Чтение онлайн

Что ж… вдох-выдох и вперёд. Изображая из себя человека, который меньше всего на свете хочет проблем, я ступил на мост. Решил придерживаться противоположной стороны моста, чтобы минимизировать риски, но не тут-то было.

Едва моя нога ступила на первую ступеньку, как меня заметили. Всё же потусторонние твари имеют потрясающее чутьё на горячую людскую кровь.

— Мальчик-мальчик, — повернув голову в мою сторону, промурлыкала невеста. — Мальчик-красавчик, — и мечтательно улыбнулась.

Однако попыток соскочить с парапета и двинуться в мою сторону не предприняла. Пока что, ага. И думается мне, что я уже знаю, что произойдёт дальше. Во-первых, сейчас мне предстоит удивиться красоте этой хтони.

— Мне холодно, — тонким голосом, доносящимся как будто бы издалека, заявила мне невеста. — Обними меня, мальчик. Согрей, — а потом подняла фату.

И-и-и-и… я не угадал. Красотой тут даже близко не пахло. Фата невесты оказалась дырявой, а глаза мутные как у варёной рыбы. На шее барышни висело ожерелье из водорослей, а на левой щеке выросли полипы. В то время как от правой отрывал куски плоти маленький деловитый краб. Утопленница, стало быть.

— Мне холодно, — сказала невеста и голос её начал меняться.

Причём… то, что он рано или поздно изменится было как бы понятно и ожидаемо. Я скорее удивился тому, КАК он начал меняться. Внезапно, в лучшую сторону. Никаких инфернальных или истеричных ноток, а совсем наоборот — он становился мелодичней. С эдакой джазовой хрипотцой и изрядной долей сексуальности.

Следующие метаморфозы коснулись облика девушки. Вместо хладного, изъеденного рыбами трупа под фатой очутился неземной красоты ангел. Печальные волоокие глазки с длинными-предлинными ресничками, губки бантиком, бровки домиком и милые пухлые щёчки без намёка на полипы или крабов.

Теперь девушка казалась крайне привлекательной, но ключевое слово здесь — «казалась».

— Ох ты ж…

Барышня мгновенно телепортировалась с парапета на середину моста. Томно улыбнулась, шагнула мне навстречу и убрала одну руку за спину. Тут же я услышал шелест шнуровки корсета, и тот чуть не рассыпался пополам. Во всяком случае, огромные сочные груди невесты попытались вырваться из заточения на волю. И стоит отметить, что у них почти получилось!

— Согрей меня, мальчик, — повторила утопленница. — А я тебя отблагодарю.

Я аж комок в горле проглотил… но не от возбуждения, само собой! Видал я и сиськи получше, и обладательниц сего богатства, которые куда больше годились в сексуальные партнёры, потому как состояли из настоящей плоти и горячей крови. А сглотнул я по той прозаичней причине, что у меня мгновенно пересохло в горле. Так частенько бывает, когда рядом оказывается призрачная хтонь, этот момент я уже давно раскусил.

Утопленница сделал ещё один шаг навстречу, а я тем временем продолжал анализировать собственные ощущения. Никакой смертельной угрозы, никакой опасности. Левая ягодица вдруг зачесалась — верный признак того, что что-то идёт не так. У чуйки своё чувство юмора, и иногда она подкидывает мне очень странные знаки. Вот как сейчас, например.

И оно ведь не просто чешется! Оно зудит! Свербит! Бьётся в агонии! Как если бы я прокатился по застеленной наждачной бумагой горке, а потом сразу же полез купаться в солевом растворе.

Однако тут всё срослось, и я снова стал в ладу с самим собой. Образовалась-таки логика. Не в силах сопротивляться чесотке, я потянулся к заднице рукой и тут вдруг уткнулся в конфету, запрятанную в задний карман брюк.

— А-а-а-а, — протянул я и мысленно поблагодарил чуйку.

Достал конфету, освободил её от шуршащей обёртки и сразу же отправил в рот. Конфета, как можно без труда догадаться, была заранее заряжена сложной палитрой положительных эмоций. Мой спасительный круг на самый крайний случай, конфета путешествовала со мной аж с Российской Империи, пересекла половину континента, Средиземное море, и вот, наконец-таки пригодилась.

К слову, авторский рецепт, из гримуара. Чрезвычайно сложный в производстве хотя бы потому, что магия наотрез отказывалась вселяться в уже готовый шоколад. То есть просто растопить и залить в формочку было недостаточно. Изготовление этой артефактной конфеты начиналось с очистки какао-бобов.

Но… сейчас не самое подходящее время для кулинарии. Главное, что благодаря эффекту конфеты теперь я могу при желании втащить этой призрачной твари. Причём буквально. Ведь в чём проблема «общения» с призраками? В том, что если человек не владеет даром экзорцизма и не подготовит специальный ритуал, он ничего призраку сделать не сможет. А вот призрак человеку — очень даже.

Ведь тварь материализуется так и тогда, когда сама этого захочет. Может шею свернуть, например или горло перегрызть. Причём я это не просто знаю, а несколько раз был тому свидетелем. Собственными глазами видел расправу над магическими «гастарбайтерами», которых отец каким-то образом затащил в поместье и попытался «откупиться» от духов вместо того, чтобы вызывать специальную службу. Сэкономил типа, ага.

Но теперь мне такая же участь не грозит. Теперь призрак, вне зависимости от его желания, стал для меня осязаем. А потом я выставил ладонь прямо перед собой и смело зашагал навстречу хтони. Шаг, шаг, ещё шаг и…

— Гхм, — хмыкнул я, когда грудь барышни легла мне в ладонь. — Простите, сеньора. Неудобно вышло.

Сеньора в свою очередь резко прекратила свои развратные корчи и испуганно уставилась мне прямо в глаза. Однако испуг продлился считанные секунды, и за ним сразу же последовал неподдельный интерес.

— Ловец Снов, — сказала утопленница. — Ну надо же. Я думала вас больше не осталось…

— Простите? — не понял я. — Какой ловец? — а сам на всякий случай покрепче сжал то, за что схватился. Произвёл, так сказать, захват. Пускай теперь только дёрнется! Провернусь под правильным углом и прям за сиську её через себя кину. Ещё и сверху локтем навалюсь.

Однако на наше общее счастье, такие радикальные меры не понадобились. У призрачной невесты вдруг задрожали губы. Глаза стали на мокром месте, лоб наморщился, и она горько завыла:

— Никто меня не лю-ю-ю-ю-юбит! — а затем высвободилась из моего захвата, в два прыжка добралась до парапета и сиганула в воду.

— Фу-у-ух, — выдохнул я. — Однако…

Это что же получается? Я зря потратил на эту несчастную драгоценную конфету? У меня их три штучки всего осталось, а чтобы повторить рецепт теперь придётся изрядно заморочиться и посвятить этому несколько дней.

— Или всё-таки не зря? — уточнил я у самого себя.

Ну… да. Ведь кто знает, как оно могло повернуться? Но в любом случае! Угроза сзади продолжала приближаться, и у меня вдруг резко пропало игривое желание познавать удивительный мир ночной Венеции. Интуиция недвусмысленно говорила мне: «хватит испытывать судьбу».

А потому я лёгкой трусцой рванул к «Марине». В переулке между зданием моего ресторана и соседнего дома заметил тёмный силуэт, но как таковой угрозы от него не почувствовал. Впрочем, приглашать на чай тоже не стал. Хватит уже на сегодня приключений.