Чтение онлайн

– Это вы останетесь здесь. Я выйду. Одна.

– Да как бы не так!

Он попытался схватить девушку, но та вдруг сама вцепилась в его запястья и подняла взгляд. В глубине её зрачков вздрагивало и змеилось тонкими лентами фиолетовое свечение. Тонкие пальцы походили на раскалённые щипцы. Над губой блестели мелкие капельки пота, и волосы на висках взмокли от невероятного усилия, которым она сейчас сдерживала себя.

– Останьтесь. И не выходите, что бы ни услышали и ни увидели. Пока не станет тихо, - она сжала руки сильнее.

Ингольв вывернулся и обхватил ладонями её лицо, горячее и светящееся будто бы изнутри. Она была прекрасна в этот миг и в то же время от неё веяло ледяным ужасом самого Хельхейма.

– Пусти. Она, верно, знает, что делает, - камнем безысходности упёрлись в спину слова Лейви.

Ингольв шагнул назад. Асвейг, прямая, словно палка, медленно вышла из дома. Лишь бледным всполохом, растаявшим в воздухе, качнулось фиолетовое пламя, отмечая её шаги.

Страшный ор наполнил всё кругом. Забил уши, продирая до самого нутра чужим страхом. Тихий вой, словно настиг охотников лесной пожар, пронёсся, нарастая, прочь от двери, взметнулся, показалось, к самым кронам деревьев и стих. Ингольв задохнулся, слушая, как хрипят преследователи, уже не в силах кричать. От ужаса шевелились волосы на голове. Это длилось невыносимо долго - всего несколько мгновений. Каждая щель в двери домишки светилась так ярко, что резало глаза.

– На всё воля твоя, Один, - поражённо шепнул Лейви позади.

Грохот упавшего тела, и тишина такая, что закладывало уши. Ингольв, переступая будто бы чужими ногами, вывалился из дома и встал на пороге, озираясь. Ветер носил над землёй мелкие крупицы пепла. Они медленно оседали в траву. Асвейг лежала в нескольких шагах поодаль, не шевелясь и, кажется, не дыша. Ингольв подбежал и сгреб её на руки, не разбираясь пока, жива ли. Но, верно, жива, раз он сам не валяется мёртвым. Тут же, прогоняя все сомнения, девчонка крепко обхватила его руками за шею и вжалась лицом в плечо. Её затрясло крупной дрожью, а ткань рубахи мигом промокла.

Она плакала.

Пришлось отсиживаться в хижине среди двух десятков иссохших трупов ещё сутки. Асвейг всё никак не хотела приходить в себя: она то проваливалась в тревожный сон, то впадала в истерику. То сгорала от жара, то тряслась от озноба. Гагар и Лейви забились по углам, не потому что опасались подходить к ней, а потому что их прогнал Ингольв. Он напротив, от девушки не отходил, хотя ничего, кроме как попить воды, ей, казалось, и не требовалось. Время от времени он прижимал Асвейг к себе, чтобы успокоить очередной приступ рыданий, и тогда смутно ощущал боль, что сейчас разрывала её на части.

– Я ожидал чего угодно, но не такого, - проговорил наконец Лейви, когда Ингольв, в очередной раз уложив Асвейг, подошёл к нему и сел рядом на лавку.

– Она едва не убила Эйнара тогда, - решил тот обо всём рассказать.
– И потому я просто не мог оставить его в живых. Хотя и так не оставил бы.

Скальд бросил протяжный взгляд на девушку, что скорчилась недалеко от очага под одеялом. Кажется, её снова морозило: она то и дело мелко вздрагивала и вздыхала.

– Я тут подумал. Если бы она не выплеснула свою силу на тех головорезов, пострадали бы, наверное, мы?

Ингольв тоже думал об этом и, к сожалению, не мог найти ответа, как было бы, не случись такое.

– Не погонись они за нами, она не сорвалась бы.

– Не сейчас, но это всё равно могло произойти потом, - Лейви покачал головой.
– Идти с ней опасно.

– Но идти без неё я не могу.

– Аты, лысая башка, знал, кто она такая?
– окликнул скальд Гагара. Тот посмотрел угрюмо, и показалось, что ничего отвечать не станет.

– Я помню только, что в тот день, когда она появилась в доме Оттара, приходила Рунвид. Она скоро ушла, а хозяева после долго шептались и решали, что делать. Больше ничего не знал.

Трелль снова упёр взгляд в пол.

Всё прекратилось резко и неожиданно. После очередного беспокойного сна Асвейг будто бы совсем пришла в себя, перестала плакать и что-то бессвязно бормотать. Ингольв снова подошёл к ней и сел рядом, молча всматриваясь в лицо.

– Теперь ты знаешь, на что я способна, - севшим голосом прошептала она.
– Ты, наверное, захотел бы меня убить, не умри при этом сам.

– Не говори ерунды, Асвейг, - Ингольв осторожно провёл ладонью по её волосам.
– Ты спасла нас всех. И мы благодарны.

Лейви, словно подтверждая его слова, пошевелился на своём месте. Девушка горько ухмыльнулась.

– Я много слышала о том, какое ты чудовище. Тебе приписывали разные страшные поступки. Я боялась тебя, и стать твоей рабыней казалось мне самым ужасным, что только могло произойти. А на деле чудовищем оказалась я. И сколько ещё я о себе не знаю!

Она подтянула колени к груди и упёрлась в них подбородком. Ингольв вздохнул, не зная, что и сделать. Успокаивать её не нужно: она и так была спокойна. Просто немного отстранённо рассуждала о том, что произошло, словно это не так уж и волновало на самом деле. Он сел рядом на войлок и между делом подбросил в очаг корявую ветку. Вспомнилось вдруг, как ветер носил над землёй всё, что осталось от охотников за головами: пепел, словно их пожрал самый жаркий огонь во всех девяти мирах. Он посмотрел на Лейви с Гагаром и кивнул на дверь. Те, всё сразу же смекнув, вышли, хоть трелль ещё немного помедлил до тех пор, пока скальд нетерпеливо не пнул его по башмаку.

Асвейг даже не повернула головы в их сторону, словно перестала замечать что-то кругом.

– Мы обязательно узнаем о тебе всё, что можно узнать, - снова заговорил Ингольв.

– И ты научишься справляться с собой. Разве не для этого ты оказалась тогда в Го кс та де?

Девушка взглянула на него вопросительно.

– Я не знаю, для чего я оказалась там.

– Зато я знаю, - Ингольв взял её безвольно лежащую на войлоке ладонь в свою.
– Всё было не случайно. Даже наша встреча.

– Ты снова о судьбе?
– Асвейг вздохнула и выпрямилась, не отнимая руки.

– Может, и о ней. А может, о предназначении…

Не в силах больше бороться с тем, как сильно его тянуло к этой девушке, Ингольв легко, чтобы не напугать, привлёк её к себе. Удивление мелькнуло в глазах Асвейг, но она не воспротивилась. Её мягкие, чуть обветренные губы сжались крепче в первый миг, как он коснулся их своими. А после раскрылись, отвечая на поцелуй. Внутри всё словно скрутилось в тугой узел, а после расслабилось, и от этого невероятная нега разлилась по телу. Он не знал, что это было. Возможно, просто их ощущения сейчас сливались воедино, одни на двоих, а потому усиливались многократно. Асвейг доверилась ему первый раз настолько, чтобы позволить такое после всего, что сделал Эйнар. И потому Ингольв постарался, чтобы этот поцелуй не был похож на то, как тот её целовал. Никакого напора, никакого принуждения: одно только её движение против, и нужно отпустить, как ни хотелось бы удержать. Но девушка покорно замерла в его руках, словно сама к себе прислушивалась. Пыталась понять. И в какой-то миг в голове стало пусто и горячо. Осознавая, что скоро не сможет остановиться, Ингольв разомкнул объятия и ещё несколько мгновений смотрел в лицо Асвейг: её ресницы подрагивали, а губы, яркие и чуть припухшие, приоткрытые в ожидании, просто требовали приникнуть к ним снова.

Наконец девушка открыла глаза и тихо вздохнула. Её взгляд снова начал приобретать осмысленность, а после в глубине его застыло и осознание того, что случилось.

– Никогда так больше не делай, - без тени злобы пробормотала она и отсела чуть дальше.

– Почему?

– Потому что это всё ненастоящее. Так не должно быть.

– Не нам решать, как должно быть, - Ингольв пожал плечами и встал, сбрасывая жар, что нетерпением сковал тело. Впрочем, недвусмысленное напряжение в штанах не позволило быстро обо всём забыть.