Чтение онлайн

Остаток дня пролетел в делах. Агата разбирала документы, отвечала на звонки, готовила материалы для завтрашних встреч. Рутина успокаивала.

Ближе к пяти ей нужно было отнести бумаги на подпись Петрову. Она спустилась на тридцать первый этаж, прошла в приёмную зама. Секретарь сообщил, что Степан Георгиевич свободен.

Петров сидел за столом и что-то сосредоточенно изучал в мониторе. Увидев Агату, он отвлёкся и даже улыбнулся — не официально, а по-человечески.

— Агата! Проходите. Что там у вас?

Она положила папку с документами, объяснила, что нужно подписать. Петров кивнул, пробежал глазами бумаги, поставил подпись и вдруг сказал:

— Знаете, я рад, что вы тогда упали в холле.

Агата удивлённо подняла брови.

— Честно, — продолжил Петров. — Я столько этих «помощниц» перевидал — глазки строят не только Волину, но и всему высшему руководству, а работать не умеют, да и не хотят. А вы... Вы работаете. И Александр Сергеевич о вас очень высокого мнения. Говорит, лучший сотрудник за последние годы.

Агата почувствовала, как щёки заливает румянец.

— Спасибо, Степан Георгиевич. Я просто стараюсь.

— Старайтесь дальше, — улыбнулся Петров. — И знайте: если что — я тоже всегда готов подстраховать. Вы теперь своя.

Агата вышла из приёмной с лёгким сердцем. Своя. Она впервые за год чувствовала, что стала частью чего-то большого, важного. И это согревало.

День подходил к концу. Агата собрала сумку, накинула пальто — новое, купленное на вторую зарплату, тёплое и красивое — и вышла из офиса.

На улице моросил мелкий снег, фонари светили мягко, празднично. Агата застегнула пуговицы, достала телефон, чтобы вызвать такси — после вечернего разговора с матерью ехать в метро не хотелось.

И вдруг замерла.

У входа, прямо под фонарём, стояла она.

Елена Вершинская. В дорогой шубе, с идеальной укладкой, ярко накрашенными губами и букетом роз в руках. Она улыбалась — той самой улыбкой, которую Агата помнила с детства: сладкой, ласковой и абсолютно фальшивой, как теперь стало ясно.

— Доченька! — воскликнула мать, делая шаг навстречу. — Наконец-то! Я так соскучилась!

Агата застыла на месте. Сердце ухнуло куда-то вниз, потом забилось часто-часто, как у загнанного зверька. В голове пронеслось: «Видимо, охрану она все же не прошла. Волин же обещал... Но ждала снаружи… Вот упертая!»

— Я знала, что ты будешь выходить примерно в это время, — продолжила Елена, приближаясь. — Решила не ждать завтрашнего дня. Поговорим сейчас, как цивилизованные люди. Пойдём, посидим где-нибудь, выпьем кофе. Я угощаю.

Она протянула букет, и Агата машинально отступила на шаг.

— Мама... — голос сорвался. — Зачем ты здесь?

— Как зачем? — Елена удивлённо подняла идеально выщипанные брови. — Я хочу поговорить с дочерью. Разве это преступление? Мы столько лет не виделись. Пойдём, не стой на холоде.

Агата смотрела на неё и чувствовала, как внутри всё сжимается. Красивая, ухоженная, пахнущая дорогими духами. Такая же, как шесть лет назад. Только тогда она уходила, а теперь пришла.

— Нам не о чем говорить, — выдавила Агата.

— Глупости, — мать шагнула ближе, взяла её под руку. — Я твоя мать. У нас всегда есть о чём поговорить. Идём, я знаю здесь рядом чудесное местечко.

Агата хотела вырваться, но рука матери держала крепко. И в этом жесте было что-то до боли знакомое — та самая цепкая хватка, от которой в детстве невозможно было освободиться.

Она обернулась на стеклянные двери офиса. Там, за ними, была безопасность. Там был Волин, охрана. А здесь, под снегом, стояло её прошлое, которое не желало отпускать.

— Ну что ты застыла? — голос матери стал настойчивее. — Пойдём, не позорь меня перед людьми.

И Агата поняла: если она сейчас не пойдёт, мать устроит сцену прямо здесь, у входа. На глазах у прохожих, у возможных коллег.

— Хорошо, — выдохнула она. — Час. Один час.

Елена просияла:

— Вот и умница!

Они пошли по заснеженному тротуару — мать, сжимающая её локоть, и Агата, чувствующая, как каждый шаг отдаётся дрожью в коленях.

— Я так рада, что ты согласилась, — щебетала Елена. — Ты даже представить себе не можешь, как я по тебе скучала...

Агата молчала, глядя прямо перед собой. Внутри было пусто и холодно, как в том самом декабрьском воздухе.

POV Агата

Тот вечер в ресторане она запомнила надолго.

Мать вела её под руку, как конвоир, усадила за столик в уютном зале с приглушённым светом, заказала кофе и десерты. Агата молчала, глядя в окно на падающий снег. Елена щебетала о каких-то пустяках — о погоде, о новых коллекциях, о знакомых, которых Агата не знала и знать не хотела.

Первые пятнадцать минут пролетели за этим странным односторонним смол-толк. Агата отвечала односложно: «да», «нет», «нормально». Она смотрела на мать и видела чужого человека — вроде, такого близкого, но абсолютно чужого.

Елена не выдержала первой. Отставила чашку, подалась вперёд, и в её глазах мелькнуло знакомое выражение — нетерпение, раздражение, готовность идти напролом.

— Слушай, доченька, — зашипела она, понизив голос. — Хватит ломать комедию. Мне нужна твоя помощь. Серьёзно нужна.

Агата подняла на неё глаза.

— Какая помощь?

— Твой Волин, — Елена облизнула ярко накрашенные губы. — Мне нужно с ним познакомиться поближе. Не просто так, а... понимаешь, мой нынешний муж скоро обанкротится. У него проблемы с бизнесом, я не собираюсь тонуть вместе с ним. А Александр — человек влиятельный, богатый. Если я смогу наладить с ним контакт...

Агата смотрела на неё и не верила своим ушам. История повторяется — появились проблемы и Елена ищет место потеплее.

— Ты хочешь, чтобы я устроила тебе встречу с моим начальником? — переспросила она медленно. — Чтобы ты... что? Соблазнила его?