Чтение онлайн

В течение нескольких месяцев после своего создания деятельность МРО стала куда более необычной. Подразделение участвовало в нескольких операциях, связанных с очень сложными мероприятиями прикрытия, цель которых состояла в том, чтобы позволить армии проникнуть в самое сердце территории республиканцев, где присутствие незнакомцев, выполняющих миссии по сбору разведданных, обычно быстро замечается. В ходе одной операции армия открыла соб­ственный массажный салон; в другой женщины-военнослужащие выдавали себя за продавцов косметики «от двери к двери». Но самой знаменитой операцией МРО было открытие прачечной «Четыре квадрата».

«Четыре квадрата» предназначались не только для того, чтобы позволить переодетым членам МРО совершать разведывательные поездки в фургонах для стирки белья, но и, как надеялись, для того, чтобы позволить им проверять грязное белье подозреваемых террористов на наличие следов взрывчатки. Однако операция была скомпрометирована, когда один из «Фредов» был вы­дан ИРА и рассказал «временным» все о различных операциях МРО, включая эту. Фургон с дву­мя солдатами МРО, одним из которых была женщина, попал в засаду ИРА, когда проезжал через поместье Твин Брукс. Мужчина-солдат был убит, но женщина-солдат сбежала. Согласно более позднему сообщению, «Фред», предоставивший эту информацию, был убит ИРА.

В другом инциденте сержанту Клайву Уильямсу, который служил в МРО, было предъявлено об­винение в покушении на убийство после того, как он открыл огонь из автомобиля без опознава­тельных знаков по двум мужчинам на автобусной станции в Белфасте – третий мужчина также был ранен шальным выстрелом. Он утверждал, что эти люди были вооружены, и впоследствии был оправдан судом. Но во время судебного разбирательства сержант Уильямс раскрыл много подробностей о МРО, в том числе о том, что в их состав входило около сорока человек, о том, как они были обучены и как осуществлялось патрулирование. К концу 1973 года, немногим бо­лее чем через два года после его создания, операция была полностью скомпрометирована, а ир­ландская газета «Хиберния» опубликовала пространное разоблачение под заголовком «Отдел грязных трюков Белфаста». Большая часть репортажей об этом подразделении была неясной, и большинство источников ошибались в том, что на самом деле означало «МРО», но разоблачение как самого отряда, так и его деятельности, а также основополагающей роли командира 39-й бри­гады с его историей колониальных войн были важными пропагандистскими подарками врагам армии.

Республиканское движение сосредоточилось на бригадном генерале Китсоне, сделав его одной из своих центральных фигур ненависти. Бригадный генерал был необычен среди офицеров, из­вестных республиканцам, тем, что в 1970 году он опубликовал книгу «Операции низкой интен­сивности», в которой публично заявил, какими, по его мнению, были уроки британских кампа­ний по борьбе с повстанцами. Бригадный генерал, казалось, предоставил план создания государ­ства безопасности, которое националисты видели формирующимся вокруг них. То, что многие другие офицеры пытались применить опыт, накопленный в других местах, к уникальным усло­виям Северной Ирландии, было в значительной степени проигнорировано, поскольку их труды имели форму внутренних секретных служебных документов армии.

Даже сегодня, по мнению некоторых офицеров, Шинн Фейн продолжает переоценивать значе­ние Китсона в своей пропаганде. Но имя Китсона и существование подразделения МРО были одними из немногих фактов, за которые журналисты и республиканские пропагандисты могли ухватиться, пытаясь объяснить странные события, которые они видели вокруг себя.

Один офицер разведки описывает операции МРО как «серию провалов». Оглядываясь назад, можно сказать, что идея использовать «Фредов», белфастских «контрбандитов», была глупой. Она игнорировала природу националистического сообщества – в частности, его способность вернуть лояльность бойцов ИРА, перешедших на другую сторону. Офицер, который был связан с МРО, оправдывает использование ими «Фредов» на том основании, что в то время армии не хва­тало разведывательных данных и что рассказанное перешедшими на их сторону членами ИРА, прежде чем они покинули подразделение, было ценно.

В Лисберне извлекли два важных урока из раскрытия МРО. Во-первых, судебный процесс над сержантом Уильямсом показал опасность того, что секретные операции по сбору разведыватель­ных данных могут быть раскрыты в суде: армия знала, что ей придется проявить большую изоб­ретательность, чтобы предотвратить повторение подобных ошибок. Офицерам юридической службы армии было приказано быть под рукой для подготовки заявлений солдат, а иногда и старших офицеров, пытавшихся использовать свое влияние на КПО, чтобы предотвратить судеб­ное преследование. Во-вторых, МРО практически ничего не рассказывали КПО и командирам обычных армейских патрулей на улицах о своих операциях. Это создавало ряд опасностей, не в последнюю очередь из-за того, что силы безопасности могли открыть огонь по одному из этих тайных подразделений. Это также лишило солдат в штатском возможности получить подкрепле­ние от подразделений в форме в критической ситуации, подобной нападению на фургон прачеч­ной, и тем самым создало неприятные ощущения в КПО из-за отсутствия координации.

МРО был расформирован в начале 1973 года. В течение года появилось новое подразделение на­блюдения, позже известное как 14–я разведывательная рота, группа, которая должна была уста­новить гораздо более высокие стандарты и сохранять свое прикрытие в течение многих лет. Это подразделение, как и САС, было сформировано из солдат, пришедших добровольцами из других подразделений и прошедших строгий курс отбора.

Подразделение наблюдения не состояло преимущественно из членов САС, хотя в его состав вхо­дили некоторые солдаты с опытом работы в САС. Ни то, ни другое подразделение не входило в состав САС в организационном смысле. Несколько солдат САС действительно помогли создать подразделение наблюдения, но поток знаний часто шел в противоположном направлении – неко­торые из операторов 14-й разведывательной роты затем продолжали служить в эскадронах САС, направлявшихся в Ольстер, где их опыт ценился. Отбор в подразделение наблюдения, который проводится дважды в год на тренировочном полигоне, обычно используемом 22-м полком САС, подчеркивает необходимость в находчивости и психологической силе, а не в физической выно­сливости, необходимой для Специальной авиадесантной службы. Он предназначен для поиска людей, обычно способных офицеров и сержантов в возрасте от двадцати пяти до тридцати лет, которые способны выдержать нагрузку длительного наблюдения, иногда всего в нескольких фу­тах от людей, которых они считают опасными террористами. Необычной физической характери­стики, например, шрама или заметной татуировки, может быть достаточно, чтобы кандидат был отклонен, поскольку бойцы должны быть как можно более незаметными. 14-я разведывательная рота набирается как из Королевской морской пехоты, так и из армии.

К 1975 году структура подразделения укрепилась, оставаясь неизменной и по сей день. Подраз­деление имеет по одному отряду в каждой из трех бригад в Ольстере. Каждым отрядом (деташе­ментом) или «дет», на армейском языке, обычно командует капитан и он состоит примерно из двадцати солдат. Как и в САС, в нем часто не хватает военнослужащих, что является следствием высоких стандартов, установленных во время прохождения курса отбора. Когда есть возмож­ность, в каждый отряд назначается второй офицер, обычно лейтенант или другой капитан, кото­рый известен либо как связной офицер, либо как офицер оперативного отдела.

Подразделение наружного наблюдения использовало множество псевдонимов. Каждый из них подобран так, чтобы походить на другое армейское подразделение, выполняющее работу более приземленного рода. Завеса секретности была возведена отчасти для того, чтобы предотвратить ее столь же быструю компрометацию, как это произошло с МРО, и, возможно, учитывая данное лордом Карвером понимание его происхождения, чтобы помешать агентам по сбору разведыва­тельной информации КПО полностью разобраться в его деятельности. Несомненно также, что неуверенность в идентификации этого подразделения помешала республиканскому движению демонизировать его так же, как оно это сделало с САС.

В первые дни существования роты люди, набранные в нее, часто указывались как поступающие в ГКО или ГКО (СИ). ГКО расшифровывается как Группа консультантов по обучению в Север­ной Ирландии. Настоящая ГКО отправляет военнослужащих с недавним опытом службы в Оль­стере обучать другие полки в Германии или Великобритании, которые вот-вот отправятся туда, искусству обычной солдатской службы: например, как организовывать патрулирование или как не попасться на мину-ловушку новейшей конструкции. На самом деле люди, отправлявшиеся в «ГКО» в самой Северной Ирландии, были вовлечены в совсем другую работу.

Подозрения в штаб-квартире войск в Северной Ирландии в том, что название ГКО становится слишком широко известным, побудили к смене прикрытия в 1978-1979 годах – группа сбора раз­ведданых и обеспечения безопасности, или групп РДиОБ. В Англии и Германии существуют еще по одной группе РДиОБ, состоящие из крупных групп солдат Разведывательного корпуса, сфор­мированных в роты под командой подполковника. Их повседневная деятельность в 1970-х и 1980-х годах состояла главным образом в распространении среди боевых подразделений послед­ней информации о Советской Армии и отслеживании попыток шпионов Варшавского договора подкупить британских солдат. Но группа РДиОБ как и ГКО, означали в Северной Ирландии не­что совсем иное.