Повесть об испытаниях и мучениях
Шрифт:
— Ну, по крайней мере, Шэй попыталась, — яд в голосе Ронана невозможно не заметить.
— Что происходит? — спрашивает Эрис, переводя взгляд с одного на другого. — Что случилось?
— Оказывается, — Ронан мечется по комнате, как зверь в клетке, — единственный способ заставить королей и королев нашего мира приехать в Троновию — это пригласить их на королевскую свадьбу.
— На королевскую свадьбу? — глаза Финна расширяются. — Но это значит…
Ронан указывает на него пальцем и разражается почти безумным смехом.
— Вот именно, Финн, королевская свадьба. Моя свадьба. Есть ли у меня невеста? Нет. Но зачем позволять таким мелочам мешать планам моего отца. Или Трэйна, раз уж на то пошло. Он так доблестно вёл наступление за мои брачные узы.
— То есть это просто уловка? — спрашивает Эрис тихо, чтобы ещё сильнее не разозлить взвинченного принца. — Раз невесты нет, значит, и настоящей свадьбы, конечно, не будет.
— Казалось бы, Эрис, но, увы, это только подстегнуло желание моего отца как можно скорее меня женить и получить наследников, — Ронан плюхается на один из стульев за обеденным столом и закрывает лицо руками. — Всё должно было пойти не так. Мне обещали год.
Я осторожно опускаюсь перед ним на колени. Кладу руки поверх его и мягко тяну их вниз, чтобы он посмотрел на меня.
— Мне обещали год, — шепчет он сломленным голосом. — Это нечестно.
— Нет, — соглашаюсь я. — Это несправедливо. Мне жаль, что твой отец так на него давит и что мы уже ничего не можем сделать, чтобы ещё сильнее это оттянуть. Но, может быть, мы сможем помочь тебе найти кого-то. Кого-то, кого ты со временем сможешь полюбить.
— Это не конец света, — Никс хлопает Ронана ладонью по плечу. — Всего лишь брак, — его попытка подбодрить кузена с треском проваливается.
Ронан закатывает глаза.
— Пожалуй, утешительные речи стоит оставить Шэй.
Никс вскидывает руки и оглядывается по сторонам.
— Ну и что я такого сказал? Я вообще-то, блядь, пытался быть милым.
— Брак всё равно настиг бы тебя рано или поздно, — вмешивается Атлас, не желая ни нянчиться с Ронаном, ни подыгрывать Никсу. — Ты наследник троновианского престола. Твой отец никогда не позволил бы тебе дожить до тридцати холостяком.
— Мне ещё далеко до тридцати, Атлас, — рявкает принц. — И вообще, какое это имеет значение? Не то чтобы мне пришлось проводить с этой женщиной больше времени, чем необходимо. Мы поженимся и заведём ребёнка. А потом я смогу жить так, как мне хочется.
— Ты не сможешь продолжать ходить к Пру после свадьбы, если ты об этом думаешь, — качает головой Финн. — Дядя Сорен будет ждать от тебя большего.
— Или твоя жена поднимет немалый шум, — добавляет Никс, и это окончательно выводит Ронана из себя.
— Демон! С каждой минутой всё только хуже, — Ронан резко вскакивает и направляется к двери.
— Ты куда? — кричу я ему вслед.
— К Пру, — шипит он. — Пока мне ещё не запретили туда ходить.
Ронан распахивает дверь и вылетает в холод. Когда я уже открываю рот, чтобы окликнуть его, Никс поднимает руку.
— Я за ним присмотрю. Попробую вбить в него хоть немного здравого смысла.
Не говоря больше ни слова, Никс хватает пальто и бросается за Ронаном, с грохотом захлопывая за собой дверь.
— Ну что ж, всё прошло… не очень, — я занимаю стул, который оставил Ронан.
Атлас отталкивается от стены, возле которой стоял.
— Ронан избалован. Он годами знал, что однажды ему придётся взять себе жену, и отец был более чем щедр, позволяя ему тянуть с этим так долго.
— Но ему обещали год, — напоминаю я.
— Да, — соглашается Атлас. — Но Ронан дурак, если правда поверил, что отец даст ему весь этот год целиком. Таковы правила королей и правителей, — я бросаю на него убийственный взгляд, и он вскидывает руки в знак капитуляции. — Я не говорил, что согласен с этим. Я лишь понимаю, как устроены эти политические игры.
В комнате повисает тишина. Не могу спорить с тем, что говорит Атлас. Я и сама была обручена по договорённости, так что знаю, что значит долг перед своим королевством. Если бы Харланды не похитили меня, я бы вышла замуж за монстра, и звёзды знают, сколько времени прошло бы, прежде чем я узнала правду. Если бы вообще узнала.
Но к Ронану я питаю слабость. Он молод, а на плечах у него уже лежит непосильная тяжесть. Я понимаю, почему он так часто ходит к Пру и почти всё свободное время проводит с кузенами. Он не просил делать его следующим королём, но в конце концов именно им он и станет, а значит, ему придётся вести себя соответствующе. И, к сожалению для него, это время пришло уже сейчас.
— Ну, до ужина ещё целый час, — нарушает молчание Эрис. — Так что, если хочешь отдохнуть или разобрать вещи до этого…
— Немного передохнуть мне точно не помешает, — улыбаюсь и киваю я.
Финн втягивает носом воздух.
— Мы не оставили булочки в духовке?
— Ой, демон! — вскрикивает Эрис и мчится на кухню. — С ними всё в порядке! — доносится её голос.
Финн кивает мне и Атласу, а затем уходит следом за Эрис на кухню.
Атлас указывает в сторону лестницы.
— Хочешь отдохнуть наверху?
Вся грусть, которую я чувствовала из-за Ронана, внезапно рассеивается, и жар разливается по всему моему телу.
— Звучит заманчиво, — улыбаюсь я и начинаю подниматься.
Выше, выше, выше — на третий этаж, где находится моя комната. Я почти бегу к двери своей спальни, но вдруг Атлас ловит меня за руку и тянет обратно к лестнице.
— Идём со мной.
Я не спорю, потому что, если он ведёт меня в свою комнату ради столь необходимого времени наедине, я только за. Ну, сначала, правда, я бы приняла душ. А потом — я точно за.
Мы ещё на один пролёт поднимаемся по деревянной лестнице, и, конечно же, он тянет меня к своей двери. Мягко подталкивает вперёд и прижимается грудью к моей спине.
— Открывай, — шепчет он.
Я тяжело сглатываю, сама не понимая, почему в животе у меня вспархивают бабочки, но делаю, как он велит, и открываю дверь в его спальню.
У меня отвисает челюсть, когда я вижу, что он перенёс сюда мои вещи, а на его кровати стоит узкая обтянутая тканью коробка, внутри которой лежит кинжал, подаренный мне Бастианом. Я резко оборачиваюсь, а он улыбается мне сверху вниз, хотя привычной самоуверенности в нём уже меньше.
— Я решил, что ты захочешь вернуть себе кинжал, — говорит он, когда я молчу. — На отвлекающей миссии ничего не случилось, так что его привезли обратно.