Чтение онлайн

Я покачала головой.

— Этого я не знаю. Но это что-то значит. Вы сами сказали.

Он долго смотрел на меня. Потом отвел глаза. Отступил на шаг.

— Тренировка окончена, — сказал он глухо. — Иди.

Я поклонилась. Положила клинки на стойку. Пошла к выходу с арены.

— Романдэ, — окликнул он, когда я уже была у ворот.

Я обернулась.

— Завтра в это же время. Снова здесь.

— Слушаюсь, ваша светлость.

Я вышла. Прислонилась спиной к холодной каменной стене и закрыла глаза. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно за милю. Он почувствовал. Браслет почувствовал. Связь не разорвана.

Я открыла глаза. Выпрямилась. Пошла в казарму.

Впереди были новые тренировки. Новые встречи. Новые вопросы, на которые у меня пока не было ответов. Но я знала одно, он начал искать. Начал сомневаться. Начал видеть во мне не просто солдата, не просто странную девчонку с необычными способностями.

Он начал видеть что-то большее. И это пугало меня так же сильно, как давало надежду.

Вечером я сидела в своей комнате и смотрела на закатное небо за узким окном. Плечо ныло после спарринга, на руках расцветали синяки. Но я почти не чувствовала боли. В голове крутились его слова.

«Эти браслеты были связаны с ней. Только с ней».

Он не сказал «с моей женой». Он сказал «с ней». Так, будто она все еще была здесь. Будто она все еще была частью его жизни. Будто он не мог произнести ее имя вслух, потому что это причиняло слишком сильную боль.

Я закрыла глаза. Перед внутренним взором встало его лицо — растерянное, смятенное, почти испуганное. Он не понимал, что происходит. Но он хотел понять. И это было важнее всего.

— Я здесь, — прошептала я в темноту. — Я рядом. И однажды ты узнаешь.

Где-то в замке пробили часы. Полночь. Новый день. Еще один шаг к истине. Я легла на кровать, укрылась плащом и закрыла глаза. Завтра снова тренировка. Снова он.

Глава 22

Утренний патруль начинался как обычно.

Серое небо Опальных Земель висело низко, цепляясь за верхушки деревьев Черного леса. Ветер пах сырой землей и прелыми листьями — ночью прошел дождь, редкий для этих мест, и теперь воздух был влажным, тяжелым, почти осязаемым.

Мы с Рейной выехали из замка на рассвете. Корвин распределил патрули на неделю вперед, и сегодня была наша очередь проверять восточную границу — ту самую, где четыре дня назад мы нашли логово магов-отступников. Тамир приказал усилить наблюдение: после разгрома ритуала уцелевшие могли попытаться уйти через лес или, наоборот, затаиться и готовить новую атаку.

— Скучная работа, — сказала Рейна, поправляя колчан за спиной. — Но нужная.

Я кивнула. Скучная работа была мне даже на руку. Последние дни выдались слишком насыщенными: патруль, пещера, спасение Тима, дело Кейла, тренировки с Тамиром. Мне нужно было время, чтобы переварить все, что произошло. Чтобы осмыслить его слова, его взгляды, вспышки браслета.

Чтобы понять, что делать дальше.

Мы ехали шагом по узкой тропе, вьющейся вдоль кромки леса. Рейна, как всегда, была немногословна, но ее молчание не давило. Она была из тех людей, с которыми комфортно даже в тишине. Я ценила это.

— Слышала, герцог с тобой тренировался, — сказала она вдруг.

— Да.

— И как?

Я помолчала, подбирая слова.

— Жестко. Он не щадит.

Рейна хмыкнула.

— Он никого не щадит. Но если он взялся тренировать тебя лично — это что-то значит.

— Что именно?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Но Корвин говорит, герцог ни с кем не спарринговал четыре года. С тех пор как… — она запнулась. — В общем, давно.

Я поняла, что она хотела сказать. С тех пор как умерла его жена. Со мной. С прежней мной.

— Может, ему просто скучно, — сказала я.

Рейна фыркнула.

— Герцогу? Скучно? С его-то делами? Не смеши меня, Романдэ.

Она пришпорила лошадь и выехала вперед, давая понять, что разговор окончен. Я не стала настаивать. Думала о ее словах. Тамир ни с кем не спарринговал четыре года. А теперь тренируется со мной.

Лес постепенно сгущался. Тропа стала уже, ветки цеплялись за плащи, приходилось пригибаться, чтобы не задеть низко нависающие сучья. Я ехала следом за Рейной, рассеянно поглаживая гриву своей гнедой кобылы. Она была послушной, спокойной, но… не моей. Не Вихрем.

Мысль о Вихре кольнула сердце. Я не видела его с того первого вечера, когда слышала ржание с дальнего пастбища. Рейна сказала, что он никого не подпускает, что герцог велел выпустить его на волю. Я хотела прийти к нему, но не решалась. Боялась, что он не узнает меня в чужом теле. Боялась, что его реакция выдаст меня. Боялась слишком многого.

Пройдя по маршруту, мы возвращались назад, когда меня остановил взволнованный голос Рейны.

— Романдэ, смотри.

Я подняла голову и замерла. Из леса, прямо на тропу, вылетел вороной жеребец. Огромный, мощный, с белой звездой во лбу и гривой, развевающейся на ветру, как черное пламя. Его глаза горели диким, неукротимым огнем. Он мчался прямо на нас, и земля дрожала под его копытами.

Вихрь. Мой Вихрь.

— Стой! — крикнула Рейна, натягивая поводья. Ее лошадь испуганно заржала, попятилась. — Это он! Тот самый жеребец! Он опасен!

Вихрь действительно выглядел опасным. Он летел на нас, как демон, как сама тьма, обретшая плоть. Его ноздри раздувались, глаза сверкали, с губ срывалась пена. Он был в ярости — я видела это по его движениям, по тому, как он вскидывал голову, как бил копытами землю.

— Уходим! — Рейна развернула лошадь. — Быстро!

Но я не двинулась с места.

— Романдэ! — крикнула она. — Ты что, оглохла?!

Я спешилась. Медленно, плавно, стараясь не делать резких движений.

— Ты с ума сошла! — Рейна пыталась перехватить мою лошадь, но я уже шла вперед. — Он же убьет тебя!

Я не ответила. Просто шла. Шаг за шагом. Навстречу несущемуся жеребцу.

Вихрь заметил меня. Его бег замедлился. Он перешел на рысь, потом на шаг. Остановился в десяти метрах от меня, всхрапывая, роя копытом землю. Его глаза — темные, глубокие, почти человеческие — впились в меня. Возможно он чуял. Не запах, а душу. Ту самую, которая когда-то сидела в его седле, которая гладила его морду после долгих переходов, которая шептала ему ласковые слова перед боем.

— Вихрь, — позвала я тихо. — Мальчик мой.