Чтение онлайн

"Что бы там ни было с солнцем, - вздохнула Аш, - времени обдумать решение, как всегда, нет. Все всегда происходит сразу..."

И новая мысль:

"Что бы там ни было с солнцем, пусть даже настали Последние Дни, меня это не касается: пока есть отряд, у нас хватит сил продержаться. Метафизика - не мое дело".

– Хорошо, - сказала она.
– Я встречусь с вашим командующим и вступлю в переговоры.

Рикард представил ей Бертрана, возможно сводного брата Фили, в свои тринадцать лет занимавшего тело, которое было ему явно великовато, и умудрявшегося выглядеть одновременно толстым и голенастым. Вдвоем они надели на Аш латы и подвели Счастливчика в парадной сбруе. У мальчишек от недосыпа слипались глаза - если бы их третий день в Гизбурге начинался, как положено, рассвет бы едва занялся.

– Насколько я понимаю, личное имя их командующего - это просто наименование ее ранга, - говорил Годфри Максимиллиан.
– Фарис. [Здесь, по-видимому, в "Жизнеописании" дель Гиза имеет место ошибочный перевод сарацинского термина. "Фарис" - по-арабски означает "всадник". Имеется в виду рыцарь профессионального кавалерийского войска, а не войсковой командир. Я, однако, предпочел сохранить употребление слова "фарис", поскольку использованное Анжелотти мусульманское "аль-сайид" - "вождь", или "начальник", уже присутствует в европейской истории как титул Родриго де Бивара - "Эль-Сид".] Это означает "генерал-капитан", "командующий всего войска" или что-то в этом роде.

– Ее ранга? Их командующий - женщина?
– Тут Аш припомнила слова Астурио Лебрии: "я видел женщин-воинов" - и его чувство юмора, которым вовсе не обладал его двоюродный брат Санчо (имя и степень родства разузнал отец Годфри).
– И она уже здесь? Командующая всеми их проклятыми силами вторжения?

– Как раз подъезжает по дороге из Инсбрука.

– Дерьмо...

Годфри подошел к двери, окликая одного из сидевших в большой комнате штабного помещения:

– Каррачи, капитан хочет услышать лично.

Вошел светловолосый латник с ярким румянцем на щеках. Ради скорости он оставил при себе только необходимый минимум снаряжения. Он отдал честь и заговорил:

– Я пробрался к самой командирской палатке. Армией командует женщина, и знаете, как они ее настрополили? У них есть такая машина - вроде "Медной Головы", [Брат Роджер Бэкон (1214 - 1292) - ученый, первым введший в употребление в Европе порох. Ему часто приписывали чародейские способности; в частности, существует легенда об изобретении им механической говорящей головы, впоследствии уничтоженной.] так она в сражении думает за командиршу - говорят, баба слышит ее голос. Слышит, что говорит машина!

– Если это "Медная Голова", почему бы не слышать, что она говорит?

– Да нет, командир. Машина-то не при ней. Она слышит голос в голове, как священники, когда с ними говорит Бог.

Аш уставилась на солдата.

– Слышит вроде как голос святого, и он ей говорит, как драться. Потому-то бабе и удалось нас побить...
– Каррачи вдруг спохватился, дернул плечом, потом нерешительно ухмыльнулся: - Ох, простите, капитан!

"Слышит вроде как голос святого".

В животе пульсировал холодный комок. Она осознала, что молчит, выпучив глаза и моргая, еще не понимая толком, что ее потрясло. Облизнула губы:

– Может, и прощу...

Это выговорилось само собой. Этот парень, Караччи, явно не слыхал сплетен насчет того, что "Аш слышит голоса святых", но большинство особенно те, кто не первый год с ней, - конечно, знают.

Может, она и вправду слышит святых, эта Фарис? Вправду слышит или распускает слухи, считая, что сие не повредит. Одну сожгли как ведьму, неужели не боится?..

– Спасибо, Каррачи, - рассеянно добавила она.
– Поедешь с эскортом. Скажи там, что через пять минут выезжаем.

Едва солдат вышел, она повернулась к Годфри. Странно чувствовать себя беззащитной, когда на тебе столько железа. Она перебирала в уме слова лазутчика, расхаживая по комнатенке и с каждым шагом возвращая себе уверенность. Остановилась у окна, взглянула на огни Гизбурга.

– Кажется, ты был прав, Годфри. Они собираются предложить нам контракт.

– Я встречался со странниками из нескольких монастырей по эту сторону гор. Как я уже говорил, численность разузнать не удалось, но по крайней мере еще одна армия визиготов ведет бои в Иберии.

Аш держалась к нему спиной.

– Голоса. Говорят, она слышит Голоса. Довольно странно...

– Такие слухи командиру на пользу.

– Мне ли не знать!

– Одно дело - голоса святых, - рассудительно заметил Годфри, - а другое - чудесный голос какой-то машины. Ее могут счесть демоном. А может, демон и есть.

– Некогда беспокоиться об этом, - Аш обернулась и обожгла Годфри взглядом.
– Понятно?

Он спокойно смотрел на нее. Не моргнул, не кивнул. Аш добавила:

– Решать придется не откладывая, если, конечно, нам и вправду предложат контракт. Фернандо только и ждет, пока мы окажемся между молотом и наковальней, а тогда опустят мост и готово - удар в спину.
– Она вдруг усмехнулась, покосившись на священника через закованное в железо плечо: Вот он порадуется, если мы получим контракт на той же стороне! Как бы не сдох со злости. Мы-то честные наемники, а он - презренный предатель - и замок все равно принадлежит мне!

– Не стоит считать башни не взятого замка.

– Звучит как пословица, - она протрезвела.
– Мы уже и так между молотом и наковальней. Будем надеяться, что мы им больше нужны, чем мешаем. А не то лучше бы нам оказаться в открытом поле, чем здесь. Крови будет много.

Широкая ладонь священника опустилась ей на левый наплечник:

– Много крови сейчас там, на озере Люцерно, где визиготы столкнулись с Гильдиями. Думаю, командующий визиготов сейчас не откажется от покупки дополнительных сил, тем более знающих местность.

– А потом пошлют нас умирать в первых рядах, чтобы сохранить своих людей. Видали мы это, - она осторожно повернулась: против человека в одной рясе и сандалиях и доспех сам по себе может оказаться опасным оружием. Рука Годфри соскользнула с пластины наплечника. Аш встретила взгляд его карих глаз.
– Просто удивительно, к чему только человек не привыкает. Неделя, десять дней... Есть, конечно, вопрос, который никто не решается задать: сначала солнце, а дальше что? Что еще может случиться?
– Аш неуклюже опустилась на колени.
– Благослови меня на дорогу. Мне хочется прийти в достойное расположение духа.

Знакомый густой голос пропел слова благословения.

– Поедешь со мной, - распорядилась Аш, едва дождавшись, пока он закончит, и выскочила на лестницу. Годфри вслед за ней спустился к дверям и вышел в город

Аш проехала по улицам в сопровождении офицеров и эскорта из солдат и псов. Придержала Счастливчика, пропуская процессию, запрудившую узкую улочку: вопящие мужские и женские голоса, суконные кафтаны и платья разорваны, лица выпачканы золой. Торговцы и ремесленники. Босые мальчики с разбитыми в кровь ступнями несли зеленые свечи и статую Девы. Городские священники стегали всех подряд бичами со стальными наконечниками. Аш, сняв шлем, дожидалась, пока рыдающая в молитвах толпа протянется мимо.