Чтение онлайн

Я отшатнулся, едва не опрокинув тяжелое кресло, и инстинктивно оперся о край стола. Это звучало уже не как ропот, а как призыв к открытому бунту.

— Уйди! — рявкнул я. — Пока я и впрямь не казнил тебя вместе со всей твоей семьей. Уходи. И делай свою работу. Услышит кто-нибудь еще такое — ты труп. И все твои родственники следом.

Генерал поднялся. Его взгляд пылал решимостью.

— Я последую за вами, господин Архейм, куда угодно! — выпалил он. — Только прикажите! Ради будущего страны я готов пожертвовать даже близкими. Да здравствуют маги теней!

Он поклонился и направился к выходу. Я рассеял теневую завесу, пропуская его. Я должен был его казнить. Просто обязан. Но не мог. Потому что в глубине души во мне зрели те же преступные мысли.

Нет, сейчас я ничего не мог поделать. Но предать этого человека казни означало бы высшее лицемерие. Ведь тогда мне следовало бы встать рядом с ним на эшафоте. Вот только пока я не мог. В жизни меня держал не только долг перед страной, но и долг перед моей Истинной.

Я стремительно вернулся в свои покои, улегся на кровать и подумал об Аэлите. Я знал, что она будет чувствовать себя плохо после случившегося.

Ужасно хотелось телепортироваться к ней, но я боялся быть обнаруженным. Поэтому призвал змея и вложил в него часть своего сознания.

Я не ошибся. Аэлита страдала. Ее била дрожь, а комната была наполнена тяжелым, почти осязаемым страхом. Бедная моя девочка… Она так боялась крови. И не могла по-настоящему защититься.

Декан не справлялся с ее мощью и не в силах был обучить ее должным образом — так мне доложили после бойни. Но оставлять это на самотек было нельзя. Она должна была научиться постоять за себя. Раз в академии не справляются, учить ее придется мне.

Но все это потом. Сейчас мне нужно было успокоиться самому, чтобы успокоить ее. В облике змея я подполз, забрался на ее колени и, сосредоточившись, использовал магию. Выпустил через тело змея не тени, а именно свою силу, которая мерным потоком окутала Аэлиту точно кокон, согревая ее моим теплом.

Постепенно она начала успокаиваться. Улеглась и задремала. Вот только я сам слишком увлекся. День вымотал меня дотла, тело и разум требовали разрядки, а тут она — моя нежная, желанная, единственная… Солоноватая на вкус кожа, сладкий аромат, исходящий от нее, упругая мягкость груди, которую я так остро ощущал в теле змея…

Меня бросило в жар. Желание прикоснуться к ней по-настоящему, кожа к коже, затмило разум. Я понимал, что еще мгновение — и не выдержу, перенесусь в ее комнату и буду любить ее, наплевав на все запреты. Но во мне говорили не здравый смысл, а инстинкты, пробужденные истинностью.

Собрав остатки силы воли, я вернулся в свое тело, пылающее и напряженное от желания. Отдышавшись, я откинулся на прохладных простынях, закрыл глаза и предался сновидениям, что навевала наша общая, запретная связь.

Аэлита

Я пробыла на учебе весь день как на иголках. Мои одногруппницы, как-то прознали, что меня вызывает ректор, и каждая считала своим долгом дать совет, посочувствовать или позлорадствовать.

К последнему уроку меня уже изрядно трясло, а все здравые мысли безнадежно вылетели из головы. Я еле переставляла ноги, идя по широкому коридору с высокими потолками в резиденции нашего ректора. Того самого, кто был не просто ректором, но и Тенью Повелителя — его правой рукой, первым воином, тем, кто несет волю Повелителя и его мысли. Тот, кому не смеет перечить ни один маг.

Если он решит, что меня следует отправить в Холодный дворец, а перед этим в спальню Повелителя в качестве бесправной рабыни, я свихнусь.

До безумия хотелось отдалить момент встречи, но с той же силой мне хотелось, чтобы это уже случилось и осталось позади.

Чему быть, того не миновать, правда? — тщетно пыталась я утешить себя, но вот высокая дверь распахнулась, меня мягко подтолкнули вперед, и я осталась один на один с мужчиной, скрывающимся за листом документа.

Я замерла, сглотнула, набираясь духу, и шагнула вперед.

— Приветствую, господин Архейм, — проговорила я дрожащим голосом фразу, которую меня заставили заучить.

— Добрый вечер, Аэлита, — прозвучал знакомый голос.

Ректор отложил документ и поднялся из-за стола. У меня подкосились ноги.

— Руфус? — пробормотала я. — Что ты здесь делаешь? А где ректор?

— Здесь, — он усмехнулся.

Я уже хотела спросить «где именно?», но до меня дошло. Медленно, как до утки, честное слово… Если он сидел за столом ректора, значит, он и есть ректор. И Тень Повелителя.

Я невольно отпрянула, не в силах понять, что чувствую и думаю. Он нарочно прикидывался простачком? Чтобы посеять во мне что-то неправильное с их точки зрения? Или…

— Скрывать, кто я, дальше нет смысла, — произнес он, вздыхая. — Понимаю, что ты можешь чувствовать. Но я не хотел, чтобы ты ощущала неловкость рядом со мной.

— Н-неловкость? — пролепетала я и пошатнулась.

Он вмиг оказался рядом и подхватил меня, хотя я и не собиралась падать. А его тени тонким, непрозрачным слоем оплели стены. Чтобы нас не могли подслушать?

— Похоже, только я могу научить тебя контролировать силу, Аэлита, — сказал он, и я почувствовала его теплое дыхание на макушке.

— Только поэтому вы раскрылись передо мной?

— «Вы»? — Он отпустил меня и улыбнулся. — Наедине обращайся ко мне как прежде.

— В-вы же Тень Повелителя, — пробормотала я, все еще не понимая, чего он хочет. Разве Тень не обязана беспрекословно подчиняться всем законам царства и следовать им с особым рвением?

— Вот поэтому я и не хотел говорить о себе, — произнес господин Архейм. Руфус Архейм… Мне не по душе твой страх.

— И как долго вы планировали скрывать?

Он пожал плечами.

— Пока не добился бы для тебя отречения от роли наложницы.

— Зачем? — прошептала я, отступая на шаг.

— Ты же все поняла, — теперь он шагнул ко мне. — Когда я говорил, что тебя связала истинная магия любви, я говорил о себе. Со мной тебя связала магия, и никто другой эту связь не почувствует и не поймет.

Я совсем опешила. Вот так в лоб… Я правда хотела, чтобы он признался, но так открыто, так сразу — и вдобавок оказаться ректором и Тенью Повелителя… Он что, решил меня добить?