Чтение онлайн

— Залина, кто ещё знает об этом? — тихо спросила я.

— Никто, — почти шёпотом ответила она. — Только ты.

— Хорошо. Больше ни слова об этом, никогда. Иначе ты можешь причинить вред не только себе, но и ему. Если о вашей любви с генералом Тариком станет известно, это может стоить ему не только положения, но и жизни. Ты понимаешь?

Побледнев, принцесса кивнула.

А я уже начала выстраивать целую стратегию. Залина слишком эмоциональна и наивна, чтобы быть надёжным источником информации о своем возлюбленном. Мне нужно было узнать больше о генерале Тарике и о его реальном положении при дворе. Вся эта история могла стать как ловушкой, так и неожиданным рычагом влияния. Как говорится: “Разные нити вплетаются в узор, но главное — увидеть весь ковёр.”.

* * *

На следующее утро, когда я наслаждалась чашкой душистого чая, сидя на балконе, в мои покои заглянул главный евнух гарема.

— Госпожа, вас ожидает Мир-и-Саман*! Сам Махмуд-ага! — быстро поклонившись, объявил он.

— Кто этот человек, Далат-Хан? — спросила я, пытаясь разобраться, что происходит. Мне во всём мерещился какой-то подвох.

— О-о-о, Нала-бегум! Махмуд-ага — важная персона! В его ведении находятся абсолютно все водные пути, поля и сады. Он отвечает за процветание дворцовых владений! — почтительно произнёс евнух.

Моё любопытство разгорелось ещё сильнее. Зачем этот человек хочет видеть меня?

Я накинула на плечи шаль, прикрыла лицо вуалью. После чего в сопровождении служанок последовала за Далат-ханом. Он проводил меня в основной дворец и вскоре остановился перед одними из многочисленных дверей. Евнух постучал, дождался ответа, а потом распахнул передо мной тяжёлые створки. Я вошла в богато обставленный кабинет, где сразу увидела сидящего за столом чиновника. Он тут же поднялся и, обойдя стол, поклонился.

— Моё почтение, Нала-бегум. Меня зовут Махмуд-ага. Милостью небес и волей падишаха, прошу вас — даруйте этому месту честь своим вниманием.

Я бросила на него быстрый взгляд. Мужчина лет пятидесяти со строгим лицом, обрамленным тщательно подстриженной седеющей бородой.

— Благодарю за приглашение, Махмуд-ага, — я прошла к дивану и опустилась на мягкие подушки. Служанки встали позади.

— Нала-бегум, Повелитель, да продлятся его дни, перед своим отъездом дал мне особое поручение. Он попросил меня лично показать вам подробные карты земель, которые расположены вдоль главного оросительного канала, — сказал чиновник, беря со стола свиток пергамента, перевязанный тонким шнуром. После чего протянул его мне. — Повелитель также изволил упомянуть, что вы предложили совершенно новый порядок орошения земель. Некую... иную систему подачи воды… Могу ли я удостоиться чести и услышать о вашем замысле подробнее, Нала-бегум?

В его словах сквозило должное уважение, но я чувствовала, что за этой вежливостью скрывается некое внутреннее удивление или даже недоверие. Ему, должно быть, было дико представить, что женщина может разбираться в таких вопросах.

Я развернула карту и начала внимательно изучать её. Затем указала на поля, спускающиеся к каналу:

— Махмуд-ага, позвольте поделиться с вами моими скудными знаниями. Многие поля имеют заметный уклон. Вода, поступающая на эти земли, не задерживается должным образом. Она быстро стекает, унося с собой плодородный слой почвы и не успевая впитаться в достаточном количестве. Для того чтобы земли эти давали урожай в полную силу, нужно сохранить драгоценную влагу. Мне кажется, что можно попробовать изменить это: в будущем эти поля нужно преобразовать в террасы. Ступенчатые участки будут удерживать воду, не давая ей стремительно убегать вниз. Что обеспечит равномерное и глубокое орошение, значительно повысит плодородие и позволит получать больший урожай. Но сейчас, пока такие крупные и серьёзные перемены не сделаны, можно прорыть глубокие и широкие борозды поперек склона. Они станут небольшими запрудами, способными удерживать воду на каждом ярусе поля и позволят ей дольше оставаться на земле, проникая в почву.

Махмуд-ага слушал меня, не перебивая, его взгляд становился всё более сосредоточенным. Удивление на его лице стало уже совершенно явным.

— Но, Нала-бегум, — наконец произнес он. — Вода с верхней террасы всё равно будет стекать вниз. Это может привести к переувлажнению нижних участков и опять же к размыванию почвы. Как мы избежим этого переизбытка влаги?

— Нет, Махмуд-ага, — улыбнулась я. — Вода с верхних ярусов не будет просто стекать вниз на другие террасы, создавая неуправляемый поток. Для этого нужно создать систему отвода. С каждого террасного уровня излишки воды будут направляться по отдельным специально проложенным каналам. Они станут выводить лишнюю влагу в специально созданные водоёмы.

Махмуд-ага был ошеломлен. На мгновение он даже забыл об этикете и присел рядом со мной. Но затем, будто очнувшись от наваждения, вскочил на ноги.

— Могли бы вы начертить подробный план, где были бы обозначены и эти самые ступенчатые террасы, и пути отводящих каналов, и расположения водоемов для сбора излишков?

— С превеликим удовольствием, Махмуд-ага, — ответила я и попросила: — Позаботьтесь, чтобы мне принесли всё необходимое.

— Сегодня же вечером всё будет, — пообещал чиновник, с уважением глядя на меня. — Я восхищён вашими познаниями, Нала-бегум.

Я поднялась и, попрощавшись с ним, вышла в коридор. Ко мне тут же бросился Далат-хан.

— Госпожа! Махд-и-Муаззама велела вам явиться в её покои! Она увидела меня и спросила, что я здесь делаю. Мне пришлось признаться, что я ожидаю, когда вы закончите беседу с почтенным Махмудом-агой.

Что опять этой женщине нужно от меня?

____________________________

Мир-и-Саман* — высокий дворцовый титул, обозначающий главного управляющего дворцовым хозяйством, имуществом и ресурсами. В его ведении находились все аспекты, связанные с экономическим обеспечением двора, включая земли, сады, водные ресурсы и снабжение.

Я ни секунды не колебалась. Если Махд-и-Муаззама хочет видеть меня, не стоит заставлять её ждать. Остановившись у покоев матери падишаха, я постучала. Открывшая двери служанка без единого слова отступила в сторону, пропуская меня внутрь.

Махд-и-Муаззама восседала на горе подушек, словно на троне. Её тёмные глаза внимательно следили за каждым моим движением.

Почтительно поклонившись, я спокойно поинтересовалась:

— Вы хотели меня видеть, падшах-бегум?

Она окинула меня ледяным оценивающим взглядом.

— Что ты делала в кабинете Махмуда-аги? Что за беседы у вас с ним могут быть, о которых я не должна знать?

Я внутренне собралась, приготовившись к противостоянию, но внешне осталась совершенно невозмутимой.

— Повелитель распорядился, чтобы Махмуд-ага выслушал мои предложения о новом способе орошения земель и показал мне карты для изучения.

Мать падишаха резко поднялась с дивана и подошла ко мне почти вплотную. Её лицо исказилось от негодования.

— Что?! Орошения земель? — прошипела она прямо в моё лицо. — Да что ты в этом понимаешь, девчонка?! Падишах не мог такого просить! Ложь! Женщина, наставляющая Махмуда-агу?! Это просто смешно! Ты считаешь всех вокруг глупцами?

Я с достоинством встретила её гневный взгляд.

— Вы можете спросить об этом самого Мир-и-Самана, падшах-бегум, — я протянула ей свиток с картами. — Вот карты, которые он мне предоставил для работы.

Но Махд-и-Муаззама оттолкнула мою руку, словно прикосновение ко мне могло обжечь или осквернить. И я ещё когда-то имела глупость надеяться на дружбу с этой женщиной?..