Чтение онлайн

– Ани! – я кинулся к панели управления. – Ты цела?

– Цела! – голос из-за двери звучал глухо и зло. – Но если эта консервная банка ещё раз попытается меня убить, я вскрою обшивку и перережу ей нервные узлы!

Я ударил по сенсору открытия.

«Доступ запрещён, – высветилось на экране красными буквами. – Карантинная зона. Обнаружена биологическая угроза».

– Какая к чёрту угроза?! – заорал я на стену. – Это член экипажа! Открой немедленно!

Стены коридора слабо завибрировали. Это было похоже на низкое, довольное урчание. Корабль издевался. Он запер Ани в отсеке и не собирался выпускать.

«Она не слушает тебя, потому что ты просишь, – лениво подсказал Вазар. – Ты уговариваешь. А с ней так нельзя. Она – хищник. Покажи ей, кто здесь главный. Или, наоборот… покажи, что ты её любишь».

– Я не буду признаваться в любви стенам! – прошипел я.

«Тогда Ани останется там до прилёта. Выбор за тобой».

Я выругался. Глубоко вдохнул, позволяя холоду симбиота растечься по венам. Мой голос изменился, наливаясь металлом.

– Слушай мою команду, «Странник», – я прижал ладонь к тёплой, покрытой био-полимером обшивке. Под моей рукой бился пульс корабля. – Код доступа: Омега-Виктор-Семь. Приоритет капитанский. Открыть шлюз. Живо!

Вибрация усилилась. Корабль сопротивлялся. Я чувствовал его обиду. Это было странное, липкое чувство, просачивающееся прямо в мозг.

«Зачем она тебе? Я лучше. Я сильнее. Я тебя берегу».

– Открой, – уже мягче сказал я, начиная медленно поглаживать пульсирующую панель.

Это выглядело безумно. Я стоял в пустом коридоре и гладил стену, как гладят рассерженную кошку.

– Ну же, девочка, – шептал я, чувствуя себя полным идиотом. – Не дури. Ани – друг. Она нам нужна. Ты же умная. Ты красивая. Самый лучший корабль в секторе.

Стена под моей рукой потеплела. Жёсткий хитин стал мягче. Вибрация сменилась с агрессивного гула на мягкое мурлыканье.

Лепестки двери дрогнули и неохотно, медленно поползли в стороны.

Ани стояла по ту сторону, скрестив руки на груди. Её глаза метали молнии.

– Ты сейчас флиртовал с дверным косяком? – ледяным тоном спросила она.

– Я вёл переговоры, – я вытер пот со лба. – Проходи, пока она не передумала.

– Это не похоже на сбой ИИ, – доктор Лиандра смотрела на голограмму молекулярной структуры воздуха, взятого в моей каюте.

Мы сидели в медотсеке. Я – на кушетке, чувствуя себя подопытным кроликом. Ани – у входа, держа руку на рукояти ножа, словно ожидая нападения медицинской тумбочки. Кира висела вниз головой на какой-то балке, с интересом слушая вердикт.

– А что это? – спросил я. – Вирус? Хакерская атака?

– Гормоны, – Лиандра поправила очки (хотя с её зрением они были не нужны, просто имидж).

– У корабля? – переспросила Кира сверху.

– У биомеханического организма, – поправила доктор. – Влад, «Рассветный Странник» – это не одно железо. Это живая ткань, интегрированная с кибернетикой. И эта ткань вырабатывает феромоны.

Она увеличила изображение молекулы.

– Это сложный эфир, аналог человеческого окситоцина и дофамина. Гормоны привязанности, любви и… собственничества. Концентрация в твоей каюте превышает норму в четыреста раз.

– Ого, – присвистнула Кира. – Да она втюрилась! По уши!

Я закрыл лицо руками.

– Скажи мне, что ты шутишь. Мой корабль в меня влюблён?

– Биологически – да, – безжалостно продолжала Лиандра. – Ты носитель симбиота Вазара. Для корабля ты – центр вселенной, вожак, партнёр. Появление Ани воспринимается системой как угроза связи. Она ревнует, Влад. Физически, химически и программно.

Ани хмыкнула.

– Замечательно. Моя соперница весит двести тысяч тонн, вооружена плазменными пушками и может выкинуть меня в космос, просто чихнув шлюзом. Шансы равны.

– Это опасно, – Лиандра стала серьёзной. – Если уровень «гормонов» поднимется ещё выше, корабль может начать действовать иррационально. Блокировать системы жизнеобеспечения для всех, кроме тебя. Изолировать тебя в каюте.

«Прекратить подачу воздуха конкурентам, – добавил Вазар в моей голове. – Романтика».

– И как это лечить? – спросил я. – Дать ей успокоительное? Залить в бак валерьянку?

– Тебе нужно установить границы, – сказала Лиандра. – Но не как с машиной. Как с живым существом. Дрессировка. Поощрение и наказание. И… Влад, тебе придётся уделять ей внимание.

– Внимание?

– Подключайся к нейросети чаще. «Разговаривай» с ней. Гладь панели, чёрт возьми. Ей нужен тактильный и ментальный контакт. Иначе она сожрёт Ани.

Если существует во Вселенной место, куда души грешников отправляют не жариться, а храниться в глубокой заморозке до востребования, то это Фрост-9.

Термометр на визоре шлема показывал минус сто сорок по Цельсию. При такой температуре плевок замерзает быстрее, чем вылетает изо рта, а надежда на тёплый ужин умирает мгновенно.

– Ну и запросы у нашей «девочки», – проворчал в наушнике голос Семёна Аркадьевича. – Сначала ей подавай редкие минералы, потом электричество, а теперь – Крионий-6. Она у нас кто, крейсер или гурман в аристократическом ресторане? Может, ей ещё машинного масла с трюфелями подогреть?

– Крионий нужен для стабилизации ядра, кэп, – ответил я, переступая через ледяной торос. Ветер здесь был такой, что казалось, будто тебя лупят досками по всему телу. – Если ядро перегреется во время прыжка, мы превратимся в очень красивый, но очень мёртвый фейерверк.

– Знаю я, – вздохнул капитан. – Просто этот Крионий стоит как почка императора. И добывают его только в этом секторе, у чёрта на рогах, в компании отморозков. В прямом и переносном смысле.

Справиться с ревностью корабля у меня кое-как получилось. Да, приходилось иногда называть её «девочкой» (что, кстати, перенял весь экипаж, включая Ани, пусть и сквозь зубы), и всё же мы снова работали, как полноценная команда. А вот с аппетитом нашей «красавицы» справиться не удалось. И теперь казалось, что мы не за Артефактами по Галактикам летаем, спасаясь от Империи, а ищем чем бы ещё таким «вкусненьким» угостить «Странницу» (наверное, так правильно?). Но плюсом было то, что все эти «вкусняшки» располагались хотя бы по пути к отмеченным точкам. Так что… мы работали и кормили корабль одновременно.