Чтение онлайн

Доктора Вилларда Хесса признали виновным в убийстве Стефано Оритиса и других людей, найденных в его «лаборатории». Останки отдали родственникам и друзьям, поэтому, пока Голд и Белль искали общий язык с Крисом и планировали путешествие, Адам распоряжался дальнейшей судьбой своего друга. Испанца кремировали, а прах, как и было завещано, Адам отправил в Толедо, но всё же Стефано Габриэлло Освальдо Ортис был официально похоронен в одном из новомодных мавзолеев Нью-Йорка, где в небольшой герметичный бокс помещали урну с прахом и некоторые личные вещи усопшего, и в среду утром на этих маленьких похоронах присутствовало всего два человека: Адам и мистер Голд.

— Печально, что у него не было никого кроме меня, — вздохнул Адам, глядя на позолоченные буквы, выведенные на серой стене.

— Печально было бы, если бы у него совсем никого не было, — попытался ободрить Голд, сочувственно сжал плечо сына, но быстро отпустил, а потом выудил из кармана маленький пакетик с вещами мертвецов и передал Адаму: — Вот. Я должен был отдать тебе это сразу.

— Спасибо… — рассеянно поблагодарил Адам, присмотревшись к вещам, затем удовлетворённо кивнул, положил их в бокс, запечатал, помолчал с минуту и бросил в пустоту: — Прощай, дружище. Мне жаль, что так вышло.

— И мне жаль, — эхом отозвался Голд.

Они оба замолчали больше чем на минуту и в полной тишине направились к выходу, даже не думая оглядываться назад.

— Это мы его убили? — справедливо спросил Адам, и правильным ответом было «да».

— Хотел бы я думать иначе, — напряженно сказал Голд. — Но с другой стороны, он бы всё равно пришёл к этому. С нами или без нас.

— От этого не легче.

— Я бы винил в первую очередь того, кто всё это начал. И как тебе известно, тоже с убийства. Теперь всё закончилось, что ни хорошо ни плохо. Просто данность.

— Данность…

Они вышли из мавзолея и зашагали по усыпанной гравием дорожке к главным воротам кладбища, жутко выпирающим нелепой чёрной громадой на фоне серого городского пейзажа.

— Так, значит, твоего проекта больше нет? — не без надежды спросил Голд немного погодя.

— Нет.

— А что будет с компанией?

— Пока не знаю, — неопределённо сказал Адам. — Капитала хватит, чтобы продержать её на плаву до конца года, и если я не найду клиентов, то, полагаю, придётся её ликвидировать.

— А тебе хочется этим заниматься?

— Мне интересно, что я могу сделать.

— Ясно. Я придумаю, как тебе помочь.

— Ты не обязан.

— И всё же, — уклончиво ответил на это Голд. — Я правда хочу помочь. Мне самому интересно увидеть, на что ты способен.

— Спасибо, — искренне поблагодарил Адам. — Спасибо, папа.

— Пока не за что.

— Как Крис?

— Я не знаю. Он не из болтливых. Но будет лучше, — поделился Голд. — В пятницу мы улетаем в Париж.

— Ему пойдёт на пользу, — согласился Адам. — Перемены всегда к лучшему.

— Ты не помирился с Келли?

На этот вопрос сын не хотел отвечать, но всё же, поколебавшись, ответил.

— Я не те перемены имел в виду. Мы ведём переговоры. Мы не разводимся, но она пока ещё не согласилась переехать обратно. И у неё недавно появились новые причины для обиды.

— Она узнала, что квартиру сдаёшь ей ты? — догадался Голд. — И что её соседка — личный телохранитель?

— Да, — удивился Адам. — А ты как об этом узнал?

— Коль.

— Ну, разумеется. Куда же без Занозы, — всплеснул он руками. — Я не мог оставить её без присмотра, и рядом с собой — тоже.

— Самая бесполезная жертва, — многозначительно сообщил ему Голд: — За это она, возможно, никогда не простит тебя. После всего произошедшего Келли заслуживает доверия, хотя бы потому, что тебе она доверяла. Придётся очень постараться, чтобы всё вернуть.

— Ты сейчас уже не только обо мне, не так ли? — подозрительно спросил Адам, остановился и внимательно посмотрел на отца.

— Не только, — подтвердил Голд.

Его терзали сожаления, что ему постоянно приходится обманывать доверие близких ради них же самих, и в то же время он боялся, что дело совсем не в сложных ситуациях, а в том, что по-другому он просто не умел. Но у его сына всё ещё был шанс стать другим.

— Всё возможно. Я в это верю, и ты, как мне кажется, тоже, — твёрдо сказал Адам и спросил, меняя тему: — Можно мне проводить вас в пятницу?

— Конечно. Будем только рады, — закивал Голд и улыбнулся. — Я точно буду.

Он провёл с Адамом почти весь день и радовался бы, если бы причина их встречи была другой. Вечером он работал с документами, составлял для себя список задач, говорил по телефону с Сюзанн, парочкой клиентов фирмы и Чарльзом Брайантом. Последний хотел встретиться лично, и Голд пригласил его к себе в офис, хотя и не планировал туда возвращаться до мая.

Утром в четверг он приехал на работу, как обычно, и вел себя так же. Заглянул в бухгалтерию и отдел кадров, перекинулся парой шуток с Корсаком в лифте, добродушно отчитал Джиллин и, разумеется, не мог не заглянуть к Сюзанн и не выпить с ней за компанию чашечку кофе.

— Разве ты не на больничном? — вспомнила Сюзанн минут через двадцать.

— На больничном, но мне некогда сидеть дома, — тепло улыбнулся Голд. — Я должен всё закончить до отъезда.

— Куда едете?

— В Париж. Всего на неделю.

— Это замечательно!

— Да, я тоже так думаю, — согласился он и решил напомнить ей о своей маленькой просьбе: — Что у нас с Принсом?

— Мы расторгаем контракт, — доложила Сюзанн. — Сегодня он придёт, чтобы подписать бумаги.

— Сегодня? Во сколько?

— В час. Тебе не обязательно присутствовать.

— Нет, я буду, — настоял Голд. — И Ив сообщи.

— Я уже ввела её в курс дела.

— Отлично, — он отставил чашку в сторону и поднялся из-за стола. — Если что, то я буду у себя.

В своём кабинете он и провёл остаток утра, принимая посетителей, начиная с начальника службы безопасности и заканчивая суетливой Люси Такер, которая при виде его, кажется, забыла, зачем пришла, и не знала, с чего начать: то ли с добрых пожеланий, то ли с консультацией по делу, с которым могла бы справиться самостоятельно. И если бы она задержалась дольше чем на десять минут, то он наверняка сослал бы её в архив на весь следующий год.

К одиннадцати пришла Ив и сразу, не раздеваясь, постучалась к нему.