Чтение онлайн

Вера хотела перехватить его руку и сказать этим жестом, что не все женщины такие же холодные мерзкие твари как его жена, но тут открылась дверь столовой и из комнаты на свет шагнула заспанная Лера.

— Ого! — произнесла она с неподдельным восторгом маленького ребенка, озираясь по сторонам.

И хранители выпрямились, побросав свои занятия.

— Это вы для нас? — пробормотала Лера, а потом обернулась и крикнула в комнату. — Ариночка, Ариш, иди-ка сюда!

Вскоре на пороге комнаты встала маленькая девочка и большими от удивления глазами озиралась по сторонам. Арина набрала воздуха в грудь и, наконец, выдохнула, обращаясь к хранителям:

— Кто вы такие? — девочка говорила полушепотом, словно рассказывала кому-то тайну или пыталась заговорить с мифическими существами.

Вера почувствовала, как по коже пробежал холодок. В уставе хранителей никак не указывалось, что они должны скрывать свое существование от смертных, у них, в общем-то, и не было чего-то хотя бы отдаленно напоминавшего устав, только своеобразный свод правил, передававшийся на словах. Обычные люди просто о них не знали, и это казалось верным. Лера удивленно посмотрела на собравшихся в комнате людей как будто новыми глазами. Она и сама сейчас задала себе тот же вопрос, который только что озвучила дочка. Кто они все?

Но тут из спальни появился Виктор. Поспешно набросив на плечи рубашку, он заговорил, обращаясь к дочери:

— Это коллеги мои, друзья с кафедры. Я им все про вас рассказал и мы решили, что вы можете отпраздновать с нами Новый Год, прямо… прямо на кафедре. С жильем я все решил, но хозяйка будет только завтра. Так что оставайтесь, ты и Арина. Тем более мы уже все подготовили. Все дежурят в больнице ночь, вы нас не стесните.

Лера кивнула и улыбнулась. Обернувшись к Арине, она заговорила:

— Иди переодевай новое платье и за стол.

— Это какие-то волшебники, мама, — тихо проговорила девочка, скрываясь за дверью. — Я уверена.

Вера тепло улыбнулась. Дети чувствуют чудеса.

Лера обернулась к хранителям и виновато пожала плечами. Если она знала, что совершенно никого из них не расстроила! Они, и правда, были волшебниками, чей труд был незаметен для большинства. И это удивительно стечение обстоятельств грело их души.

— Я очень рад познакомиться, Лера! — шагнул к девушке Михаил Петрович. — Ваш куратор много о вас говорил.

Лера замешкалась, удивленно глядя на патологоанатома.

— Что? Что он такого говорил? — произнесла она, поправляя челку так, чтобы она хоть немного закрыла заплывший от удара правый глаз.

— Что вы очень похожи на его дочь, — ответил профессор, прикоснувшись к ее руке. — Вы ведь слышали эту трагическую историю? Вы вернули нашему хирургу то, чего ему так долго не хватало — настоящую семью. А на счет глаза не волнуйтесь, он уже в полном порядке.

Вера выдохнула, увидев, как синяк Леры исчез на глазах. Девушка обернулась к зеркальной створке шкафа и сдвинула в сторону прядь.

— Что же это? — прошептала она.

— Новогоднее чудо, — улыбнулся профессор.

— Я же говорила, мама, — выглянув из-за двери, серьезно сказала Арина.

После этого в прихожей раздался стук. Иннокентий сорвался со своего места.

— Дежурство, — сквозь зубы процедил психиатр.

Вера глянула на часы. Пять тридцать. Он уже на час опоздал. Люба, наверное, в бешенстве. Это она и барабанила в дверь.

— Извини, — донесся из прихожей голос Иннокентия. — Я побежал. А ты… Если хочешь заходи. У нас праздник.

— Праздник? — раздался одновременно раздраженный и удивленный голос Любы.

— Да. Новый Год.

Вскоре в гостиной показалась Люба, и все замерли. Хранительница была в зимнем пальто, на плечах и рыжих волосах лежал снег. Любовь сильно осунулась за то время, что Вера ее не видела и теперь по комплекции могла бы соперничать с анестезиологом. Она словно изводила себя чем-то. Лицо Любы было серым и безжизненным. Хранительница молча взирала на торжество, как будто не видя в происходящем никакого смысла. Виктор напряженно повел головой. "Только все как обычно не испорти!" — читалось в этом жесте.

— Ну, поздравляю всех с наступающим! — подчеркнуто радостно заявила Люба. — А мне надо как следует выспаться!

И вышла. Вера с облегчением села на свой стул, понимая, что этим вечером ей не придется иметь дела с Любой. Отчего-то она чувствовала себя виноватой перед хранительницей. Она словно украла у нее Иннокентия и теперь, после этой встречи, Вере стало, наконец, ясно, что психиатр для соперницы значил не меньше, чем для нее самой. Хотя… Украла? Надо же ведь было быть такой клушей, чтобы за десять лет только и сделать, что набить ему своим вниманием оскомину! Вера была не столь груба, хоть и порядком настойчива.

Потом все немного успокоились, посовещались еще немного на счет Любы и решили, что лучше сейчас ее оставить в покое. И начался сам праздник. Вера на миг погрузилась в знакомую теплую атмосферу, которую она, быть, может, только девочкой и испытывала. За столом было хорошо. Хранители в этот вечер забыли, кем были на самом деле, превратившись в настоящих людей, они пересказывали истории о своей жизни и подкладывали еды друг другу в тарелки.

Вера даже не сразу отвлеклась, когда ей в WhatsApp пришло сообщение.

"Выходи".

От Иннокентия. Любит он писать короткими фразами. Вера представила себе, как непривычный к новым технологиям психиатр с трудом набирает сообщения одним пальцем и усмехнулась. Ладно.

— Ребят, я на минуту, — сказала Вера и вышла в прихожую.

"Захвати куртку", — пришло тут же.

Вера послушалась.

"Вниз по лестнице" — снова моргнул телефон, когда хранительница была готова повернуть дверную ручку.

Потом прилетел снимок кривого фонаря. Вера усмехнулась и пошла туда, где его видела. Это было на полдороги между флигелем и терапевтическим корпусом. Затем был снимок двери, запертой на кодовый замок и ключ от нее. Вера вошла. Фото лестницы, подписанное "шестой этаж". Хранительница послушалась и когда уже взобралась наверх, прочла: "Осталось только отворить дверь".

Вера схватилась за ручку, чувствуя, что ее сердце забилось чаще. Вот сейчас он ее точно позвал на свидание.

Вера отворила дверь, и в лицо ей ударил морозный вечер. По ее расчетам оставалось не больше пяти минут до двенадцати.

Иннокентий стоял у бортика и поначалу вроде бы не обратил внимания на ее появление. Вера не стала зацикливаться на этом. В конце концов, она впервые видела окрестную больницу с этого ракурса, это было любопытно и захватывающе. Москва внизу замерла в ожидании чуда. Сейчас все в своих квартирах считают последние минуты до двенадцати. И только пара прохожих куда-то спешат. Промелькнула одинокая машина, огласив шоссе гулом мотора и шорохом шин.