчала. Я протянул руку и коснулся её колена. Чуть выше, через ткань юбки.

Она замерла.

— Демид Александрович… — выдохнула она.

— Демид, — поправил я. — Мы не на работе.

Она молчала, но не отодвигалась. Я чувствовал, как дрожит её нога под моей ладонью. Машина ехала в ночь, а я думал: ещё немного — и я сорвусь. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— Лиза, — прошептал я. — Ты чего боишься?

— Вас, — ответила она честно.

Я усмехнулся.

— Правильно боишься.

Она подняла на меня глаза. В них — страх, желание, и что-то ещё. То самое, что я искал.

— Приехали, — сказал водитель.

Чёрт. Быстро. Лиза выдохнула, схватила сумку и выскочила из машины, даже не попрощавшись.

Я смотрел, как она бежит к подъезду. Попа под юбкой мелькнула в последний раз — и скрылась за дверью.

— Домой? — спросил водитель.

— Домой, — ответил я, откидываясь на сиденье.

Я откинулся на сиденье и закрыл глаза.

Сука.

Да кто же ещё? Я такую жопу ни у кого не видел. Ни в этом офисе, ни вообще в жизни. Круглая, упругая, идеальной формы — когда она садилась в машину, эта юбка натянулась так, что я готов был прямо там задрать её и войти.

Она боится. Правильно делает. Я сейчас опасен, как зверь в гоне. Но я-то знаю, что она хочет. Не боится — хочет. Хочет повторения. Хочет, чтобы я трахнул её снова, как в ту ночь. Моей малышке понравился член папочки. Я видел это в её глазах, когда она смотрела на меня в баре. Чувствовал в дрожи, когда касался её колена в машине.

Она хочет. Но сука молчит. Играет в недотрогу, прячется за этим дурацким воротом и очками. Ждёт, когда я сам всё пойму и сделаю шаг.

Я провёл рукой по лицу, пытаясь унять этот внутренний пожар. Только выясню наверняка — и всё. Сука, к члену прикую. Буквально. Будет сидеть у меня под столом, когда я работаю. Будет стоять раком на моей кровати, подставляя попку. Будет сосать, пока я смотрю отчёты. Будет моей. Полностью. Без остатка.

Я представил это. Утро, офис. Она заходит с кофе, а я говорю: «На колени, малышка». Она послушно опускается, расстёгивает мне ширинку и берёт в рот. А я пью кофе и листаю бумаги, пока она старается.

Или вечер, дома. Я привязываю её к кровати, развожу ноги и делаю с ней всё, что захочу. Часами. Пока она не начнёт умолять о пощаде. А потом снова.

Блядь.

Член дёрнулся, упираясь в штаны. Пришлось переложить поудобнее.

Машина ехала к дому, а я думал об аквапарке. Там она от меня не спрячется. Там я увижу всё. И тогда — тогда игра закончится. Я смотрел в окно, но видел только её. Лизу. Её испуганные глаза за очками, её дрожащие губы, её попку, когда она забиралась в машину.

И эти волосы. Белые, светлые, которые она прячет в этот дурацкий пучок. Я представил, как распускаю их. Как они рассыпаются по плечам, по спине, по подушке. Как я наматываю их на кулак — туго, чтобы она чувствовала, чтобы знала, кто здесь главный.

Намотаю её белые волосы на кулак и буду, сука, управлять ею. Дёрну — она прогнётся. Дёрну сильнее — застонет. Заставлю смотреть в глаза, пока буду входить в неё. Медленно, глубоко, до самого конца.

Она будет моей. Полностью. Без остатка.