Чтение онлайн

— Тогда мне нужно будет знать, как он выглядит и где его искать.

— Хорошо, — кивнул подполковник.

Пётр Семёнович и Матвей Леопольдович стояли на пригорке, с которого было хорошо видно, как группа Сулейманова по лесной тропе уводит Демона. На голову Лексы был надет чёрный мешок. Сулейманов аккуратно поддерживал её под руку и подсказывал, куда ставить ногу. Теперь это был не пленник, а союзник.

— Надеюсь, ты прав, Матвей, — проговорил командир воинской части Аскания. — Надеюсь, ты прав.

Матвей Леопольдович похлопал друга по плечу:

— Я ей верю, Петя. Верю настолько, что даже мешок на голове считаю лишним.

— Это мера предосторожности, — парировал подполковник Карайченцев. — Его снимут через несколько километров.

— Знаю, — отозвался Матвей Леопольдович.

Спутник шестой планеты медленно ушёл в сторону на обзорном экране капитанского мостика грузового корабля «Обжора». Теперь наконец стало ясно, куда держит курс корабль-невидимка.

— Господь всемогущий, что это?! — вырвалось у Александра Лисиченко.

Капитан Касаткин привстал со своего места. Инженер Максудов и первый помощник Тиран подошли ближе к экрану, чтобы лучше рассмотреть корабль, видневшийся впереди.

До этого момента команда считала, что управляет одним из самых больших судов, созданных людьми. Но теперь эта уверенность пошатнулась: корабль, скрывавшийся за спутником, был в несколько раз больше. По мнению Касаткина, рядом с этим гигантом «Обжора» выглядел как баскетбольный мяч рядом с карьерным самосвалом «БелАЗ».

Серхио Родригес, не отрываясь, следил за капитаном и продолжал держать курс за невидимкой. Тот всё приближался. На обзорном экране уже отчётливо виднелись боевые шрамы: оплавленные участки обшивки — следы попаданий энергетического оружия, пробоины, разрушенные секции — следы ракетных ударов.

Касаткин терялся в догадках: как корабль с такими повреждениями вообще способен перемещаться в космосе? Но сомнений в том, что он летает, не оставалось — такой гигант вряд ли мог бы остаться незамеченным в пределах системы.

Невидимка миновал огромный отсек, в котором, судя по всему, когда-то стартовали и садились такие же исполины. Камеры дальнего обзора показывали хаос внутри — следы взрывов и разрушений. Сейчас отсек явно не годился для приёма кораблей.

— Знатно им досталось, — проговорил Назар Максудов, глядя на панораму.

— Интересно, с кем они сражались? — добавил Тиран.

— И когда? — вставил Лисиченко.

— Есть у меня предчувствие, что скоро узнаем… — тихо сказал Касаткин. — Но не уверен, что нам понравятся ответы.

Корабль-невидимка замедлился и остановился в районе центрального отсека гиганта. Серхио Родригес сделал то же самое. Сердце капитана грохотало в груди, и ему казалось, что этот стук эхом разносится по всему мостику, отсчитывая секунды до следующего этапа их судьбы.

— Смотрите! — подал голос Тиран.

Все взгляды устремились на экран. Огромная бронированная плита на борту гиганта медленно сдвинулась, открывая проход в ангар. Там легко мог разместиться «Обжора», и, казалось, ещё осталось бы место.

Корабль-невидимка скользнул внутрь.

Касаткин бросил взгляд на первого помощника и спокойно отдал команду:

— Вперёд, Серхио.

«Обжора» медленно вошёл в ангар гиганта. Манёвр был точным, как хирургический разрез. Просторное помещение без труда вместило грузовой корабль. Рядом уже стоял тот самый невидимка, что вёл их всё это время.

— И что дальше? — риторически спросил Александр Лисиченко, не отрываясь от экрана.

На мониторе показался второй корабль-невидимка, тот, что раньше держался позади. Он сделал несколько быстрых манёвров и уверенно опустился рядом с первым.

Через камеры дальнего обзора команда наблюдала, как массивная плита медленно закрыла ангар. Яркий свет постепенно угас, погружая пространство в ровный полумрак.

Несмотря на приглушённое освещение, оба корабля-невидимки оставались хорошо различимы — и на обзорном экране, и через внешние камеры.

Прошло минут двадцать. В ангаре стояла зловещая тишина. Никто не выходил. Никаких признаков движения — лишь гул двигателей «Обжоры» и ровный свет экранов.

И вдруг…

— Люки, — прошептал Серхио Родригес, указывая на экран.

— Вижу, — коротко ответил Касаткин.

Синхронно, будто по команде, на обоих кораблях-невидимках открылись верхние люки пилотских кабин. Изнутри вылетели две фигуры — пилоты.

На них были лётные костюмы с блестящими золотистыми наплечниками, переливавшимися, как чешуя, под светом ангара. Тёмные брюки уходили в массивные ботинки, а головы скрывали чёрно-золотые шлемы с опущенными забралами.

Они подошли друг к другу, обменялись короткими взглядами и одновременно повернулись к «Обжоре».

Секунда — другая. Тишина.

И вдруг оба сняли шлемы.

Пилотами оказались парень и девушка — довольно молодые, со схожими пепельно-серебристыми волосами. Они спокойно стояли рядом с одним из кораблей, держа шлемы в левой руке.

— Похоже, они ждут нас, — заметил Тиран.

Касаткин кивнул и, обернувшись, спросил:

— Что там с атмосферой в ангаре? Дышать можно?

Александр Лисиченко проверил данные и доложил:

— Атмосфера пригодна. Опасных примесей не обнаружено.

— Тогда идём знакомиться, — сказал капитан. — Тиран и Родригес, остаётесь на мостике и наблюдаете за развитием событий. Максудов, Ника — со мной.

Касаткин не спеша двинулся к пилотам. Назар и Ника шли следом. С первого взгляда они казались людьми, но, приблизившись, Алексей Иванович усомнился. Во-первых, глаза — зрачки у обоих были чёрно-жёлтые. Во-вторых, форма ушей: заострённые, направленные вверх.

Он пытался вспомнить, где видел подобное, но память молчала. В этот момент в наушниках раздался шутливый голос Томаса, временно заменявшего Максудова на мостике: