Чтение онлайн

Мэри заметила мой взгляд и отсалютовала стаканом:

– За то, что ты снова на меня пялишься, молчун!

Я усмехнулся в ответ. Раньше у меня бы затрепетало сердце, а сейчас я с удовольствием принял тост. В мой пустой стакан полилось ароматное вино цвета вереска. И я поднял его:

– За твое возвращение, Мэри.

Красное вино и до хруста прожаренное мясо - вкус жизни. Я забыл, когда последний раз так пировал. Настроение поднялось до верхушек мачт "Нимфы". Даже голова кружиться перестала.

Рядом Джен наконец упала на стул, как мешок зерна.

– И мне налей, - заявила она, подвигая к Мэри свой стакан с самой что ни на есть мрачной миной.

– Сама и налей, - отмела ее просьбу Мэри.
– Я ем.

Джен отвесила ей взгляд, подобный удару дирка**. Однако, бухнула вина себе самостоятельно, не притрагиваясь к мясу.

– Каковы наши планы?
– уточнила она невинно, пригубляя напиток.

Я посмотрел на гусельницу с легким осуждением. И подвинул ей баранину:

– Есть не забывай.

Мэри подняла брови в ее сторону и улыбнулась. Дернул меня фо-а связаться с женщинами. Хотелось вздохнуть и выйти вон. Но я лишь покрепче впился зубами в сочную кость.

– Сойдем на берег на рассвете, - отвечала, тем не менее, Мэри.

– На рассвете?..
– протянула разочарованно Джен, отставляя пустой стакан.
– Мы потеряем целую ночь...

– Сойдем затемно, - заверил ее я.
– Мы спешим, но не до безумия.

– Да, да, терпение - добродетель, - согласилась Джен потухшим голосом и потянула руку к бутылке.

Мэри хмыкнула. Она ведь специально над Джен издевается.

– Мэри, - позвал я капитана, ударяя Джен по ладони. Гусельница отдернула пальцы и обиженно воззрилась на меня.
– Спасибо за ужин.

Капитан подняла брови. Я не отпускал ее взгляда. Снова помешав Джен сделать свое. Эта пигалица теперь собиралась злить меня намеренно.

– Ты ведь все поняла, - сказал я с оттенком вопроса.

Мэри сощурилась.

– Дорога обойдется тебе недешево, - объявила она голосом, в котором клокотала ярость.

Я знал. И знал, что мне и платить-то нечем. И я терпелив. Но я попросил ее не мучать гусельницу. Обижать ее никому не позволю. Так что я пожал плечами и не отвел глаз.

Джен вздрогнула и посмотрела на нас обоих встревоженно. Потом быстро схватила баранью ножку и взмахнула ею:

– Да нет, сойти на берег - звучит идеально! Это я с голодухи вредничаю...
– оторвала зубами кусок мяса и проглотила, не жуя.
– М-м! Вкуснятина! Говорят, будто только мужчины теряют рассудок, когда голодные. Но, по-моему, это все не правда. Мэри, кто готовил?

– Кок, - процедила Мэри, продолжая пялиться на меня.

– О, кок! Он молодчина, - потрясла ножкой Джен в восторге.
– Так ему и скажи. Я, конечно, тоже в готовке не промах, но такую баранину не сделаю, при всем желании... А ты далеко плавала? Я о тебе столько слышала, что...

Мэри раздула ноздри и отвернулась. Изобразила подобие улыбки в сторону Джен.

– До самой Вальхаллы***.

И собралась уйти. Но Джен ее остановила:

– И как оно там?

Мэри мазнула по мне взглядом и вернулась на свое место.

– Менестрель, сыграй-ка.

* Никакой историчности. Просто фантазия у голодного автора поехала :) ** Дирк– шотландская версия кортика. *** Вальхалла – согласно скандинавской мифологии, небесный чертог, куда попадают павшие в битве воины. Ну, скорей всего, вы знаете:)

*** Джен

Я думала, загнусь на месте. Мэри требовала песню за песней, и пила стакан за стаканом. В глазах у нее все северные штормы взрывались.

Даже "Виски во фляге" пришлось петь - капитан заказала.

А Тэм ничего не делал - снова взял свою книжку. Я же испуганно дергала струны лютни и души.

Потом капитан Мэри стукнула кулаком о стол, поднялась, собралась что-то сказать, но махнула рукой и ушла, врезавшись по дороге в поперечную балку.

Я отложила мандолину и перевела дух. И набросилась на Тэма:

– Как тебе не стыдно?

Он поднял глаза от книги.

– Ты же...
– я не находила слов, - как можно было ей указывать на дверь на ее собственном корабле? Мы ее гости! Капитан Мэри привезла нас сюда, к берегам Камбрии, спасла тебе жизнь, а ты...

– Ты так на нее так злилась, а теперь защищаешь?

Вообще-то, Мэри я боялась. А злилась на него. Что он с ней любезничает. Зато потом обухом ей по голове припечатал, так припечатал.

– Ты... был с ней слишком жесток.

Вроде, я этого и хотела, а все же... Он повел себя как бесчувственный чурбан.

– Перед ужином ты переживала, что я молчу. А когда сказал, ты опять переживаешь? Джен, тебе делать нечего?

– Очень даже есть чего!
– вспылила я. И стушевалась: я сама запуталась, почему рассердилась.
– Просто... она рассердится и станет нашим врагом.

Тэм покачал головой и захлопнул своего Робинзона.

– Мэри знает, что все кончено. И не мирится с тем осознанно - такой уж у нее характер. Однако, как бы там ни было - на ее слово можно положиться. Ты не знаешь Мэри, а я знаю.

Я почувствовала себя глупой. Хотелось пойти к Мэри, ободрить ее... Но в чем? Сдаться - она не сдастся, она мне говорила. Да и такая уж она штучка, даже я вижу. А сказать, что все будет хорошо? К чему врать, я ведь вижу, что Тэм полностью утратил благоговение перед ней.

Я забралась на кровать, на которую он так и не вернулся, и спросила:

– Почему ты ее разлюбил?

Тэм пожал плечами.

– Время.

Я рассмеялась.

– Как тебе удается одним словом выразить то, что я не могу сложить и в тысячу?

Тэм улыбнулся.

– Может, это потому, что ты гусельник, а я обычный пастух.

– Не-ет, - замотала я головой.
– Пастух ты точно не обычный. Да и я гусельник ненастоящий...

Тэм таки встал, все еще нетвердыми шагами добрался до кровати и улегся рядом.