Чтение онлайн

Гномы, кажется, даже рады, что нежелательное внимание переключилось с них на меня, выставленную на заклание. Они позволяют остальным орать и ругаться, пока сами налегают на еду и вино.

И именно тогда рука моей матери ложится на моё дёргающееся колено под столом. Она не смотрит в мою сторону, даже когда я поворачиваюсь, чтобы поймать её взгляд. Её жёсткая хмурая линия губ направлена на королеву гидр. Отношения между ледяными и морскими эльфами последние тысячу лет были, мягко говоря, шаткими. И если судить только по выражению лица моей матери, то мира между двумя ветвями не будет ещё тысячу лет, если Астрея отпустит в мою сторону ещё хоть одно неуместное замечание.

Мне ужасно не хочется это признавать, но Астрея права. Портал невозможно будет по-настоящему перековать, пока у них не будет моей крови. Если я умру, а моё тело сожгут, у демонического восстания не останется надежды. Со временем смертные смогут выследить Бастиана и его Пожирателей Душ, а потом…

— Ты ведь не собираешься всерьёз это рассматривать? — шёпот Трэйна у моего уха застаёт меня врасплох, и я едва не подскакиваю на месте.

Я хмуро смотрю на него снизу вверх — он наклонился ко мне, скрестив руки на груди, позволяя остальным правителям швыряться друг в друга оскорблениями.

— В её словах есть смысл, — признаю тихим голосом.

— Варварский.

— Трэйн, — негромко говорю я. — Если я умру…

— Даже не обсуждается, — перебивает он, и черты его лица каменеют от серьёзности. — Думаешь, демоны остановятся, если ты умрёшь? Они найдут другой способ.

— Но портал…

— Если ты думаешь, что демоны не смогут захватить в плен гномьего инженера и заставить его создать новый портал безо всякой нужды в твоей крови, значит, ты недооцениваешь нашего врага.

Слова Трэйна пробирают меня холодом.

— Или, быть может, они похитят твоего драгоценного профессора Риггса с его богатейшими знаниями, чтобы найти новый способ освободить своего хозяина.

Он хмурится, но в его взгляде такая печаль, что у меня перехватывает дыхание.

— Ты — самое простое решение их проблемы, но не единственное.

Я тяжело сглатываю, сдерживая слёзы, подступившие к глазам.

— Что нам теперь делать?

Я обвожу взглядом зал и вздыхаю.

— Они ведь не остановятся, да?

Трэйн пожимает плечами.

— В конце концов устанут. Иногда детям нужно дать самим разобраться между собой.

Он склоняет голову, глядя на меня.

— Атласу нужно будет узнать, что здесь произошло сегодня вечером.

Он имеет в виду, что Атласу нужно будет узнать о предложении Астреи убить меня ради общего блага.

— Я ему расскажу, — коротко киваю, отводя глаза от его взгляда.

— И сделай нам всем одолжение, Аурелия, не уходи больше бродить одна, — ворчит он. — Ты в опасности.

— Ты только сейчас это понял? — поддразниваю я.

— Мы и раньше знали, что ты в опасности, пока враги тебя ищут, — его тон меня пугает. — Но теперь ты в опасности даже среди тех, кого мы считали союзниками. Держи своего повелителя теней рядом. Сейчас не время терять бдительность.

Держи ухо востро. Девиз Делейни и Харланд. Похоже, у меня не остаётся иного выбора, кроме как поступать именно так.

ШЭЙ

Хотя я и протестую, Трэйн и Ронан настаивают, что после ужина проводят меня обратно в дом Харландов. Остаток ужина прошёл взрывоопасно и безо всякого итога, а королева гидр только и делала, что прожигала меня взглядом.

Мы подъезжаем к таунхаусу, и я выбираюсь из экипажа к двери, протискиваясь мимо Ронана и Трэйна. Трэйн хватает меня за запястье.

— Расскажи Атласу всё, или это сделаю я.

— Почему ты думаешь, что я ему не расскажу? — хмурюсь я.

— Потому что ты боишься, что Атлас натворит глупостей, пытаясь тебя защитить, — просто отвечает он, и я ненавижу то, как легко он читает мои мысли.

— Я зайду с тобой внутрь, — сообщает мне Ронан, протискиваясь мимо и помогая выбраться из экипажа.

— Знаешь, тебе совсем не обязательно это делать, — раздражение вспыхивает у меня на щеках.

— Завтра утром увидимся на тренировке, — бросает нам вслед Трэйн, а затем стучит по крыше экипажа. Тот уносится вниз по улице.

Ронан отпирает входную дверь и придерживает её, чтобы я могла проскользнуть внутрь. Не могу дождаться, когда сниму это платье. Оно красивое и сверкает, как звёзды в ночном небе, но я уже привыкла носить штаны и чувствовать удобство.

Несмотря на поздний час, все ещё не спят и разбрелись по гостиной. Они что, ждали, когда я вернусь домой?

Эрис и Финн уютно устроились вместе в одном из больших кресел. Рука Финна, обвившая талию Эрис и прижимающая её к себе, заставляет меня улыбнуться. Моё появление прерывает хождение Никса по комнате, а Атлас поднимается из кресла у пылающего камина и направляется ко мне. Правда, Никс успевает раньше, заключая меня в крепкие тёплые объятия.

— Давно пора, Китарни, — от его привычного приветствия у меня теплеет в груди. — Хотя, может, мне стоит начать звать тебя Аурелией. А то может выйти путаница.

— Не для меня, — ухмыляюсь, глядя на него снизу вверх. — Это прозвище. А прозвища мне нравятся.

— Рад, что ты вернулась целой и невредимой, — голос Атласа тянет меня к нему, как магнитом. — Похоже, правители тебя не сломили.

Я бросаю взгляд через плечо на Ронана. Тот закрывает дверь с мрачным лицом.

— Пока что, — рычит Ронан.

— Что? — спрашивает Атлас, и его мгновенно накрывает серьёзностью. — Что случилось?

Я прижимаю ладонь к его груди, пытаясь успокоить. На долю секунды я думаю умолчать о той части, где Астрея Талей хотела выставить меня на заклание, как жертвенного агнца, но потом вспоминаю: если я не скажу, это скажут Ронан с Трэйном. А для него будет куда хуже услышать это от них.

— Ужин прошёл плохо, — признаюсь я. — Вообще-то, некоторые из правителей считают, что единственный способ остановить войну до её начала — это…

Сказать это оказывается куда труднее, чем я ожидала.

— Это что? — Атлас приподнимает мой подбородок.

— Бастиану нужна моя кровь, чтобы открыть портал. Если меня больше не будет в живых, тогда…

Совершенно не то, что следовало говорить. В глазах Атласа вспыхивает пламя.

— Кто это предложил?

— Астрея Талей, — тяжело сглатываю.