Попаданец для драконши
Шрифт:
– Постой-ка... а она... хмн... фиолетовая, да?
– спросил я осторожно.
– Да, так и есть. А что? Вам не нравятся лаванды? Но они же все такие симпатичные! Хотя все же рисы считаются красивее. Но на мой вкус рисы уж больно круглолицые и большеглазые, у лаванд лица более приятные....
Дальше я ее не слушал. Только что до меня дошло, что на пир приедут не абы кто - а всякие там... правители. Причем, не просто правители, а правители других континентов, ну или хотя бы соседних стран. И среди них будут все эти чудные лаванды, крапивы, кизилы, лакрицы и льны, на которых я просто не смогу не пялиться! Да и к тому же мне, если верить Луке, придется толкать перед ними всеми речь.
Волнение от предстоящего мероприятия накатило на меня со всей силы и уже окончательно испортило настроение.
– Альти, я не справлюсь...
– простонал я.
– Я как подумаю, что мне придется перед всеми этими людьми говорить...
– Все-то вы справитесь!
– внезапно уверенно осадила меня служанка, а потом, улыбнувшись, взяла брошь из деревянной шкатулки, что принесла аж из королевской сокровищницы.
– Я вам вот сейчас лису как прицеплю на воротник, и она вам придаст сил и хитрости!
– А что еще там есть?
– спросил я со сдержанным интересом.
– Может, что-то не слишком броское? Я все же мужчина, что ж вы меня как куклу-то одеваете...
– Ох, ну что вы опять начинаете!
– строго покачала головой Альти.
– Как не прием какой - все одна и та же песня...
И тут она запнулась.
– Ой...
– промямлила она.
– П... простите, сон Ганс... оно как-то само. Вы просто так похожи... что, кажется, я совсем запуталась.
– Да ничего...
– растерянно, не зная как реагировать, пробормотал я.
В повисшей тишине только звук дождя шелестел. Дождь зарядил сегодня с утра, и громкий стук капель по стеклу разбудил меня даже раньше, чем Альти. Такая неподходящая к моему почти веселому настроению погода чуть сбивала с толку - я и забыл, что на улице накрапывает.
– Знаете, вы посмотрите пока эти замечательные броши, а я схожу за короной, да-да, - торопливо запищала моя мышка, сунув мне шкатулку.
– А то сонора Жанна и так поругала меня, что я решила за ней потом вернуться. А ведь через два часа пир начнется, ой-ей-ей!
– Да-да, иди, - разрешил ей я.
Мышка-птичка Альти чирикнула мне что-то еще на прощание и унеслась чуть ли не бегом. Что до меня - я со вздохом подъехал к окну, подоконник которого располагался довольно низко. В комнате было душно и я решил, что открою его, сделаю глоток влажного воздуха и тут же закрою. Однако стоило мне перебраться на подоконник, потеснив стопку чистых белых сорочек, как я увидел кое-что интересное.
На большой площадке во внутреннем дворе стояли две фигуры. Хотя нет, не просто стояли, а, видно, махали мечами - то ли дрались, то ли тренировались под проливным дождем. Это меня заинтересовало и я, отложив в сторонку полную цветастых брошей шкатулку, вернулся в свое кресло и направился к двери.
В коридоре стояла лишь одна стражница в собачьей маске. Увидев, что я высунулся из комнаты, она весело поприветствовала меня.
– Че, не сидится вам перед пиром, а, сон?
– спросила она, и по голосу я опознал свою болтливую любимицу. Узнал и смекнул, что, видимо, ее как-то, не оповещая об этом меня, ко мне приставили - уж больно часто она мне попадалась.
– Да душно, - пожаловался ей наигранно я, подергав рубашку за кружевной воротник.
– Может быстренько, пока Альти за короной убежала, свозишь меня на первый этаж, в галерею?
– Да не вопрос!
– стражница, кажется, возможности смыться с поста страшно обрадовалась.
– А в какую галерею вам приспичило? Во внутреннюю или во внешнюю?
– В ту, что у тренировочной площадки, у рыцарского корпуса, - улыбнулся ей я.
– Щас мигом вас туда довезу, - ухватившись за ручки кресла, сказала она, и мы двинулись.
14. О врагах и рыцарях
Когда мы въехали в галерею, я слегка удивился. На самом деле почему-то мне казалось, что я обнаружу под дождем Джус и Эллу. С одной из вояк я угадал, а вот вторая стала для меня большой неожиданностью.
На тренировочной площадке сона Тонильф схлестнулась на шпагах с Лукой.
– Ничего себе, - присвистнула тихонько моя провожатая.
– Во дают... вы на них хотели посмотреть, а, сон?
– Ага, - не стал спорить я.
– Хотел выяснить, кому в такую погоду взбрело в голову подраться.
Видно услышав мой голос, Элла зыркнула в нашу сторону, отвлеклась, и Лука тут же свалила ее на землю. Свалила и красиво, прогнувшись в спине и тяжело дыша, приставила шпагу с толстеньким наконечником к ее подбородку. Сцена была достойна какого-нибудь красивого, исторического фильма.
– Тебе бы... Элли... уф... поторопиться, - отдувалась, поругала ее лисица.
– Через два часа пир... а ты вся в мыле.
Сона Тонильф фыркнула - весело, а не как обычно презрительно - и быстро подсекла Луку ногой. Хохоча, лиса грохнулась за ней в лужу. После этого Элла с достоинством поднялась, отряхнулась и помогла встать своей сопернице. Я улыбнулся и похлопал в ладоши.
– Нечего... было по сторонам глазеть, - сказала Элла шпионке.
– Я хотела сказать тебе то же самое, - мило улыбнулась ей Лука.
– А теперь иди уже. Ласла и так тебя буквально прожигает в окно взглядом.
Элла подняла голову и глянула на одно из верхних окон. Я тоже поднял глаза, но увы, ничего не увидел. На внутренней стороне замка была добрая сотня окон и витражей - попробуй разбери, если не знаешь, за каким из них комната королевы. А вот Элла, кажется, увидела что хотела и тут же торопливо вручила Луке свою шпагу, кивнула мне - сдержанно, но вроде не зло как обычно - и поспешила к замку. Лисица же подошла к нам, одной рукой на ходу отжимая свою белую, приставшую к телу рубаху.
– Ух, какой ты симпатяга, Ганс, - похвалила она меня, сунув шпаги моей провожатой. Та все без слов поняла и ретировалась.
– Сбежал от воркующей над тобой служанки?
– Да, есть такое дело, - улыбнулся я ей, а потом спросил.
– С чего вы вдруг сцепились?
– Мы? Сцепились?
– удивилась Лука.
– Да брось, мы с Эллой частенько так развлекаемся. Она очень хороша в бою. Конечно шпага - это скорее мой конек, а не ее, но и с ней она иногда умудряется надавать мне тумаков. Фух... ну и загоняла же она меня... дай хоть сяду.
И она, обогнув меня, буквально упала на лавочку под крышей. Я смутился. Кажется, лифчик здесь еще не изобрели, и теперь под мокрой белой рубашкой явственно проступала пусть маленькая, но от того не менее красивая грудь.