Чтение онлайн

Епископ Стефан склонился со своего кресла к уху императора. Аш видела, как застывает сухое морщинистое лицо Фридриха.

– Так вот, - закончила Аш, со всей непринужденностью человека, имеющего в своем распоряжении восемь сотен вояк.
– Сделайте предложение, и я готова обсудить его со своими людьми. Но думается, отряд Льва теперь получит работу где вздумается и за хорошую плату.

Ансельм чуть слышно застонал:

– Бля-а...

Безумная бравада, Аш это понимала. Политические трюки, трудная скачка, плохое питание - ненужная драка и ненужные смерти: за все это не рассчитаешься дерзостью невоспитанной служанки. И все же ей полегчало. Полезно иногда высказать свои чувства в открытую!

Антонио Анжелотти хихикнул. Ван Мандер хлопнул ее по спинной пластине кирасы. Она не обратила внимания на этих двоих, сосредоточившись на лице императора и с радостью отмечая растерянность на его лице. Позади вздохнул Годфри. Аш торжествующе усмехнулась Фридриху. Она не решилась сказать: "Вы забыли, что мы вам не принадлежим. Мы - наемники" - понадеялась, что ее лицо достаточно выразительно.

– Зеленый Христос, - проворчал Годфри.
– Мало тебе иметь врагом Сигизмунда Тирольского, нужен еще и император!

Аш передвинула руку, охватив ладонью локоть: сквозь кожу перчатки ощутила холодок локтевой чашки брони.

– Все равно другого контракта с германцами нам не дождаться. Я приказала Герену снимать лагерь. Может, отправимся во Францию. Без дела теперь не останемся.

Говорила легко и решительно - в голосе звучало ожесточение. Отчасти жестокая печаль об убитых и покалеченных. Но больше - дикая, нутряная радость, что сама осталась в живых.

Аш взглянула в бородатое лицо Годфри, сжала его руку в своей, окованной железом.

– Брось, Годфри, такая у нас жизнь, сам знаешь.

– Такая у нас жизнь, если ты не окажешься в Кельнской тюрьме... Годфри Максимиллиан резко оборвал речь.

Сквозь толпу продвигалась кучка священнослужителей. Среди коричневых куколей Аш приметила бритую макушку. Что-то странно...

Толпа всколыхнулась. Капитан Фридриховой стражи прокричал приказ, пространство перед ложей расчистилось, и шестеро священников из приюта святого Бернарда преклонили колени перед императором.

Аш потребовалась секунда, чтобы узнать покрытого синяками, измученного человека, стоявшего среди них.

– Это де Кесада, - она нахмурилась.
– Наш визиготский посол, Даниэль де Кесада.

В голосе Годфри прозвучало непривычное волнение.

– Что он здесь делает?

– Бог знает. Если он здесь, тогда где Фернандо? Что за игру он затеял? Даниэль де Кесада... да его голова отправится отсюда на родину в корзине! она автоматически оценила расположение своих людей: Ансельм, ван Мандер и Анже-лотти в латах при оружии; Рикард со знаменем; Флора и Годфри безоружны.
– Ну и вид у него, дерьмо... Что с ним случилось?

Бритая макушка де Кесады блестела запекшейся кровью. Бурые струпья присохли на щеках. Борода вырвана с корнем. Он преклонил колени, босой, но голова поднята, смотрит в лицо Габсбургу и германским князьям. По Аш он скользнул взглядом, словно не узнав светловолосую женщину в латах.

В душу закралось беспокойство. Не обычная война, даже не плохая война... "А какая?
– с досадой подумала она.
– О чем я беспокоюсь? Я покончила с политической возней. Нас потрепали, но отряду и прежде доставалось - переживем. Все как обычно; в чем же дело?".

Аш стояла за пределами тени от навеса, на обжигающем летнем солнце. Треск ломающихся копий и крики эхом разносились над зеленой травой. Свежий ветер доносил запах приближающегося дождя.

Визигот повернул голову, осматривая придворных. Аш видела капли пота у него на лбу. Он заговорил в лихорадочном возбуждении, какое она видела прежде в людях, ожидающих смерти через несколько минут.

– Убей меня!
– с вызовом выкрикнул Кесада императору.
– Почему бы и нет? Я сделал то, за чем явился. Мы были приманкой, чтобы тебе было, чем заняться. Мой повелитель король - калиф Теодорих послал и других послов, к савойскому и генуэзскому двору, во Флоренцию, Венецию, Базель и Париж, с теми же инструкциями.

Аш, на своем простонародном карфагенском, спросила:

– Что случилось с моим мужем? Где вы расстались с Фернандо дель Гизом?

По лицу императора Габсбурга Аш поняла, каким непростительным и неоправданным счел он это вмешательство. Она напряженно ждала - то ли гневной вспышки Фридриха, то ли ответа Кесады.

Даниэль де Кесада с готовностью отозвался:

– Мастер дель Гиз освободил меня, когда принял решение присягнуть на верность нашему королю-калифу Теодориху.

– Фернандо? Присягнул?..
– опешила Аш.
– Калифу визиготов?

За спиной у Аш лающе расхохотался Роберт Ансельм. Аш не знала, смеяться или плакать.

Де Кесада говорил, не отрывая взгляда от лица императора, наполняя каждое слово ненавистью. Он явно был не в себе.

– Мы - в том числе и молодой человек, которого вы послали конвоировать нас, - к югу от Готарда встретили еще один отряд нашей армии. У него было двенадцать человек против двенадцати сотен. Дель Гизу позволено было, при условии, что он принесет присягу на верность, сохранить жизнь и свои владения.

– Он бы этого не сделал!
– возмутилась Аш.
– Я хочу сказать, он не мог... он просто не мог. Он же рыцарь! Это просто слухи. Вражеская клевета. Сплетни!

Ни посланник, ни император не обратили на нее внимания.

– Не визиготам раздавать ему поместья! Это мои земли!
– Фридрих Габсбург развернулся в своем резном кресле и прорычал, обращаясь к канцлеру и законникам: - Лишить этого юнца и его семейство прав владения! За измену.

Один из отцов из приюта святого Бернарда прочистил горло:

– Мы нашли этого человека, Кесаду, заблудившимся в снегах, ваше императорское величество. Он не помнил ни одного имени, кроме вашего. Мы сочли, что милосердие требует привести его к вам. Простите, если мы заблуждались.

Аш через плечо шепнула Годфри:

– Если они встретились с войском визиготов, как он оказался в снегах?

Годфри растопырил короткие пальцы и передернул плечами:

– Это, дитя мое, в настоящий момент известно одному Господу!

– Ну если Господь объяснит тебе, поделись со мной! Маленький человечек на троне Габсбургов глядел на Кесаду, кривя губы в бессознательном отвращении: