Последний из медоваров
Шрифт:
– Может быть...
– пошевелила губами Френ, а потом ее вырвало.
Верда в ту ночь на шхуне единственная выспалась.
В следующее утро и до вечера мы ползли по заливу. Но до форпоста нужно было идти пешком.
– Берегитесь проклятия Карлейля*, - предупредил нас бродяга на дороге, пока мы брели в сумерках трущоб к дому "знакомой" Верды.
Тут было смрадно, и окна мутные. Но это был Карлейль. Тошнота прошла, подруга Верды - тетка непонятного возраста в замызганном фартуке - дала мне каши со вчерашним хлебом на завтрак. Френ в это утро я не видел.
– Ну что, Галлахер-младший, готов?
– появилась в дверях довольная Верда.
– Где Френ?
– спросил я. Сегодня, когда наконец дышать можно было не сгибаясь, моя затея показалась мне безумной. Что я знаю о Верде? Почему я не подождал своих? Даже с ними не попрощался...
– Пошла с Гэвином. Наверное, на рыбалку, - мой вопрос Верду не смутил.
– Идем к твоему деду?
Все внутри перевернулось. Об отце я думал, а вот о деде... забыл. Но разве...
– Разве... он не хотел получить рецепт? И подослал Барнза?
– Думаю, - возразила Верда (мы уже толклись сквозь трущобы, такие же, как в Гринхолоу, может, чуть менее обширные), - это лучший способ вытащить твоего отца. Если обнародовать рецепт, больше не будет нужно держать его взаперти. Если твой дед с Барнзом заодно, мы дадим ему то, что он хочет. Если он ничего не знает, то точно поможет нам бороться.
Я подумал. С одной стороны - семейная тайна. С другой - жизнь отца. Что выбрать?
* Проклятие Карлейля – в 16 веке Папа Римский назвал г.Карлайл "самым беззаконным местом на земле" по причин постоянных беспорядков на англо-шотландской границе. После его отъезда архиепископ проклял всех местных разбойников. В современном городе воздвигнут большой камень с полным текстом проклятья.
***
Глава 41
*** Джен
– Да откройте же!
– колотила я в дверь битый час.
Видно же - дым из трубы идет, блик свечки в глубоком сумраке мутного окошка. Люди - там.
Адар рычал на шавку, которая бросалась на меня, дабы защитить свое крыльцо.
– Там человек замерзает!
Мокрые хлопья падали все более щедро, берет у меня давно насквозь промок. Трудно представить, каково троллю, изначально мокрому, как утопленный котенок.
Напрасно - внутри мертвая тишина. Я бы разбила окно, если бы оно было из нормального стекла, честное слово.
Хотелось плакать от бессилия. Но какой в том смысл? Слезы абсолютно бесполезны в мире, в котором мы живем.
Тогда я решила вглядеться в окошко, поскрестись. И разглядела двоих еще не стариков, но уже и не юношу с девушкой, застывших от ужаса и бросающими рябиной в мою сторону.
Конечно же. Самайнские поверья.
– Я не призрак!
– заорала я в щель оконной рамы.
– Мы путники!
И снова прижалась носом к слюде. Хозяева совещались.
– Я вам песен спою!
– прокричала я в окно.
– Когда вы рядом со мной, мой друг, мне не страшен мир, что жесток и груб...
Наконец мужчина с весьма сомнительного уровня чистоты патлами встал с лавки. Ура! Я метнулась к двери, едва не встретившись с шавкой нос к носу. Адар бросился вперед и схватил ее поперек шеи своими зубищами.
– Адар, нельзя!
– только и успела я крикнуть.
А дальше распахнулась дверь и раздался выстрел. Я охнула.
Адар отскочил в мою сторону: шерсть на его загривке дыбилась. Я к своему облегчению отметила, что, вроде бы, троллий пес не ранен. Местная псина осмелела и продолжила на нас кидаться.
– Мы... с миром, - подняла я на всякий случай ладони.
Хозяин стоял на пороге, многозначительно взяв меня на мушку. Конечно, в Адара он не попал, но проверять, намеренно или потому, что промазал, как-то не хотелось. Присматривался, прищурив один глаз.
– Много тут таких с миром ходит, - сплюнул он себе под ноги с презрением.
Ага, и не только в Камбрии, между прочим...
Я попыталась взять себя в руки. Как бы там ни было...
– Ну, - попыталась я приосаниться, насколько это было возможно, - вы же открыли мне, правда? Адар, к ноге... Спокойно, мальчик... Значит, может, поверите. Здесь, рядом у меня друзья, мужчина на днях был ранен, а теперь еще и страдает лихорадкой от простуды. Нам всего нужен... приют ненадолго, пока небо расчистится. И мы дальше пойдем...
Бетти частенько говорила, что я умею убалтывать. Что ж, надо признать, это не раз меня спасало. С Одли, в пору моей карьеры менестреля, да и вообще...
– Наших бьют!
– раздался вопль Рони где-то сзади.
Я резко обернулась. Адар истошно залаял.
– Постойте!
– а это резво бежал... теряющий сознание четверть часа назад тролль...
Хозяин снова выстрелил, на сей раз - ребятам под ноги. За его плечом появилась женщина с лицом, будто из камня высеченным. И на нем - такое же злое настороженное выражение.
Я обернулась против воли. Тролль и эльфенок остановились всего в нескольких шагах, предупрежденные выстрелом.
– Это и есть твой раненый?
– злобно усмехнулся хозяин дома, тыча в сторону Тэма дулом.
Мне казалось, что сейчас моя голова под мокрым беретом закипит. Тэм остановился, облокачиваясь о собственные колени.
– А вы разве не бросились бы на выстрел, чтобы спасти свою жену?
– Жену?
– переспросил мистер с ружьем, сплевывая себе под ноги.
Нет, он что, совсем того?..
– МакАлистер!
– сдвинула брови и я.
– Какая еще жена?!.
– Наврал, - констатировал факт наш враг и переглянулся с женой.
– Ох, Джен...
– устало покачал головой ненаглядный мой тролль в щетине, - ну да, не жена пока еще. Она вечно на это сердится... Нам просто.. до Карлейля бы добраться... а так сложилось...
– "Пока еще"?! Я тебе дам жену, негодник! А с другой целоваться...
Изначально крепкая позиция тролля пошатнулась, и я метнулась к нему, Правда, Тэм удержался на ногах и властным жестом остановил меня. Право...
– ...что я хотел бы больше, чем могу . Только если это неудобно... не смеем вас обременять.