Повелительница с клеймом рабыни
Шрифт:
Тем не менее, демон ответил спокойно:
– Ты сама можешь назначить регента. Я лишь хочу сказать, что управлял городом после изгнания Савариса, и знаю всё, что нужно…
– Городом управлял не ты, – холодно сказала Милена. – Городом управлял Абигор. Ты лишь сидел на бумажной работе, и подшивал отчеты.
Верде нахмурился, явно недовольный этим напоминанием, но возразить ему было не чем. Чуть помолчав, Милена спросила:
– Вы принесли регалию регента?
Верде кивнул, и посмотрел на Элендара. Тот держал в руках небольшую шкатулку из красной яшмы. Он приблизился к трону Милены, но не дошёл нескольких шагов. Воздух перед ним потемнел, и возникшие, словно неоткуда, языки пламени попытались лизнуть демона. Тот в испуге шарахнулся назад – чёрный огонь таки дотянулся до его одежды, и подпалил рукава сюртука.
Ферокс посмотрел на жену, успел увидеть удовлетворённую улыбку, и усмехнулся про себя – похоже, её родственники успели неслабо достать её за то короткое время, что она их знала.
– Элендар, дай мне регалию,– Милена требовательно протянула руку.
От улыбки не осталось и следа – только надменно поджатые губы и холодный взгляд. Элендар беспомощно оглянулся на Верде, но тот тоже выглядел несколько растерянным. Вдоволь налюбовавшись на беспомощность своих родственников, Милена посмотрела на Ферокса. Усмехнувшись, он накрыл рукой ладонь жены, сразу же ощутив силу своего сына в ее чреве. Дракон сурово посмотрел на демона:
– Отдай, наконец, своей сестре эту шкатулку. Я не собираюсь тратить на вас весь день, – тон, каким это было сказано, ясно давал понять, что лучше бы Элендару быть порасторопнее.
Бросив на повелителя драконов враждебный взгляд, демон посмотрел на сестру, но та лишь едва заметно кивнула, подтверждая правоту своего мужа. Элендар снова обернулся словно в поисках поддержки, но Верде явно не торопился на помощь племяннику, мрачно глядя на сидящую на троне Милену. Драйк неподвижно застыл чуть позади Кавэлли – каменное выражение лица было совершенно непроницаемым. А вот рыжий Рейф неприкрыто ухмылялся, с интересом глядя на Элендара. В его бирюзовых глазах явственно читалось – ему очень хочется увидеть, как демон сгорит в чёрном пламени.
Поняв, что выбора нет, Элендар всё же решился, и приблизился к трону. В этот раз обошлось – демон ощутил лишь неприятное покалывание сгустившегося воздуха.
Милена открыла шкатулку. Внутри, на чёрном бархате, лежал широкий платиновый браслет. По тускло поблескивающему металлу змеились руны, причудливо переплетая драконий и демонический языки. В центре браслета поблескивал алый рубин овальной формы, в глубине которого острыми гранями сверкала гравировка – дракон и ворон – символы родоначальников клана Кавэлли.
– Почему Деланей не пришла свами? – спросила вдруг Милена.
Верде с Элендаром переглянулись – вопрос им однозначно не понравился.
– Деланей практически не участвовала в управлении городом. Она всегда держалась в стороне от политики, – пояснил старший Кавэлли.
Милена погладила пальцами красный камень браслета. Точно такой же камень, только меньше и более искусной обработки сверкал в её перстне на левом безымянном пальце – символ главы рода и правителя Зиградена.
– Что ж, в таком случае, Деланей придётся пересмотреть свою позицию, – произнесла демонесса. – Потому что права регента я намерена передать именно ей. Урезанные права, разумеется.
– Но почему?.. – не удержался Элендар, и тут же смолк под холодным и острым, как бритва, взглядом Милены:
– Потому, что это – мое решение, – тихо, но как-то очень веско произнесла она. – Или ты хочешь сказать, что я должна отчитываться перед вами?
Элендар замешкался, а вот Верде посмотрел на племянницу со странной смесью любопытства, удивления и… уважения.
– Элендар! – позвала Милена, намекая, что её вопрос не был риторическим.
– Нет, – наконец ответил демон. – Не должна.
– И?
– И я скажу Деланей, чтобы она пришла к тебе, – ответил за племянника старший Кавэлли, склоняя голову. – Что бы ты могла надеть на неё регалию, и обозначить границы её власти.
Милена удовлетворённо кивнула. А Ферокс наблюдая за этим семейным представлением, понял, что только что стал свидетелем, того, как старый демон окончательно капитулировал перед молодой полукровкой, признавая её власть.
– Если это всё, – Милена закрыла шкатулку и поставила её на широкий подлокотник своего трона. – Тогда, можете быть свободны.
– Это всё, – сказал Верде, и чуть помешкав, слегка поклонился.
Элендар неохотно последовал его примеру. Так и не проронивший ни слова Драйк, тоже склонил голову.
Ферокс уже собирался подняться с трона, и забрать свою супругу, предоставляя демонам самостоятельно покинуть его мир, как подал голос неугомонный ерат.
– Милена, ты совсем про меня забыла! – нагло заявил Рейф.
Повелитель драконов вперил в него тяжелый взгляд – Ферокс понимал, что этот безумец связан с Миленой, и связь эта, скорее всего, навсегда – но всё равно, эта рыжая блоха позволяла себе слишком много.
– Крови хочешь? – устало спросила девушка.
– Хочу. И не только крови, – нахально оскалился ерат, но глянув на помрачневшего Ферокса, тут же сдал позиции. – Но настаивать не стану. Только крови…
– Убить его, конечно, нет возможности, – задумчиво произнес повелитель драконов, то ли обращаясь к своей жене, то ли просто размышляя вслух. – Но хорошенько высечь, что бы знал своё место, вполне можно…
После этих слов, любому здравомыслящему существу полагалось бы заткнуться, и убраться прочь, не оставив после себя даже запаха. Только Рейф к здравомыслящим не относился:
– Я – всего лишь верный пес. Мое место – рядом с любимой хозяйкой…
«Он что, действительно не понимает, как нарывается сейчас?» – с некоторым изумлением подумал Ферокс, чувствуя раздражение. На его руку легли тонкие пальцы Милены. Ферокс повернулся к ней – демонесса успокаивающе погладила его ладонь, взглядом прося не обращать внимания.
– Не нужно, Ферокс, – тихо сказала Милена. – Он того не стоит, – и чуть повернув голову, велела. – Рейф, пошел вон!
– Ааа?..
– Получишь свою мензурку с кровью позже!
– Но…
– Драйк, убери его отсюда!
– Слушаюсь, госпожа, – слуга невозмутимо шагнул вперёд.
Рейф попытался увернуться от цепких рук демона, но не преуспел в этом. Драйк изловил его сзади за шею, приподнял в воздух на вытянутой руке, снова поклонился Милене, и вышел из зала, унося извивающегося ерата, как нашкодившего кота – за шкирку.
Ферокс некоторое время обозревал пространство опустевшего тронного зала, затем посмотрел на жену, которая всё ещё поглаживала его ладонь.