Чтение онлайн

Семинар: «Походы. Искусство и природа». 16:00–18:45, гласит расписание.

Я нуждалась и хотела чего-то простого, и хотя не сказала этого куратору прямо, она поняла и порекомендовала это.

А теперь я опаздываю, да еще и с мокрыми волосами, потому что не обратила внимание на время, когда решила еще раз пробежаться.

Идиотка, ругаю себя, но мысль глохнет, когда я вхожу в маленькую аудиторию. Там всего восемь столов, по два места за каждым. Мне даже не нужно искать, свободный сразу виден у дальней стены.

К счастью, профессора еще нет, а все присутствующие тихо уткнулись в телефоны, пока я прохожу к своему месту. Кроме двух девушек за одним столом, явно знакомых друг с другом.

Повесив рюкзак на спинку стула, я морщусь, чувствуя, как футболка прилипает к мокрой спине. Если бы знала, что профессор задержится, высушила бы волосы.

Игнорируя влажное пятно, я открываю ежедневник. Тусклый свет в голове не единственное, что пока держит мою жизнь на плаву. Без этого блокнота я бы точно потерялась.

Контролирующая психопатка! кричит голос в голове.

Я зажмуриваюсь, пытаясь заглушить его, но тот становится только громче, пока не останавливается от знакомого низкого мужского голоса.

— Джоз?

Резкие слова в голове растворяются, когда я поднимаю взгляд и встречаюсь взглядом с парой янтарных глаз.

— Дэниел.

— Все так же используешь полное имя, как я вижу, — он усмехается, поправляя кепку, надвинутую задом наперед, и проводит пальцами по длинным, темно-каштановым прядям. Когда снова надевает кепку, я замечаю, как сильно отросли его волосы. Густые локоны касаются ушей и закручиваются у основания шеи. — Это уже третья наша встреча. Может, опустим формальности, Джоз?

В животе странно екает, но я игнорирую это. Наверное, омлет был плохим.

— Какие еще формальности? Я просто назвала тебя по имени.

— Можно присесть?

Я не могу отказать. Это единственное свободное место.

— Разве что на полу.

Отодвинув стул, Дэниел опускается рядом, ставя сумку на пол. Поворачивается ко мне, глаза вспыхивают весельем, прежде чем смягчиться. Затем наклоняется ближе и шепчет:

— Я рад, что ты здесь, Джозефина.

Я хмурюсь.

— Почему ты постоянно это повторяешь?

— Потому что это правда, — он звучит так искренне, что слова кажутся теплыми, будто сидишь у камина, укутавшись в плед.

Мысли пустеют, живот снова странно сжимается, но я не успеваю и слова вставить, как в аудиторию входит профессор Карлсон.

— Прошу прощения. Если быть совсем честным, я немного проспал.

Дэниел

Я идеальный лжец.

Настолько, что ложь слетает с языка, будто ножом по маслу. Так легко и естественно, что научился выдумывать все на ходу.

Вот и сейчас, сидя рядом с Джози, я делаю вид, будто ничего не случилось. Улыбаюсь и веду себя как обычно, потому что так надо. Но если быть совсем уж честным, впервые за долгое время мне мучительно трудно играть эту роль.

Мы в комнате, полной людей, так что разговор все равно не завести, но даже останься мы вдвоем, чувствую, Джози бы ничего не сказала. Притворялась, что не пыталась покончить с собой.

И у нее отлично получается. Лицо безразличное, карие глаза пусты, и только поза чуть скованна. Но со стороны она выглядит как любой другой студент в первый день занятий.

В отличие от остальных, я видел, что скрывается за ее стеной. Видел и должен был забыть, раз она сама решила так поступить, но не могу.

Если до этого ее осанка напоминала шест, то теперь превратилась в скалу. Тело напрягается, когда профессор Карлсон объявляет, что в походе мы будем работать в парах. С тем, кто сидит рядом, и менять партнеров нельзя. Еще он велит провести «ледокол», то есть задать друг другу вопросы, а потом выложить ответы на «Канвас», в общий форум.

«Канвас» – это сайт, который университет использует для всех курсов, а форумы, чтобы студенты «взаимодействовали». Не то чтобы я ненавижу эту систему, но бесит, когда заставляют отвечать на посты других.

Когда я достаю ноутбук, Джози меняет толстый ежедневник на свой, но ни разу не смотрит в мою сторону. Даже когда заходим в систему и открываем форум, ее взгляд не скользит ко мне.

Хотел бы сказать, что мне все равно, но это не так.

Она барабанит пальцами по клавиатуре, закусывая губу и будто решая, что хочет спросить.

Решаю сломать лед первым. Иначе чувствую, если этого не сделаю, мы просидим так до вечера.

— Какая суперспособность тебе нравится? — печатаю я вопрос.

Брови Джози сдвигаются, губы на мгновение приоткрываются, но она молчит, словно не зная, что ответить.

— Не знаю. Не думала об этом.

— Что? — глаза самовольно расширяются, и я поворачиваюсь к ней, все так же неподвижной. — Никогда не думала? Тогда сейчас самое время. Выбирай.

Морщинка между ее бровей становится чуть глубже.

— Какой смысл? Все равно это нереально.

Я ухмыляюсь.

— Это называется «воображение», Джоз. Слышала о таком?

Она резко разворачивается ко мне, глаза с немым раздражением. Если бы Джози метала в меня молнии, я бы только обрадовался. Лучше уж так, чем полное игнорирование. Хотя бы потому, что иначе ее вообще не понять.

— Ладно, а твой вариант? — отбивает она вопрос.

Улыбка растягивается по лицу, ведь это не то, над чем стоило бы задумываться. Я знаю ответ с шести лет.

— Контроль над стихиями.

Она смотрит на меня с недоумением.

— Это что вообще такое?

— Контролировать стихии вроде воды, воздуха, огня и земли.

— Разве так бывает?

Ее растерянное выражение лица чертовски милое.

— Конечно бывает. Ты только представь, насколько я был бы могущественен. Меня никто не остановил бы, — и если бы управлял водой, я бы ее не боялся.

Хотя дело не в самой воде, а в глубине.

В голове всплывает воспоминание, одно из тех, что я хотел бы забыть, будто это случилось вчера. От напоминания о том дне вынуждает сердце на секунду бешено заколотиться. До тех пор, пока взгляд снова не останавливается на Джози, и волнение утихает.

Она наклоняет голову, изучая мое лицо, словно заметила, как я провалился в темную яму, которую стараюсь обходить. Но, видимо, понимает, что я это осознал, потому что выпрямляется и переводит взгляд на свои пальцы, унизанные кольцами.