Чтение онлайн

— Ии-иии!!! — тоненько визжала Джулия и впивалась в меня когтями, будто кошка. — И-ИИИ-ИИИ!!!

— Да не визжи ты, — попросил я. — Всё. Мы на месте.

— Ох…

Кареглазка отпустила меня и зашаталась по мостовой, будто пьяная.

— Голова кружится?

— Немного. Как… Как ты это сделал?

— Секреты рода, — ответил я.

— А обратно… ой, — чтобы не упасть, Джулия облокотилась на стену дома. — А обратно ты также сможешь?

— Кто знает?

— Там, — девушка крепко зажмурилась, тряхнула головой и окончательно пришла в себя. — Там, за углом, есть отель для местных. Его держит сеньор Бьянчи. Обычно он запирает дверь к этому времени, но если постучишь определённым образом, — Джулия показала каким именно. — То он обязательно тебя впустит. Скажешь, что от меня.

— Понял, — кивнул я. — Спасибо. А далеко идти?

— Минут пять.

— О-о-о-о, — протянул я, глядя на часы. — Ну тут без поцелуя венецианки никак не обойтись.

— Ах ты хитрый… наглый… сейчас! — Джулия в спешке принялась красить губы, а я подумал что мне всё больше и больше нравится её провожать.

— До завтра!

Кареглазка на прощание махнула мне рукой и побежала к своему подъезду, а я остался стоять на улице с красным отпечатком помады на щеке.

— Что ж, — улыбнулся я и оглядел тёмную улицу.

Сеньор Бьянчи может обломаться. Сегодня новых посетителей ему не видать. В конце концов, я ведь с самого дня приезда планировал прогуляться вечером, верно? Вот и шанс подвернулся.

— Посмотрим, — сказал я, развернулся и зашагал в сторону ресторана «Марина»…

Ночная Венеция была похожа на ночную Венецию. Как бы я не распинался, у меня всё равно не получится в полной мере расписать тот пёстрый калейдоскоп чувств, которые я сейчас ощущал. Тем более, что всё вокруг было не статично. То меня накрывал густой туман, то дул приятный тёплый ветерок, то внезапно начинало сквозить холодом. От штиля до зарождающегося урагана за несколько секунд и обратно.

Та же самая история творилась с запахами. Это был сложный парфюм города, который не смешивался в непонятную бурду, а раскрывался поочерёдно, как хорошее блюдо. Вот меня буквально схватил за ноздри аромат морской воды — густой, насыщенный, почти одушевлённый и впитавший в себя века. А вот после порыва ветра пахнуло чем-то затхлым. Но только по-хорошему затхлым! Это влажный запах увядания, который днём заглушает жара — плесень, мокрый камень, земля, мох. А вот чётко различимый аромат цветов. Должно быть, принёсся откуда-то из-за пределов района. И ещё что-то вкусное. М-м-м… жареный кальмар? Точно! Могу поставить на это всю сегодняшнюю выручку.

Венеция была прекрасна в своей таинственности и исключительности. Ну а ночная опасность и запреты придавали ей определённую остроту.

Я шёл не спеша, без суеты и оглядки. Правила поведения в ночном Дорсодуро мне до сих пор никто толком не объяснил, но почему-то мне кажется, что: «не бояться», — это одно из них. Не паниковать почём зря и сохранять холодную голову. Если вдруг кто-то или что-то наблюдает за мной, оно это чувствует.

Странности тем временем случались на каждом шагу. В какой-то момент морской бриз, который доносился до меня всю дорогу, резко утих. Как будто кто-то выдернул шнур огромного небесного вентилятора из розетки. Тут же устаканилась погода и ночная свежесть резко обернулась натуральными заморозками. Память подсказала — примерно так же ощущался конец ноября в моём родном имении.

Стало с перебором холодом. Изо рта повалил пар, и я даже на секундочку заглянул в канал — посмотреть не схватилась ли поверхность воды льдом. Однако нет, всё в порядке. И более того! Стоило мне перейти через очередной мост, как всё вернулось на круги своя. Снова то туман, то ветер, то сырость. Обычная сентябрьская ночь тёплого средиземноморского побережья.

Путь передо мной лежал не близкий, и о чём-то надо было думать. Рецепты, кухня, «Марина», гости, закупка… всего этого мне хватило за прошедший день, и к этому же мне предстоит первым же делом вернуться завтра. А потому я невольно начал вспоминать всё то, что знал о городах с повышенным магическим фоном.

Никто в точности не знал когда именно это началось. А главное — почему это началось? Как? Откуда? Зачем? Когда оно закончится и закончится ли вообще? На все эти вопросы у человечества до сих пор не было ответов.

Просто в один прекрасный момент люди поняли, что кто-то или что-то твёрдо решило разделить с ними жизненное пространство на старушке-Земле. Согласие, что называется, не требовалось. И соседство это сразу же было агрессивным, без попыток договориться или решить дело по-хорошему.

В мире начали появляться первые одержимые. Всё происходило постепенно, без резких вспышек. И по старой-доброй привычке правящая элита скрывала от населения реальное положение дел. А даже когда кто-то особо смелый притягивал правителей к ответу, выручали формулировки. Называть вещи своими именами никто не спешил.

«Нештатная ситуация биоэнергетического характера», например. «Да и хрен бы с нею», — подумает обычный обыватель и продолжит жить свою жизнь, не зная что в мир проникли неведомые тёмные энергии.

Одержимых отлавливали и пытались изучать, но всё было тщетно. Вместо того, чтобы открыть свои секреты, они предпочитали просто-напросто умереть. Тела одержимых прятали, новостным ресурсам затыкали рот, и всё якобы было, как всегда. До тех самых пор, пока загадочная болезнь не проникла на самые верха. Несколько правителей государств тоже стали одержимыми, тут-то всё и завертелось.

Смертные казни по поводу и без, подготовки к войне с соседями по абсолютно надуманным поводам. Казалось, что одержимые всеми силами стремятся сократить человеческую популяцию. Чтобы… что? Ответа нет.

Когда всё вскрылось, человечество сперва повело себя именно так, как и ведёт себя человечество, сталкиваясь с новой угрозой. Вместо того чтобы сплотиться, люди начали бить рожи друг дружке. Не на поле боя, само собой, а в залах научных конференций. Ведь теорий возникло великое множество, и даже внутри одной и той же теорий нашлись непримиримые течения.

Кто-то заявлял, что одержимые — это зло. Кто-то был прямо противоположного мнения и видел в проблеме какую-то «эволюцию». Кто-то хотел наладить контакт, кто-то подчинить тварей, а кто-то подчиниться. К тому же нельзя списывать со счетов тех, кто поддался уговорам, гипнозам, шантажу или запугиваниям. Причём эти игры шли уже не только в человеческой плоскости — некоторые из числа одержимых сумели найти свой подход к некоторым из людей, при этом не заражая их. А некоторых, чтобы были не просто сговорчивыми, а по-настоящему идейными, одарили невиданными ранее способностями.

Хотя… не настолько уж невиданными, как оказалось чуть позже.

И вот он, час икс, настал. Когда одержимые повалили буквально изо всех щелей, а изменённых людей стало хватать на целую армию, у человечества наконец-то что-то перещёлкнуло в головах в нужную сторону и началась Великая Война.

Во всех странах и на всех континентах, одновременно и сразу же. Отбиться удалось далеко не по всем фронтам, и для кого-то Война закончилась плачевно, но… сейчас не об этом.

Сейчас о том, что города с повышенным магическим фоном были всегда. Но люди поняли это лишь тогда, когда стало слишком поздно и в мир пришло это Зло. Невольно складывалось впечатление, что магический рисунок Земли был расчерчен чёрт знает сколько сотен или даже тысяч лет назад. А может — и миллионов! Возможно, ещё до того как, первая человекообразная обезьяна взяла в руки палку для того, чтобы приголубить ей более удачливого товарища, который набрал себе больше съедобных корешков или приволок к себе в пещеру больше самок.