Повесть об испытаниях и мучениях
Шрифт:
Атлас улыбается и любовно шепчет мне на ухо:
— Шэй. Моя, — рычит он, и его грудь вибрирует у моей. — Вся моя.
Наш романтический момент длится недолго, потому что сквозь облака прорывается Ледяной дракон, спускаясь к нам. Я щурюсь — солнце светит всаднице в спину. Но наконец различаю Камари и Сайринкс и тут же вскакиваю на ноги.
Я бегу к ней, когда она приземляется.
— Что-то случилось?
— Случилось? — хмурится она. — Нет.
— Тогда что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, в голосе у меня звенит раздражение.
— Трэйн хочет тебя видеть, — сообщает она.
— Сейчас?
Она морщится.
— Боюсь, что да. Сказал, это важно и не может ждать.
Если уж Камари говорит, что это не может подождать, значит, Трэйн, скорее всего, уже раздражён тем, что меня нет там прямо сейчас.
Я со стоном бросаю на Атласа виноватый взгляд.
— Прости.
Он отмахивается.
— Сейчас узнаем, чего он хочет, а потом отпразднуем вечером, — говорит он с лукавым подмигиванием, от которого у меня в груди вспыхивает жар. — У меня уже есть несколько идей, как именно.
Когда передо мной, словно кусок мяса на крючке, маячит такая приманка, я решительно подхожу к Сераксэс и взбираюсь ей на спину. Первым делом — выяснить, что такого срочного понадобилось Трэйну, а потом вернуться домой к своему жениху и отпраздновать нашу помолвку всеми теми прекрасными способами, которых он пожелает.
ШЭЙ
Камари ведёт нас через Старнборо, и я с неожиданным восхищением отмечаю, как быстро она успела выучить расположение замка.
— Уже совсем недалеко, — говорит она, даже не оборачиваясь на нас.
— Трэйн сказал, чего хотел? — нервы у меня натягиваются всё сильнее. С тем настроением, в котором он сегодня пребывает, я уже готовлюсь к неприятному разговору.
Она беззаботно пожимает плечом.
— Как я уже сказала, всё, что он сказал, — это что дело важное.
Атлас сжимает мою руку, молчаливое заверение, что всё будет хорошо. Хотелось бы сказать, что это уменьшает мою тревогу, но нет.
Трэйн и моя мать замечают нас в ту же секунду, как мы показываемся в конце коридора.
— Как любезно, что вы наконец соизволили появиться.
Трэйн окидывает взглядом наши сцепленные руки и вздыхает.
— Вижу, теперь вы и правда неразлучны.
— Тебе повезло, что мы вообще пришли, — огрызаюсь я. — Зачем ты нас вызвал?
— Я просил прийти тебя. Не твоего…
Моя мать хватает меня за левую руку и ахает.
— Жених!
Она улыбается Атласу.
— Я не знала, что ты собираешься сделать это сегодня вечером.
— Момент показался подходящим, — говорит он, и у меня отвисает челюсть.
— Подожди, — я поднимаю руки. — Ты знала, что он собирается сделать мне предложение?
— Она помогала разрабатывать дизайн твоего помолвочного кольца.
Новая тёплая волна эмоций накрывает меня, и на губах сама собой появляется улыбка. Я так счастлива, что Атлас и моя мать начинают узнавать друг друга всё лучше. А уж то, что они вместе работали над секретным кольцом для помолвки, — у меня сейчас сердце пробьёт грудную клетку.
— Амма, — всхлипываю я, и она обнимает меня.
— Я так счастлива за тебя, моя дорогая девочка, — шепчет она мне в волосы.
— Да-да, — фыркает Трэйн, закатывая глаза. — Поздравления и приветствия. А теперь у нас есть дела поважнее, которыми нужно заняться.
Я смахиваю слезу со щеки и усмехаюсь.
— Ты просто мастер отмечать хорошие новости.
Трэйн бросает на меня раздражённый взгляд.
— В моих глазах вы и так уже были помолвлены. Ничего нового или удивительного тут нет. Это не значит, что я не рад за вас.
Атлас обнимает меня за плечи.
— По тебе это было видно, — невозмутимо говорит он.
— Это моё лицо, Атлас. Казалось бы, ты уже должен был это понять.
Трэйн быстро оставляет тему нашей официальной помолвки и заглядывает в щель приоткрытой двери.
— Что такого важного, что это не могло подождать до утра?
Я подхожу к Трэйну и, не в силах сдержать любопытство, тоже пытаюсь разглядеть, на что он смотрит.
— Король гномов и принц отдыхают, — шепчет он, освобождая мне место рядом с собой. — Нам необходимо поговорить с ними наедине о перековке Портала в Орабелль.
— Они ещё даже не решили, собираются ли вообще присоединяться к военным усилиям. С чего бы им…
— Присоединятся, — говорит кузен с такой уверенностью, что я ему верю. — Гномы просто не могут оставаться в стороне, если дело касается оружия. Во время войны их экономика расцветает, потому что все участвующие королевства закупают у них ресурсы.
— Это жутко, — морщу нос и смотрю на него снизу вверх.
Он пожимает плечами.
— Это политика. А теперь нам нужно убедить их восстановить портал, если мы вообще хотим иметь шанс выиграть эту войну.
— Думаешь, они нас послушают? — сердце у меня подпрыгивает к самому горлу.
Я выгибаю бровь, когда он переводит на меня прищуренный взгляд.
— Без обид, но, похоже, ледяных эльфов они слушать не очень-то настроены.
— Возможно, они послушают нас.
Голос Ронана разносится по коридору. Он подводит профессора Риггса к месту нашей встречи.
— А ты что здесь делаешь? — выпрямляюсь я.
— После разговора с Трэйном, когда ты вернулась с Северного Гребня, я говорил с профессором Риггсом о его исследованиях и думаю, что, если кто и сможет убедить гномов помочь, так это мы с ним.
Грудь Ронана расправляется, а уверенность в себе только крепнет.
— Я куда обаятельнее Трэйна и упрямее собственного отца.
Он беспечно пожимает плечом.
— К тому же Трэйн попросил нас помочь.
— Ну, если говорить с ними будете вы, тогда зачем я здесь?
— Ты пойдёшь с ними, — сообщает мне Трэйн. — В конце концов, речь идёт о твоей крови и твоём роде.
— Справедливо.
Я делаю вдох через нос, пытаясь унять гулко колотящееся сердце и расправляю плечи.