Чтение онлайн

Несколько дней к ряду Ферокс ни на шаг не отпускал от себя Милену. Ей регулярно требовалась его кровь – ребёнок был ещё слишком силён для своей матери. К тому же, маленький ревнивец по-прежнему не желал терпеть рядом с матерью какого-либо мужчину, кроме своего отца. Поэтому, даже неосторожно приблизившийся к повелительнице слуга, рисковал сгореть в чёрном пламени. И только когда Ферокс был рядом, ребёнок вёл себя спокойно.

Но Милена и сама не хотела быть вдали от мужа, Ферокс чувствовал, что она тянется к нему. Ненависть и страх ушли из её глаз, спрятались где-то в глубине зрачков. Ферокс не обольщался на счёт того, что это навсегда. Знал, что это зачатие сына так действует на Милену, и тем не менее ему нравилось видеть на себе её спокойный взгляд – без жадного обожания Хищницы или настороженной нервозности Жертвы. Он, чувствовала, что Милена стало спокойнее. Была ли причиной тому её беременность, или то, что она вырвалась из мира демонов, с его бешенным ритмом и жестокими реалиями, попав в спокойную атмосферу, которую создал для неё Ферокс. Она перестала дичиться своего мужа, прожигать его враждебными взглядами, и напрягаться от каждого прикосновения. И Ферокс был доволен этим.

В день, когда драконам было официально объявлено, что повелительница ждет наследника, у Ферокса состоялся разговор с Люцифером.

– Я могу тебя поздравить, Ферокс. Ты, наконец, получил то, что так давно желал, – произнёс Люцифер, сидящий в кресле, по ту сторону зеркала.

– Получил. И теперь мне нужно ещё кое-что.

Люцифер вопросительно приподнял брови.

– Её покровители, – пояснил дракон. – Пока не родится ребёнок, я не хочу, чтобы они появлялись в моём мире. Ни в качестве покровителей моей жены, ни в качестве твоих послов.

Повелитель демонов усмехнулся:

– Ну, допустим, послов я могу и других подобрать. Но, взяв Милену под своё покровительство, они приняли за неё некую ответственность…

– Избавь меня от этой софистики, – поморщился Ферокс. – Ответственность они приняли… Пока моя жена не вернётся в Преисподнюю, я не хочу видеть никого из них рядом с ней.

– Думаешь, их присутствие может повредить ей?

– Что я думаю – это моё дело, – невозмутимо отозвался повелитель драконов. – Я хочу, чтобы пока моя жена вынашивает моего сына, эти трое демонов не появлялись в моем мире.

Ферокс особо не вникал, какие эмоции испытывает Милена по отношению к своим покровителям – откровенно говоря, его это мало волновало. Ферокс видел своей обязанностью обеспечить безопасность и спокойствие для своей супруги. А понятия «безопасность и спокойствие» плохо сочетались с понятием «Верховный демон». Да и его сын, вряд ли, подпустит к матери кого-то из её покровителей. И учитывая всё это, повелитель драконов пришел к выводу, что нечего им делать возле его жены.

– Как трогательно ты опекаешь свою супругу, Ферокс, – задумчиво протянул демон. – Ты делаешь это ради благополучия своего наследника? Или есть ещё какая-то причина?

Ферокс лишь презрительно хмыкнул, показывая, что не намерен отвечать на столь нелепый вопрос. Тем более что, однозначного ответа у него не было. Ещё каких-то пару недель назад он бы сказал, что ребёнок – это единственное, что его волнует. И что он вынужден обеспечивать безопасность Милены Кавэлли, пока она не родит. Но сейчас… мог ли он так сказать? Что его не волнует Милена, отдельно от ребёнка? Что как только его наследник появится на свет, он потеряет интерес к своей супруге? Ферокс чувствовал, что это далеко не так.

– Кое-кто из этой троицы уже, кстати, изъявлял желание навестить свою подопечную, – с усмешкой сообщил Люцифер. – И очень настойчиво.

– Я не ошибусь, если предположу, что это – Аббадон? – скептически поинтересовался Ферокс.

Чёрному богу-дракону была известна эта история, когда демон Бездны хотел заполучить душу Милены, а вместе с ней и её саму. Ради этого он даже заключил договор со смертной женщиной – матерью Милены – с отсрочкой на восемнадцать лет. И даже после того, как Аббадон, по собственной же глупости, лишился этого договора, он проявлял к супруге Ферокса повышенное внимание.

– Не ошибешься.

– И?

– Я запретил всем троим приближаться к Милене, пока она в мире драконов, – не стал больше жонглировать словами Люцифер. – Предполагал, что ты не захочешь, что бы кто-то беспокоил твою драгоценную супругу.

Голос демона наполнился едва уловимой иронией, но Ферокс пропустил это мимо ушей. Он услышал то, что хотел, и тонкие издёвки Люцифера его мало занимали. В конце концов, демон есть демон.

– Рад, что мы поняли друг друга, – ровно сказал Ферокс. – В этом вопросе.

– В этом – да, – со значением согласился повелитель Преисподней.

На несколько мгновений между мужчинами повисло тяжёлое молчание, разделённых тонким стеклом чёрного зеркала. Дракон и демон, дети одной стихии – Тьмы, у них было много общего изначально – стремление к силе, и непринятия слабости, жесткость, воля, расчет… И мир драконов, с его небесными светилами и цветущими садами, был не менее жестоким, чем каменно-огненный мир демонов. Расы, одинаковые по сути, но такие разные в частностях…

– Что ж, – первым нарушил тишину Люцифер. – В таком случае – ещё раз поздравляю с грядущим отцовством.

Холодные глаза демона неприятно блеснули, а ирония в голосе стала явственнее.

– Благодарю, – в тон ему ответил Ферокс и оборвал связь.

Повелители двух миров давно пренебрегали протокольным этикетом, предпочитая не сорить лишний раз пустыми словами. Поверхность стекла почернела. Дракон некоторое время смотрел в эту черноту, а потом ухмыльнулся и произнес:

– Что б ты понимал, демон…

К Милене заявилась делегация из Зиградена. В неё входили Верде и Элендар Кавэлли, Драйк и… Рейф. Судя по надменно неприязненному взгляду старшего Кавэлли – рыжего ерата брать не планировали, но отвязаться не смогли. Нужно было решить, как будет осуществляться управление Зиграденом, пока его правительница пребывает в мире драконов.

– Ты могла бы назначить регента, – предложил Элендар.

– И какими же правами обладает регент, – спросила Милена, откидываясь на спинку трона.

Она принимала их в тронном зале дворца повелителей драконов. Кавэлли явно не нравилось видеть Милену на высоком троне, рядом с повелителем драконов – слишком это не вязалось с послушной куклой, которую они планировали заполучить в её лице, когда она только появилась в Преисподней. Ферокс тоже присутствовал на этой встрече – он молча сидел на своём троне, и ни во что не вмешивался. Он был в качестве страховки, на случай если его сын решит, что эти демоны ему не нравятся. Так он объяснил это Милене. На что демонесса возразила, что если их ребёнок сожжет кого-нибудь из её родственников – она плакать не будет. Ферокса позабавило такое отношение, но он настоял на своём. Ему хотелось посмотреть, как его жена будет разговаривать с Кавэлли. И ему нравилось то, что он видел.

– Регент – твой прямой представитель, – пояснил Верде. – Он имеет право принимать решения, подписывать документы, присутствовать на Советах. Всё что решит регент, считается твоим решением, и не может быть оспорено.

Милена прищурила глаза, холодно посмотрев на дядю:

– То есть, регент обладает властью полноправного правителя?

Верде, чуть подумав, пояснил:

– Ты можешь ограничить права регента на своё усмотрение.

– И в качестве регента ты предлагаешь себя? – поинтересовалась демонесса тоном, от которого Верде передёрнуло.