Чтение онлайн

Была, правда, у меня тайная надежда, что леди из совета маскарада нагрянут ко мне мне - из чистого интереса - сами. Но надежда эта была такой призрачной и ненадежной, что я даже удивился, когда она оправдалась.

Полчаса заучивания совместно с Альти имен главных дам замка - и в дверь постучали.

– Да, войдите!
– попросил я.

– Не ждали, сон Розалинд?
– в дверь хитро просунула мордочку маски лиса.

– Не ждал так скоро, - не сдержав улыбки, согласился я.
– Но в общем-то ждал. Вы ведь обещали зайти.

Лукреция сона Инги - ее имя я выучил в первую очередь - буквально просочилась в комнату. Надо сказать имя ей как-то не шло, а вот фамилия - шла и еще как. Девушка была низкого роста и больше походила по телосложения на парнишку-подростка. Узкие бедра, грудь почти плоская, из-под маски торчали колючками песчанного цвета волосы. Ее женственность спасало только то, что она носила обтягивающие кожаные брюки и плотно облегающий мальчишечью талию синий корсет поверх просторной белой сорочки.

– Смотрите, какую красоту я принесла с собой, - сказала она своим вкрадчивым голосом, и сняла лисью маску. Сняла, одной рукой, а второй почти тут же надела вторую - заячью. Только если ее привычная маска была из металла - судя по цвету из меди - то эта, красивая и узорчатая, была сделала из фарфора.
– Как вам?

– Красиво, - кивнул я, завороженно осматривая симпатичную поделку.
– Но вам не идет. Вы слишком лиса, сона Инги.

– Просто Лука, - девушка сняла маску и улыбнулась в ответ одним - правым - уголком рта.
– Лисе всякая маска к лицу, так у нас говорят. И вот парадокс - мы единственные, кто носим какие угодно маски, да только не свои.

– Но вы же носите лисью?
– озадачился я, с интересом рассматривая простое лицо с длинным остреньким носом. Этот нос - наравне с губами и глазами - участвовал в выражение эмоций гостьи, и это было так необычно.

– Только ради вас, сон Розамунд, - шутливо поклонилась она мне шутливо, а потом протянула маску зайца.

– Просто Ганс?
– предложил я.

– А вы молодец, - неожиданно похвалила она меня, дернув носом будто принюхиваясь.
– Мне нравится, как вы держитесь. Другой бы на вашем месте бился в панике, а вы не только права свои отстаиваете, так еще и шутите. Знаете свое место, но умеете быть наглым, дерзите - но не раздражаете. Я знаю вас с совета, но у меня чувство, будто вы всю жизнь прожили в замке. Будто, знаете...

Она пощелкала пальцами, пытаясь подобрать нужные слова.

– Вот! Будто в витраже не хватало одного стеклышка. Оно вдруг нашлось и, когда его вставили на его законное место, картина стала целой.

– Вы мне льстите, - смутился я.
– Я хожу по краю... и ненавижу себя за то, что повис на ваших шеях.

– Давайте-ка я расставлю в вашей милой головке все на свои места, - сказала лиса, усевшись на край моей постели.
– Вот как вы думаете, в каком вы сейчас положении?

– Я еще не определился, - потупился я.
– Я слишком мало знаю о вашем мире, чтобы что-то понимать. Действую наобум...

– Тогда я открою вам глаза, Ганс, дорогой, - лиса с хитрой улыбкой накрыла мое лицо фарфоровой маской.
– Вы - интересная игрушка двора и ничего более. Знайте это, примите это и пользуйтесь этим. А теперь давайте, наденьте эту вычурную маску и поговорим с вами как лиса и заяц.

– Боюсь, как бы вы меня не съели, - не удержался я от нервной шутки, бросив испуганный взгляд на Альти.

От мыши ждать помощи не приходилось - она уже тихо, не обращая на нас никакого внимания, уткнулась в вышивание. Вскользь я подумал, что, наверное, это какой-то особый талант прислуги - уметь не слушать разговоры господ. Хотя к господам причислять себя было бы глупо.

– Думаю, вы не в моем вкусе чтобы вас есть, - сказала лиса, хитро улыбнувшись.
– К тому же вы нужны нам - пока что - живым. А теперь наденьте маску, Ганс. Для вашего же блага.

Я надел. Крепилась эта красота на голову при помощи двух эластичных ремешков, и стоило ее надеть, как она будто прилипла к лицу. Обзор, сначала ограниченный кружками прорезей, неожиданно начал расширяться, пока мой родной охват зрения ко мне не вернулся. А еще через секунду я и совсем перестал чувствовать, что на моем лице что-то надето.

– Удобно, - пробормотал я.
– А я-то думал, как вы их носите.

– Замечательно, раз так, - кивнула Лука, и сама облачившись в свою лисью маску.
– А теперь задавайте.

– Задавайте?
– не понял я.

– Да, вопросы, - кивнула она.
– У вас ведь их много. Так что задавайте. Простенькая легенда, сочиненная нами, подождет.

– Хорошо, - с благодарностью кивнул я.

Я уже пытался расспросить Альти, но она многого не знала. То же, что мне поможет разобраться сама глава шпионов, радовало донельзя - если бы я выбирал из всех дам совета маскарада кому задавать вопросы, то выбрал бы именно ее.

– Где все мужчины?
– задал я первый, самый остро стоящий вопрос.

– Война только кончилась, - ответила Лука.
– Сначала воевали мужчины. Мужчины проиграли. Пришлось воевать женщинам. Женщины, что удивительно, выиграли. Так что все наши мужчины сейчас - это дети, старики и калеки. К тому же Ласла - первая королева-женщина в нашей стране, да и в мире в общем, и она старается всячески подчеркивать это, держа при себе лишь сильных женщин. Она хочет укрепить права женщин в Вадгарде, да и в целом. Потому при всей своей жесткости она весьма популярна у народа - как ты понимаешь преимущественно женского на данный момент. Старики умрут, а новые мужчины впитают с молоком те законы поведения, что она заложит. А заложит она равноправие мужчин и женщин.

Ага, торжество феминизма значит, эмансипация женщин. Ну ничего, это, кажется, в каждом мире случается. Ярых, радикальных феминисток дома я недолюбливал... но у здешних женщин, кажется, не было никакого выбора, кроме как выполнять мужские функции.

– Почему все носят маски?
– продолжил я свои расспросы.

– Таков этикет, - коротко ответила Лука.
– К тому же так проще определить, кто есть кто. Да не все ли равно?

– Хорошо, - удовлетворился я таким ответом.
– Почему... почему ее величество вдруг так резко поменяла свое решение? И почему назначила меня советником? Слабо мне что-то вериться, что королева будет прислушиваться к советам ничего не понимающего в управлении страной парня.

– Мне нравится что ты не дурак, Ганс, - улыбнулась Лука.
– Совет вынудил ее. Некоторые из дам, которых она пригрела под своими теплыми драконьими крыльями, любят ее слишком сильно, и слишком сильно желают ей счастья. Помни об этом и никогда не говори о Ласле соне Розалинде ничего плохого за ее спиной.

– Я так понимаю глава этих дам - Элла сон Тонильф, - не сдержал язвительности я.
– Только что-то я ей не особенно нравлюсь.

– Сона, а не сон, она же не мужчина, - сказала Лука, склонив голову чуть на бок.
– Сона и сон - холостые мужчина и женщина, сонора и сонор - состоящие в семейных узах. Выучи этикет, Ганс, не поленись. А Элла... нет, тут ты не прав. Она, несомненно, больше других любит королеву, но в отличие от других она и не хочет ее ни с кем делить. Не связывайся с ней. Она пусть и профессионал в своем деле, но совершенная дура во всех делах личных. Опасная и неуправляемая дура.