Чтение онлайн

– Ладно, - раздраженно сказал Иванов.
– Руководит "Санько", а наше с вами дело исполнять приказы точно и в срок. Ты, Пашутин, в армии служил?

– Я на фронте был. Я ведь впервые сразу после войны сел по недоразумению. Иду по путям, а там какие-то фраера соль с платформы тянут. Ну, меня стрелки охраны цап! Я говорю: не виноват я! Они мне карманы вывернули, а у меня там пыль соляная. А я накануне пачку соли с толкучки принес. За ботинки выменял. Ну и дали мне на всю катушку.

– Что Лабковский?
– спросил Иванов.
– Контачит с Петровкой, тридцать восемь?

– Вроде нет, - ответил Бородаев.
– На Петровку не ходил, но с каким-то дедом на Советской площади встретился, разговаривал. Деду сто лет в обед, он не оттуда, это факт. А возле Бутырки Лабковский меня видел, я все сделал, как вы велели.

– Значит, еще донесет, коли пока не донес.
– Теперь так: ты, Пашутин, свою биографию, которую мне сейчас рассказал, запомни. Повторишь ее в милиции. Понял?

– Понял. Только страшно мне.

– Ничего страшного.
– Иванов снова посмотрел в зеркало - сзади было чисто.
– Теперь особенно модно участие народа в охране общественного порядка. Они рады будут. Работай всамделишно, не дай бог - лопухнешься на чем-нибудь. Понял? При первой же возможности начинай!

На заводе Миронов представился сотрудником министерства. Накануне дирекцию по просьбе Николая Федоровича известили о прибытии сотрудника министерства. В особой кладовой дежурила Зина.

– Я бы хотел осмотреть сейф, - сказал Миронов.

– Пожалуйста, - кивнул заместитель директора.
– Зина, впустите нас.

Прошли за решетчатую перегородку. Миронов увидел сейф - стальную дверь в стене с кодовым замком и поворотным рычагом.

– Откройте, - попросил Миронов.

– Вам придется выйти, - сказала Зина.

"Красивая девушка...
– отметил про себя Миронов.
– Тот самый случай, когда не говорят "на вкус, на цвет". Такие нравятся всем. Лицо открытое и очень милое. Глаза большие, только взгляд слишком пристальный. Цену себе знает. Ишь ты: "вам придется выйти". Своих парней наверняка держит в струне..."

– Почему?
– наивно спросил Миронов.

– А это вы должны знать лучше меня, - без улыбки заметила Зина. Шифр. Его знаю только я и специальный человек из министерства.

– Да, да. Извините. Мы отвернемся.

– Выйдите.

– Ну, хорошо.
– Миронов посмотрел на заместителя директора. Тот развел руками.

Вышли. Двое рабочих везли на тележке по коридору алюминиевый контейнер. Миронов проводил его взглядом.

– Что это?

– Готовые приборы, - объяснил заместитель.
– Везут в ОТК. Два раза за смену.

– Понятно, - Миронов посмотрел на часы. Было ровно два.

– Можно!
– крикнула Зина.

Когда вернулись в кладовую, сейф был открыт. Миронов увидел плотные, тщательно опечатанные пачки.

– Золото?

– Пятьдесят килограммов, - сказал заместитель.
– Через три дня пустим в работу. Зина будет выдавать по мере надобности.

– Не опасно держать в сейфе столько золота сразу? Может быть, целесообразнее доставлять его небольшими партиями?

– Ерунда, - махнул рукой заместитель.
– Коллектив у нас проверенный, всех знаем наперечет. А сейф этот вскрыть нельзя - шифр имеет шестьдесят миллионов комбинаций, угадать невозможно. Замок магнитный, новейшей системы. И, самое главное, Зина сюда вообще никого не пускает, кроме меня, начальника цеха и экспедитора.

– Кто он?

– Виктор Володин. Он не вызывает у нас сомнений.

– А у вас?
– вдруг спросил Миронов и посмотрел на Зину.
– Вы тоже с ним работаете. Может быть, дружите. Как ваше мнение о нем?

– Обыкновенный парень, - она пожала плечами.
– Нормальный.

– А его знакомые, круг интересов?
– допытывался Миронов.
– Вы, вероятно, в одной комсомольской организации?

– Об этом вам лучше с Эльдаром Эсадзе поговорить, - сказала Зина.
– Он наш секретарь, он вам все скажет.

"О ссоре ни слова. Ну это, допустим, понятно, - отметил про себя Миронов.
– А о том, что дружит с ним, почему промолчала?"

– Спасибо, - Миронов и заместитель вышли в коридор.

– А где вы держите платину?
– поинтересовался Миронов.

– У нас чистой платины нет. Полуфабрикат. Точнее, технический порошок. Чтобы его превратить в слиток или в лист, нужен целый завод.

– Тем не менее замки в хранилище надежные?
– улыбнулся Миронов.

– Не магнитные, конечно, но вполне надежные. Кстати, познакомьтесь, пожалуйста.

К ним подошел красивый парень с щегольскими, аккуратно подстриженными усиками. На нем был модный костюм и тщательно выглаженный белый халат нараспашку.

– Эсадзе, - представился он.
– Вы из министерства?

– Я знакомлюсь с системой охраны и выдачи драгметаллов. Сейчас у вас хранится очень крупная партия золота.

– Заказ СЭВ, - сказал Эсадзе.
– Коллектив гордится оказанным доверием. Я уверен, что мы это доверие оправдаем.

"Заученно говорит, - подумал Миронов.
– Фразы круглые, готовые, из газеты. Привык давать интервью, заметно оброс жирком".

– Конечно, - кивнул Миронов.
– У вас в платиновой кладовой все в порядке?

– Все, - удивленно протянул Эсадзе.
– А что?

– Ваше мнение об Ананьевой и Володине? Они, кажется, комсомольцы?

– Ананьева - грамотная, интеллектуальная девушка.
– Эсадзе заметно покраснел.
– Активная комсомолка. Будем ее выдвигать.
– Он посмотрел на заместителя и продолжал уже жестче, с едва ощутимой неприязнью: - А Володин... Вы его джинсы видели?

– Нет.

– Экстра-класс, - насмешливо улыбнулся Эсадзе.
– Сто рублей пара. Продают дамы в туалете, это, знаете, в подвале, Столешников, пять.

– Так... Но, вероятно, он сам не мог там купить?

– Вот и я говорю: какие связи надо иметь...
– притворно вздохнул Эсадзе.

"Неприязнь к Володину так и прет, - отметил Миронов.
– Почему? Влюблен в Зину? Или искренне презирает тех, кто якшается со спекулянтами? Подумаем... А все же факт сам по себе имеет определенное значение. Володин связан с ценностями. Если учитывать случай с джинсами, кристальной честностью не блещет. Это уже попахивает. А вот насчет нападения на Володина в момент перевозки золота - все оказалось чистым вымыслом. Никто не напал. Значит, будут действовать иначе. Как?"