Чтение онлайн

Они осторожно развернули каждую, держа кончиками пальцев за края, чтобы ничего не стереть.

Рекламку нашла Торранс. Черный прямоугольник с желтыми молниями, в точности как на видео.

Наконец-то им повезло.

Его первая ошибка, подумала Людивина. Возможно, единственная за сорок лет.

Она поспешила сфотографировать листовку и отправить Сеньону.

Это была реклама дезинсектора: «Уничтожает вредителей всех видов». Схематичный рисунок осы в одном углу и фотография большой крысы в центре, над номером телефона. И имя.

Гектор Лекувр.

Сеньон перезвонил минут через десять.

– Регистрационный номер компании фальшивый.

– А фамилия?

– В базе такой нет. Что касается телефона, номер был активен, теперь отключен. Проверим, но это явно одноразовый телефон.

Одноразовые телефоны с предоплаченной симкой часто использовали наркоторговцы: связываешься с клиентом и выбрасываешь. Если это так, Людивина не ждала ничего хорошего: Харон купил его за наличные в магазине без камер и с таким количеством посетителей, что продавцы не могли запомнить всех в лицо. Это очевидно. Классика жанра для опытного преступника.

Людивина поблагодарила Сеньона, повернулась к Торранс и покачала головой. Та сердито поморщилась, готовая взорваться.

– Может, хоть с историей звонков повезет… – произнесла Людивина, сама в это не веря.

– Посмотрим. В любом случае, если номер не фальшивый, он собирался им пользоваться.

Она вгляделась в листовку.

– Он ведь зачем-то сунул это ей под нос.

С фотографии пялилась пухлая крыса.

– Что, если он заявился среди ночи в дом Меньянов и выпустил там пару-тройку грызунов? Чтобы заставить их позвонить?

Торранс энергично кивнула:

– Возможно. Это был бы идеальный способ провести разведку на местности. Если дезинсектор попросит освободить помещение, чтобы распылить свой яд, вся семья уйдет, оставив его одного…

– Он сможет рыться, где захочет, найти точки доступа и даже спереть ключ.

– Или поймет, что это слишком рискованно, и придумает другую стратегию, чтобы похитить Хлою.

Торранс положила листовку в отдельный пакет и осторожно запечатала.

– Он притворяется курьером, истребителем грызунов или устраивает несчастный случай, чтобы добраться до своей добычи. Мыслит творчески, – резюмировала Людивина. – Когда он нацеливается на женщину, ничто не может ему помешать. Обязательно найдет лазейку в ее жизнь.

– Опыт – это одно, но такая приспособляемость – доказательство ума. Не исключен даже высокий коэффициент интеллекта.

Людивина знала, что большинство серийных убийц – отморозки, которым недодали серого вещества. Они умели убивать, развивали способности, чтобы творить зло, но не умнели. Впрочем, бывали и удивительные исключения. Считается, что Тед Банди имел уровень интеллекта выше 130. Эд Кемпер – 140. Тед Качиньски – 167. Людивина знала эти цифры наизусть. Эти люди входили в один-два процента населения, наделенных редким интеллектом.

– Утром снова допросим Арно Меньяна, – решила Торранс, массируя усталое лицо. – Если Харон приходил, муж наверняка был дома, иначе тот напал бы на Хлою. Он или дети вспомнят дезинсектора, у нас будет описание, а может, и фоторобот.

Она окликнула капрала, ожидавшего у входа, и протянула ему пластиковый пакет:

– Летите в оперштаб криминалистов Жиронды и передайте им это от генерала де Жюйя. Они знают, что делать.

Казалось маловероятным, что Харон оставил отпечатки пальцев или ДНК на листовке, но они были обязаны проверить.

Молодой жандарм очень впечатлился. Он кивнул, и Людивина поняла, что он выполнит свое поручение так, словно лично защищает президента Республики.

Люси оттянула рукав, чтобы посмотреть на часы.

– Сейчас три ночи. Если поторопимся, поспим часа четыре перед работой.

Людивина переминалась с ноги на ногу. Несмотря на усталость, ей даже думать не хотелось о сне.

Торранс об этом догадалась. Она приложила указательный палец к виску:

– Наша компетентность вот тут. Зависит от нашей способности рассуждать. Значит, мы должны быть в хорошей форме. Идите и поспите, очень вам советую. Даже приказываю.

Сеньон сидел за рабочим столом, уставившись в экран ноутбука.

Окружающая тишина расслабляла. Как и темнота. Сотрудники один за другим покинули помещение, когда стрелка часов переместилась на правую сторону. Они спали неподалеку, в палатках на территории шахты. Даже де Жюйя решил отдохнуть: в воскресенье ему предстояло общение с ордой политиков. На экране светился листок, присланный Людивиной. Сеньон сомневался, что сможет выяснить, где его напечатали, если типография вообще существует. Могло бы помочь качество бумаги, вес, точный состав, а в идеале – цифровая подпись. Лаборатория сообщит подробности, когда проанализирует документ. Нет, жалкая бумаженция похожа на самоделку. Распечатана на обычном принтере. Даже если удастся отследить модель, что не факт, таких продают десятки тысяч – ничто не указывает на то, что это принтер Харона, он мог втихаря распечатать листок у кого-нибудь дома или на работе.

Сеньон повернул голову к длинному панорамному окну, выходившему на площадку. Затем встал, подошел ближе. Из окна исходило бледное голубоватое свечение, ночное, робкое, словно луна не осмеливалась появиться и озарить это зловещее место.

Снаружи угадывались гигантские силуэты. Огромные ангары, громады заводов, скелетоподобные конструкции, а за ними – отвалы, похожие на горы мрака.

Надо же, и Харон любил приезжать сюда по ночам. В эту зловещую тьму с трупом на заднем сиденье… Как он спускал его в шахту? Должно быть, привозил тачку или маленькую тележку, а еще инструменты, чтобы пробивать слои бетона. Чертов псих!

Сеньон глубоко вздохнул, задержал дыхание и медленно выдохнул. Его одолела хандра. Появилось ощущение пустоты внутри, вся энергия вытекла.

Он скучал по детям и Летиции. Хотелось обнять их, таких теплых. Вдохнуть запах. Жизнь кипела в них, как молоко на плите, выплескивалась повсюду, шумела. Боже, как прекрасно это было! И как давно…

Сейчас не время думать о семье, нужно сосредоточиться на том, зачем он здесь, в этих полуразрушенных стенах. Итак, Харон ездил на черном «дастере». Изображал курьера или истребителя грызунов, в зависимости от сценария. Сколько еще у него личин, чтобы проникнуть в дом жертвы? Техник или электрик от интернет-провайдера? Установщик сигнализации? Полицейский? Наглости ему хватало, что да, то да.

Сеньон потер затылок большой ладонью. Все мышцы тянуло от напряжения, но лечь он не мог. Слишком поздно. Он потянулся, позвоночник хрустнул.

Нужно выследить Гектора Лекувра.

То еще имечко. Гектор Ле…

Лицо Сеньона вдруг озарилось. Елки-палки! Гектор!

Вышка стояла перед ним, почти невидимая в ночи.

Скважинная антенна. Ее остатки.

Колодец «Гектор».

Сеньон бросился к компьютеру и вышел в интернет. Долго искать не пришлось.

Он покачал головой.