Чтение онлайн

В начале 1980–х годов было введено другое название - 14-я разведывательно-охранная рота. Это название, обычно сокращаемое в разговорной речи до 14-й разведывательной роты, 14-й развед­роты или просто 14-й РР, стало широко использоваться в армии. Действительно, большинство людей, которые работали с армией в Северной Ирландии, знают ее как таковую, и именно поэто­му я буду использовать это название даже для описания деятельности в середине70-х годов, до того, как армия стала его использовать. Это название наводило на мысль об аналогии с 12-й раз­ведывательно-охранной ротой, подразделением составителей отчетов, хранителей каталогов и компьютерных программистов, а не организованной группой специалистов по тайному наблюде­нию.

Изучение армейских полковых журналов позволило мне проследить публикации многих людей, которые были идентифицированы контактами как члены подразделения, и благодаря этому про­следить развитие его псевдонимов. Прокладывание пути в этом лабиринте требует терпения, но оно необходимо, потому что подразделение было вовлечено в несколько инцидентов со стрель­бой со смертельным исходом и стало объектом обвинений в «грязных трюках» со стороны капи­тана Фреда Холройда, бывшего офицера разведки.

Одним из первых новобранцев подразделения был капитан Джулиан Болл. Он служил в рядах парашютно-десантного полка и совершил командировку с САС. Произведенный в офицеры, он получил назначение в Собственный Его Величества Шотландский пограничный полк. Капитан Болл прошел отбор в 14-ю разведывательную роту и командовал 3-м бригадным отрядом, подразделением, которое использовало прикрытие под названием 4-й топографический отряд. Его вторым номером, или офицером связи, был лейтенант Роберт Найрак, позже произведенный в капитаны.

Фред Холройд утверждает, что 4-й топографический отряд был подразделением САС, действо­вавшим в Ольстере до того, как правительство признало, что полк был направлен туда. Он также утверждает, что подразделение было вовлечено в «грязные трюки», о чем будет рассказано в сле­дующей главе. Мои исследования показывают, что капитан Болл и лейтенант Найрак не служили в САС во время их командировки в 1974 году с подразделением наблюдения, в то время, когда с ними познакомился Холройд.

Капитан Болл вступил в САС в середине 1975 года, когда в ее полковом журнале он был указан как военнослужащий «22-го полка САС». Лейтенант Найрак никогда не служил в САС; хотя поз­же он погиб в Северной Ирландии, его имя не было выбито на башне с часами в лагере полка в Херефорде, где перечислены все бойцы САС, павшие в бою. В 70-е годы не было особой щепе­тильности в том, чтобы указывать в полковом журнале назначение военнослужащего в САС. Чи­тателю может показаться странным, что, хотя армия лгала прессе и даже судам о своей тайной деятельности в Северной Ирландии, она не стала бы делать этого в полковом журнале. Причины отчасти кроются в том факте, что такие журналы не предназначены для просмотра людьми за пределами полкового сообщества, а отчасти в беспечности тех, кто собирает такие журналы во­едино. Они часто переносили засекреченный список полка, в котором служили его офицеры и сержанты, в свой журнал, не осознавая секретности некоторой информации. Наконец, многие офицеры, которые составляют такие журналы, считают, что внесение ложной информации о чьем-либо назначении в их полковой журнал было бы равносильно обману полковых братьев. Хотя люди, приписанные к подразделению наблюдения, иногда не указаны в их журналах, или чаще используется одно из приведенных здесь псевдонимов подразделения, за многие часы ис­следований я так и не обнаружил ни одного случая, когда должность военнослужащего была указана ложно.

Один солдат из подразделения, служивший с капитаном Боллом, который получил Военный крест во время службы в Собственном Его Величества Шотландском пограничном полку, вспо­минает его как в высшей степени необычного, инстинктивного солдата. Он был физически креп­ким человеком, знавший его солдат говорил: «Мы шутили о нем, что его представление о хоро­шем времяпрепровождении состояло в том, чтобы обмотаться колючей проволокой и бегать по минному полю под проливным дождем». После двух командировок в качестве офицера САС он отправился руководить силами специального назначения армии султана Омана. Он погиб в авто­мобильной катастрофе в Омане в 1981 году.

Другим примером солдата, служившего в то время в этом специальном подразделении, был Уи­льям Хаттон. Будучи молодым сержантом, он был переведен из парашютно-десантного полка в подразделение наблюдения, где принимал участие во многих операциях. Впоследствии Хаттон присоединился к эскадрону «G» 22-го полка САС, дослужившись до звания капрала. Он был од­ним из шестнадцати военнослужащих полка, погибших во время Фолклендской войны в 1982 го­ду, когда их вертолет упал в море. Официальный некролог капрала Хаттона гласит: «Он при­сутствовал со своим эскадроном в четырех оперативных командировках в Северной Ирландии, когда его огромный опыт работы на театре военных действий был совершенно неоценим».

Большинство миссий, выполненных 14-й разведывательной ротой, включали либо оборудование стационарных постов наблюдения (СНП), либо наблюдение за людьми из автомобилей без опо­знавательных знаков («Кью-мобиль»). Местом проведения операции в городской местности мог быть заброшенный дом, а в сельской местности – придорожная канава - ни то, ни другое не обеспечивало особой защиты. «Кью-мобили» были оснащены «скрытыми радиостанциями», не­видимыми для случайного наблюдателя. Но присутствие странного автомобиля во многих райо­нах было быстро замечено – особенно с учетом того, что существовала тенденция использовать относительно новые седаны британского производства. Посторонние могли стать жертвой зако­на оружия республиканских районов, где молодые люди, часто вооруженные, угоняли автомоби­ли для использования ИРА или ИНОА или просто ради острых ощущений от лихой езды. Солда­ты, приписанные к подразделению, для самообороны обычно носили стандартный автоматиче­ский пистолет «Браунинг» калибра 9 мм. Иногда они также использовали небольшие писто­леты-пулеметы – сначала американские «Ингремы», а позже немецкие «Хеклер и Кох» MP5K. Обыч­но они не были вооружены штурмовыми винтовками, как это часто бывало у САС в Север­ной Ирландии, поскольку, в отличие от них, задача 14-й роты состояла не в противостоянии военизи­рованным формированиям, а в наблюдении за ними. Поэтому их оружие должно было быть до­статочно компактным, чтобы его можно было легко спрятать.

Вскоре ИРА стало известно об усилении слежки. Открытые НП на крышах многоквартирных до­мов, таких как «башня Дивис» на Фоллс-роуд в Белфасте, объявили о своем присутствии всем. Тайные операции позволяли бойцам регулярных подразделений и 14-й разведывательной роты наблюдать за подозреваемыми, выясняя, кто их сообщники. Это, в свою очередь, позволило ана­литикам разведданных в Лисберне и штабе бригады расследовать связи между встречами кон­кретных лиц и схемами террористической деятельности.

Операторы в подразделении наблюдения обычно отказывались от внешнего вида, предусмотрен­ного армейскими правилами. Один из его бойцов вспоминает: «Длинные волосы и бороды были результатом типичного солдатского мышления. Если есть что-то, что вам не разрешается делать, а затем правило отменяется, тогда это делают все». В результате они рисковали создать еще одно единообразие, хотя и отличающееся от солдата в униформе на улице и более волосатое.

Сложность незаметного проникновения в сплоченное националистическое сообщество означала, что присутствие оперативных групп и «Кью-мобилей» в районах республики сопряжено с рис­ком. Бригадный генерал Гловер в своем докладе о тенденциях терроризма за 1978 год предупре­ждал: «Террористы уже осознают свою уязвимость перед агентами разведки Сил безопасности и будут все активнее стремиться устранить тех, кто в этом замешан». Его предупреждение после­довало за засадой ИРА на операцию в Южной Арме, в ходе которой в 1975 году были убиты трое военнослужащих. По словам бойца элитного подразделения наблюдения, трое его бойцов были убиты в результате инцидентов в период с 1974 по 1978 год. Первым погибшим бойцом 14-й раз­ведывательной роты был капитан Энтони Поллен, из гвардии Колдстрима, прикомандированный к ее отряду в Лондондерри. 14 апреля 1974 года он и еще один боец подразделения были в штат­ском, когда республиканцы загнали их в угол на демонстрации в Богсайде, где они пытались фотографировать. Другой военнослужащий сбежал, но капитан Поллен был застрелен.

После засады в Южной Арме процедуры были ужесточены. НП, состоящий из двух-четырех солдат, размещался поблизости таким образом, чтобы его члены могли быть поддержаны огнем из оружия, по крайней мере, еще одного НП аналогичного размера. Их будут поддерживать группы быстрого реагирования (ГБР) из солдат и/или полиции на ближайшей базе сил безопас­ности. ГБР будет находиться всего в нескольких минутах езды от оперативной группы и сможет ответить на призыв о помощи по радио. Несмотря на эти новые меры предосторожности, сцена была подготовлена для серии смертельных столкновений между 14-й разведывательной ротой и республиканскими военизированными группировками. В полдень 12 декабря 1977 года офицер, командовавший Лондондеррийским подразделением 14-й разведывательной роты, проинфор­мировал своих солдат о предстоящей операции по наблюдению в республиканских районах го­рода Богсайд и Брэндивелл. Команда должна была использовать пять автомобилей без опознава­тельных знаков. Каждый из них, как позже заявил командир в заявлении для КПО, «был осна­щен скрытой радиостанцией, и, кроме того, каждый боец из моего личного состава имел при се­бе различные предметы совершенно секретного военного оборудования. Такое оборудование хранится в каждом автомобиле и скрыто от посторонних глаз». Командир имел в виду современ­ное фотографическое и подслушивающее оборудование, используемое в ходе операций.

В 13:30 «Кью-мобили» выдвинулись на позиции. Один из них, красный седан «Хиллман Хан­тер», управляемый молодым младшим капралом, был замечен двумя молодыми членами ИНОА. Колм Макнатт, командир низшего звена ИНОА, известный под прозвищем «Петух», у которого был незаряженный револьвер «Веблей», и Патрик Фелан заметили припаркованную машину, в которой сидел один человек. На последовавшем позже допросе в полиции Фелан сказал: «Мы подошли к машине и сказали парню опустить стекло. Он немного опустил стекло. Петух сказал, что ему нужна машина. Водитель сказал, что он ее не отдаст. Затем Петух вытащил пистолет из-за пояса своих брюк».

Младший капрал, у которого, по словам свидетелей, были длинные волосы и который был одет в джинсы, вышел из машины, а Фелан забрался на водительское сиденье. Когда Макнатт подошел к пассажирскому сиденью, младший капрал вытащил свой 9-миллиметровый «Браунинг» и вы­стрелил в него. Макнатт споткнулся от попаданий, а затем попытался убежать. Солдат выстре­лил снова, убив его. Фелан выпрыгнул из машины и скрылся. Позже он был арестован и обви­нен. Республиканские активисты использовали то, что впоследствии стало привычной уловкой, заявив, что ответственность за инцидент лежит на САС. Это было не так, и армия отрицала это. Хотя, как мы увидим, ИРА многое узнала о деятельности 14-й роты, похоже, что ее пропаганди­сты предпочли сыграть на сильном эмоциональном отклике в барах и жилых комплексах респуб­ликанцев, который вызвало бы привязка к инциденту трех букв «САС».