Чтение онлайн

Я внимательно рассматривала фотографию. И на меня нахлынуло облегчение. Я видела фотографию женщины, которая сидит со своим новоиспечённым мужем, глядя в будущее, которое она даже не могла представить и не хотела бы, и думала, что у нас есть с ней общего.

Только физическое. Клетки и ткани. ДНК. Химическая сигнатура. Но больше ничего. Она незнакомка. Она никак со мной не связана, не могу провести нить от себя к ней. И всё же она - это я, а я - она. И я вижу, что она влюблена в Бена. В мужчину, за которого только что вышла замуж. В мужчину, который до сих пор просыпается с ней каждый день. Он не нарушил клятву, которую дал в тот день в крошечной церкви в Манчестере. Он не покинул меня в беде.

Я посмотрела на фотографию, и внутри снова начала зарождаться любовь. Я отложила её, продолжив поиск дальше. Я знала, что я хотела найти и что боялась.

Единственное доказательство того, что мой муж не врёт, даже если это будет отрицать существование моего сына. И оно было здесь. Сверху этой коробки, в конверте. Аккуратно сложенная и проглаженная по краям ксерокопия новостной статьи.

Я знала, что это ещё до того, как открыла, но всё же меня трясло, когда я читала. В ней Министерством обороны были названы британские солдаты, которые погибли, сопровождая войска в Гильмендской области в Афганистане. Там было написано: "Адаму Уилеру было 19 лет. Родился в Лондоне..." К ней была прикреплена фотография. Цветы на могиле, надпись на которой гласила, Адам Уилер 1987-2006.

Тогда на меня нахлынуло горе с такой силой, что я даже засомневалась, что со мной уже такое было. Я уронила листок и скорчилась от боли, такой боли, что я заплакала и издала звук, похожий на вой раненного оголодавшего зверя, молящего о конце. Я закрыла глаза и увидела короткую вспышку, картинку, повисевшую передо мной. Мне вручают медаль в чёрной бархатной коробочке. Гроб, флаг. Я отвела взгляд от неё и молилась, чтобы она никогда больше не вернулось. Есть воспоминания, без которых мне жить лучше. Некоторые события лучше забыть навсегда.

Я начала складывать бумаги в коробку. "Я должна была ему доверять, - подумала я.
– Всё это время. Мне следовало ему верить, что он прячет эти вещи, только потому, что сталкиваться с ними каждый день слишком болезненно". Всё, что он делал, было направлено на то, чтобы избавить меня от этого. От этой жестокой правды.

Я сложила назад фотографии и бумаги, точно так же, как и нашла их. Я почувствовала удовлетворение. Я поставила коробку обратно в шкаф, ключ положила на место в ящик. Теперь я могу разглядывать её содержимое, когда захочу и сколько захочу.

Мне осталось сделать только одно. Я должна узнать, почему Бен оставил меня. И ещё мне нужно узнать, что я делала в Брайтоне много лет назад. Мне нужно знать, кто украл мою жизнь. Я должна попытаться.

Второй раз за день я набрала номер Клэр.

Помехи. Тишина. Двухтоновый звонок. "Она не ответит, - подумала я.
– В конце концов, она не перезвонила в ответ на моё сообщение". Ей есть что скрывать от меня, утаивать от меня. Я была почти рада. Побеседовать с ней мне хотелось лишь в теории. Представляю, что разговор будет очень мучительным. Я уже готовилась услышать ещё одно бесстрастное приглашение оставить сообщение. Щелчок. Затем голос.

– Алло?

Это была Клэр. Я мгновенно узнала её. Её голос казался таким же знакомым, как мой.

– Алло?
– повторила она.

Я не отвечала. Видения-вспышки нахлынули на меня. Я увидела её лицо, её коротко обрезанные волосы под беретом. Она смеётся. Я увидела её на свадьбе, судя по всему, на моей, хотя точно не могу сказать. Она в изумрудном платье наливает шампанское. Я увидела, как она держит ребёнка, передаёт его мне со словами "Пора ужинать!" Я увидела, как она сидит на краю кровати, разговаривая с кем-то, кто лежит на ней, и поняла, что этот кто-то я. Я увидела, как она лежит на моей кровати, сжимает бутылку водки, хихикает и говорит, что мужчины чертовки нелепы.

– Клэр. Это я. Кристина.

Тишина. Время растянулось так сильно, что показалось вечностью. Сначала я подумала, что она уже не заговорит, что она забыла, кто я, или просто не хочет говорить со мной. Я закрыла глаза.

– Крисси!
– сказала она. Я услышала, как она сглотнула, как если бы она ела.
– Крисси! Боже мой. Дорогая, это, правда, ты?

Я открыла глаза. Слёзы побежали по щекам, прочерчивая незнакомые линии на моём лице.

– Клэр? Да. Это я. Это Крисси.

– Господи. Чёрт, - а потом ещё раз повторила тихим голосом.
– Чёрт! Роджер! Родж! Это Крисси. Звонит по телефону!

И неожиданно громко:

– Как ты? Где ты?
– и снова.
– Роджер!

– О, я дома, - ответила я.

– Дома?

– Да.

– С Беном?

Неожиданно я почувствовал желание пойти в наступление:

– Да. С Беном. Ты получала моё сообщение?

Я услышала вдох. Удивления? Или она курила?

– Ага! Я хотела перезвонить, но это стационарный телефон, а ты не оставила номер.

Она колебалась, и на мгновение мне стало интересно, а не было ли других причин, из-за которых она не перезвонила. Она продолжила:

– В любом случае, как ты, дорогая? Так приятно слышать твой голос!

Я не знала, что ответить, и, когда я не ответила, Клэр спросила:

– Где ты живёшь?

– Не знаю точно, - ответила я и ощутила всплеск удовольствия, уверенная, что её вопрос означал, что она не виделась с Беном, но потом поняла, что она могла спросить меня так, чтобы я не заподозрила правду.

Мне так сильно хотелось ей доверять, знать, что Бен ушёл от меня не из-за того, что нашёл что-то в ней, любовь, чтобы заменить то, что забрали у меня, потому что доверять ей означает доверять моему мужу.

– Крауч энд?

– Правильно. Так как дела? Что нового?

– Неплохо, знаешь ли. Я ни черта не помню.

Мы обе засмеялись. Такая вспышка эмоций отличных от горя, была приятной, но скоротечной, затем последовала тишина.

– Похоже, ты в порядке, - сказала она, спустя какое-то время.
– И в правду хорошо.

Я сказала ей, что снова пишу.

– Правда? Вау. Супер. Над чем ты работаешь? Роман?

– Нет. Несколько сложно писать роман, когда я не могу вспомнить ничего изо дня в день.

Тишина.

– Просто пишу о том, что со мной происходит.

– Хорошо, - сказала она и больше ничего. Я задавалась вопросом, вполне ли она понимает моё положение. Меня беспокоил её тон.

Её голос был холодным. Я задумалась, что произошло, когда я последний раз её видела.

– Так что случилось с тобой?
– спросила она.

Что ответить? Я была убеждена, что нужно дать её мой дневник, чтобы она прочитала его, но, конечно же, я не могла этого сделать. Пока, по крайней мере. Мне столько всего нужно было ей сказать, столько узнать. Всю мою жизнь.