Чтение онлайн

"Домой. К отцу. К ребятам. Надоело. Устал", – понял он. В это время на кухню вошла вновь обретшая счастье пара.

– Что мы можем для тебя сделать? – решительно взял быка за рога Алекс. – Ты только не стесняйся. Все, что в наших силах. Хотя, мы понимаем, что не сможем в полной мере… Ведь то, что ты сделал…

Девушка молчала, но взгляд ее спасенных глаз был столь лучист, столь благодарен, столь переполнен счастьем, что у Макса отлегло от сердца.

– Ты мне обещал выход. На того. А так… – подросток пожал плечами. – Или вот что, – осенила его мысль. – Я принесу тебе заказ на перевод книги стихов.

Гонорар хороший. И задаток. Людмиле надо окрепнуть где-нибудь на морях. Даже позагорать. Постепенно. Вот поедете, будешь там переводить не спеша.

– Конечно. Всё, что угодно.

– Ну, тогда мне пора. Загостился я у вас.

– Вот так сразу?

– Пора. Я завтра заскочу, принесу заказ и аванс, – направился к выходу Максим. И только теперь девушка порывисто бросилась к своему спасителю, обняв и прижав его к себе. Она была выше Максима и эти объятия были несколько комичны, но трогательны в своей простоте и искренности.

– Я за тебя молиться буду. Я…я не знаю, что буду… Я пока еще не поняла… А ты уже уходишь… – глухо, от сердца говорила она, жадно, глаза в глаза, вглядываясь в таинственного спасителя. – Я… мы… мы твои… Алекс правду сказал – все, что тебе нужно… в любое время…

– Ну хорошо, ну что Вы, начал выкручиваться из объятий Максим, когда девушка вновь разревелась. – Ну, до завтра!

И они не задержали его. Хотя на улице хозяйничала ночь. Шныряли одинокие коты, такие же серые бомжи, на некоторых скамейках ржали неприятные подвыпившие компании. Одинокий подросток с рюкзаком привлек внимание одной из них. Но Макс был опустошен длительной созидательной работой, и разрушать сейчас ничего не хотел. Вспомнив опыт с хамоватыми ментами, он просто парализовал до утра эту шушеру и поймал такси до гостиницы. Еще когда его похитили Татьянины соратники, за определенную мзду номер оставили за Максом, несмотря на его отсутствие. И теперь, не теряя времени, юноша завалился отсыпаться.

Турецкий марш мобильника разбудил его довольно поздно.

– Привет. Ящик рядом есть? Врубай немедленно. Первый столичный. Только имей в виду, я здесь ни при чём. Мы вообще уже далеко – заинтриговал его голос Синички.

И пока Максим тискал кнопки на пульте, журналистка рассказала, что уже трижды прошёл анонс хроники журналистского расследования и вот-вот начнётся. Но она к этому никакого отношения не имеет, вновь повторила женщина.

К счастью, журналисты шли только по следам исцелений. Крупным планом показали приют. Затем – "вдруг" прозревших детей, всё ещё находившихся там. Персонал, клятвенно заверявший факт выздоровления маленьких пациентов. Столичных врачей, пожимающих плечами, цитирующих истории неизлечимых недугов резвящейся детворы.

Затем интервью дала Татьяна. О нём, Максиме, как неизвестном пророке..

Рассказала, кто такие были пророки.

– В боги или ангелы повадками не вышел, так хоть пророком побуду, -улыбнулся подросток. Девушка знала и его имя, и фамилию. Не продала. На вопрос, куда направился новоявленный пророк, Татьяна с умилительной непосредственностью пожала плечами, а о том, как Макс выглядит, нашла столь восхитительные эпитеты, что подросток покраснел от смущения.

Затем её место занял "Ванюша" – Татьянин бойфренд по вере. Он рассказал то, что видел и о чём догадывался при исцелениях.

– Мы будем ждать тебя. Мы придём к тебе. Ты только не гони. Нельзя одному, – обратился он в объектив, и глаза парня вспыхнули фанатичным блеском.

– Ещё один попутчик. Ученик. Они что, не прикалываются? Всё на полном серьёзе? – прокомментировал Максим. Но журналист не прикалывался точно. Он рассказал о трагедии своей коллеги – Синички. Затем показал Алёшу – искалеченного (вероятно из архивной съёмки), затем – куда-то вприпрыжку направляющегося, чисто символически держась за руку мамаши. С сообщением о том, что журналистка взяла "длительный отпуск" и куда-то съехала. И, наконец, совсем свежая хроника – красавица Людмила с Алексом на скамейке в сквере. И короткий рассказ о том, что с ней произошло до этого.

– Никаких комментариев, – сказала она в камеру.

– Оставьте нас хоть теперь в покое – дополнил Александр.

Затем было журналистское резюме. Некая таинственная сила исцелила неизлечимых детей и искалеченную девушку. Судя по историям болезней, это действительно не лечение, а исцеление. К примеру, у детишек от рождения не хватало одного или двух позвонков. Теперь они есть. Раньше это называли чудом. Но сегодня это – факт, который нуждается в объяснении. Журналистское расследование будет продолжаться.

После передачи начались звонки. Синичка вновь подтвердила, что не имеет к этому никакого отношения. Иначе, как он понимает, информация была бы полнее. Сообщила, что сейчас с ребёнком и Холерой "на морях".

– Как Алёша сейчас наслаждается жизнью, ты не представляешь! Носится, как ракета.

Плавает, загорает. Я, кстати, тоже… Раньше-то не могла. Ну, ты знаешь. Кстати, посылаю фото. Мы твои вечные должники… Пока.

На табло высветилось изображение ладной миниатюрной женщины и явно только на мгновение замершего ребёнка на фоне моря.

– Мне бы тоже на море… С папулей, – вздохнул Максим, разглядывая фото.

Наверняка, Холера снимал. И ведь ничего о нём не сказала… Наверное, неспроста.

И чувство какой-то ревности, нет даже не ревности, а жалости к самому себе охватило подростка.

– Всё, всё, всё. Ещё одно дельце – и домой, решил он, набирая номер Алекса.

Договорившись о встрече, Макс быстренько привёл себя в порядок и пошел вниз, выписываться. Забрав из камеры хранения свой кейс, он в укромном уголке переложил из него в карман несколько пачек, подумал, пробормотал: "А моральный вред?" и добавил ещё. Затем купил в книжном магазине книжку стихов Патрика. Судя по всему, редактор был прав – не до стихов сейчас.

Как и договаривались, Алекс в скверике был один.

– Они сейчас больше Людку пасут, -сообщил парень о журналистах. – Во племя лихое!

Когда это случилось, отбою не было. Потом, когда…ни одна сволочь не показывалась. Затем, когда этого прихватили, когда следствие шло, вновь тут как тут. Потом два года – никого. Теперь – снова. А, ну их!

– Вот эту книжку надо перевести на все языки, какие знаешь. Но это стихи. Это, конечно, труднее. Поэтому не торопись. Заказчик не спешит. Вот здесь пятьдесят тысяч.

– Таких гонораров не бывает, – быстро отреагировал переводчик.

– Как видишь, бывает. И мне можно верить, правда?

– Но я не беру ни подачек, ни милостыни!

– Это заказ! Отработаешь. И потом, надо Людмилу отвезти отдохнуть. Ведь сколько пережила! Ты можешь за свои?

– Нет. Конечно нет… Но столько…

– Алекс, у меня много дел. Давай выход на этого, и я пошёл.

– Стой-стой. А расписку?

– Ты же у меня расписку не требовал, когда Людку доверил?

– Ладно… Держи, – он протянул Максу дискету, затем стиснул руку. – Нужна будет моя помощь, моя кровь, моя жизнь – только свистни!