Чтение онлайн

Еще полчаса пути, и я оказалась в доме покойной. Шикарный, между прочим, дом, видимо, у мужа или отца женщины был титул ни ниже графского. В доме меня встретили уже давно обитающие там следователи и старый слуга, единственный, кого оставили в доме. Остальных слуг выпроводили, чтобы не затоптали какие-нибудь важные, теоретически присутствующие, следы.

– Она была прекрасным магом, - убито рассказывал этот самый слуга. К нему меня вероломно направили коллеги, как самую чувствующую и сопереживательную. Да-да, именно с такой формулировкой, а не потому, что я маг-менталист.
– Такая сильная, талантливая… Гордость рода…

– Она рассказывала что-то об убийстве принцессы? – На удачу спросила, стараясь вернуть опрашиваемого в конструктивное русло.

– Нет, конечно, нет. Леди никогда не распространяется о своей работе, - даже немного оскорблено ответил старик. Вроде бы не врет.

– У нее были близкие люди, с которыми она могла делиться секретами, эмоциями? – Как я уже выяснила, в доме, кроме самой магиссы и парочки слуг никто больше не проживал – замужем не была, детей, соответственно, нет, родители умерли, оставив приличное наследство, двое братьев на другом конце континента, остальные родственники не настолько близкие, чтобы подразумевать тесное общение.

– Нет-нет… никого у нее не было, кроме нас, старых, - печально вздохнул слуга, - знаете, есть такие люди, которые горят работой, буквально кипят ею, отдают жизнь… Так ведь оно и получилось. Столько жизней спасла, а свою сберечь не смогла…

Печально, конечно. Но не информативно.

– Вы замечали какие-то изменения в ее поведении в последние дни? Излишнюю тревожность?

– Нет-нет! Мы и не видели ее почти. Она часто подолгу могла не появляться в родном доме. Да и трудно, женщине в ее возрасте возвращаться в пустое родовое гнездо…

Судя по тому, что я успела об этой леди узнать, трудно ей точно не было. Такой тип личности, действительно, не испытывает потребности в чем-то еще, кроме любимой работы.

– Может, есть что-то, о чем вы сами хотели бы рассказать?

– Кажется… нет, ничего…

– Хорошо.
– Сдалась, мысленно стукнувшись головой об стол. Ничего ведь не добыла! – Проводите меня к коллегам, пожалуйста.

По коридорам шла в глубокой задумчивости, тем не менее, не забывая смотреть по сторонам. Дом был искусно, богато обставлен, но руки хозяйки не чувствовалось. Либо я все же как-то неправильно сформировала ментальные ощущения о ее характере.

– Скажите, а много ли изменилось здесь со смерти прежних хозяев? И где обычно проводила время хозяйка? – Спросила у молчаливо бредущего рядом старика.

– Совсем ничего, леди-следователь, совсем ничего. Разве что кабинет молодая хозяйка быстро переделала под себя. Там она и проводила все время. Если не считать сон, конечно.

А мы идем как раз в кабинет. Отлично.

– Последние дни она также бывала там?

– Да.

Войдя в помещение, сразу почувствовалась его чужеродность остальному дому. Простая обстановка, море книг, склянок, записей и устойчивый запах чего-то химического.

Коллеги на мой приход внимания особого не обратили, и я застыла в некотором замешательстве, не зная, имею ли право что-то здесь обследовать. Ну ладно, осмотрюсь что ли.

– Хозяйка сама следила за кабинетом, не так ли? – Уточнила у слуги пару минут спустя.

– Да, а как вы это поняли? – Удивился тот.

Неопределенно пожала плечами. Скорее предположение, чем знание, озвученное под сиюминутным импульсом подтверждения - книги на полках стояли хоть и аккуратно, но беспорядочно, тогда как в классических домах аристократов традицией считается расставлять тома по определенной закономерности – содержанию, алфавиту, языку, хотя бы цвету. Да и во всей комнате прослеживался некоторый элемент небрежности, невнимательности к деталям. Мне, человеку противоположного склада, это сразу бросается в глаза.

Будто бы невзначай подошла к столу, оккупированному следователями. Не прогнали. Присмотрелась к бумагам на столе – кажется, какие-то истории болезней пациентов. А стопка-то внушительная. Вела какой-то свой учет во внерабочее время?

– Хозяйка часто брала домой рабочие документы? – Спросила слугу.

– Частенько. Что-то исследовала, придумывала, графики рисовала, - с гордостью и печалью ответил тот.

Так, Амели, не переживать, не смей, мы работаем.

Перевела взгляд на исписанные листочки, раскиданные дальше по столу, но тут вдруг взгляд снова случайно зацепился за верхнюю историю болезни. Дата поступления в госпиталь совпадала с началом года. Совпадение?

Не прикасаясь, магией подняла верхнюю историю. Вторая история тоже относилась к самому началу года. Просмотрела третью, четвертую… отсмотрев половину, пришлось признать, что истории действительно отсортированы по датам от более ранней к более поздней. Нет, это конечно, логично. Но насколько я знаю, во всех королевских больницах картотеки формируются по фамилиям, а не по датам. Значит, жертва отсортировала их сама. Это… не подозрительно, но стоит внимания, учитывая ее нелюбовь к перфекционизму.

Все-таки перевела взгляд на исписанные бумажки, уже отсмотренные следователями. Небольшой график на пол страницы по одной из осей отмечал даты. График явно был заполнен лишь на треть недавно закончившегося полугодия, но отметки соответствовали самым разным периодам. Последняя отмеченная дата и вовсе двадцать девятое июня. Присмотрелась к отметкам, пытаясь понять их смысл, а затем отыскала соответствующие истории болезни. Все они относились к фамилиям на первые несколько букв алфавита.

Что-то здесь не стыкуется. Или магисса просто поняла, что отмечать в разнобой неудобно и решила отсортировать список? Но ведь это глупо делать на трети пути, можно запутаться. В этот момент один из следователей выпустил из рук еще одну бумажку, в которой пытался найти смысл жизни, не иначе, и я увидела еще один незаконченный график, тоже подразумевающий использование дат. Жадно присмотрелась и, уже даже не обращаясь к историям, поняла – в этот раз отметки шли более логичным, аккуратным образом – по порядку. По датам.

Даже если вдруг поняла, что так удобнее, почему не закончила первый график? По смыслу они отличаются. Может, первый был не так важен?

– А вы встречали похожие записи прошлых лет? – Осторожно поинтересовалась у коллег, всерьез опасаясь, что меня проигнорируют. Пристаю тут, мешаю нормальным людям работать.

– Да, там, в нижнем ящике, - неопределенно махнул рукой один из следователей.

Ура! Почувствовала себя ребенком, которого допустили до новогодних подарков под елкой.

Ящик нашла быстро, документы оказалось найти сложнее, но тоже справилась. Вывод оказался ожидаемым, но не облегчающим цепочку рассуждений: первый незаконченный график присутствовал во всех предыдущих годах. Ерунда какая-то. И что это должно значить?

– Что-то нашла, Амели? – Вдруг обратился ко мне старший следователь.

– Да так… Ерунда. – С небольшой задержкой ответила, испугавшись, что мою находку сочтут слишком глупой. Еще и высмеивать начнут. В конце концов, действительно ерунда.

***

Во дворец возвращались уже за полночь. Усталые, ничего не нарывшие следователи и угрюмая я. Мысли о расследовании быстро испарялись из уставшей, снова переполненной впечатлениями головы, и возвращались к тому разговору в кабинете короля. На что он намекал? Не может же быть, чтобы… Или может? Наверное, если может, то Ди Вальт сейчас встретит меня во дворце, все объяснит, расскажет…