Чтение онлайн

– Простите...
– Она осеклась, уставившись в лицо Фернандо дель Гиза. Сукин сын!

– Как поживает матушка?
– невозмутимо поинтересовался Фернандо.

Аш фыркнула, подумала: "Он нарочно меня смешит".

Эта мысль заставила ее замолчать. Она стояла в сутолоке, задрав голову, чтобы видеть его лицо; Фернандо дель Гиз, в визиготской кольчуге и ливрее, с короткой стрижкой казавшийся еще моложе.

– Господа Всевышнего в душу мать! Чего тебе-то надо?
– Аш заметила, как Томас, заканчивавший сделку с купцом, оглянулся через плечо; успокаивающе покачала головой.
– Фернандо - скажи, чего ты добиваешься? Что, что еще ты хочешь мне сказать?

– Ты очень сердита, - заметил он. Его голос звучал сверху, голова возвышалась над толпой - и вдруг он опустил взгляд, презрительно снисходя к ней.
– Мне нечего сказать тебе, простолюдинка.

– Ни фига благодати?! То-то ты, благородный наш, переметнулся к визиготам! Ты - настоящий предатель! А я-то думала, это ложь!

В этой вспышке сгорела вся ее злость. Она смолкла, заметив, как дрогнул его взгляд.

Он сделал движение, словно намереваясь отойти.

– Почему?
– настойчиво спросила Аш.

– Что - почему?

– Почему... я все не могу понять. Ты же знатный синьор. Ну, попал в плен - так тебя бы выкупили. Или заперли бы в каком-нибудь замке. Проклятье, ты же был при оружии, и не один - могли бы прорваться, бежать...

– От армии?
– в его голосе прозвучала насмешка. Аш оперлась стальной рукой о стену, теперь Фернандо пришлось бы оттолкнуть ее, чтобы скрыться в толпе.

– Ты не на целую армию нарвался. Все это сплетни. Годфри разузнал, как было дело. Ты встретился с патрулем из восьми всадников - восьми! И даже не пытался сражаться. Ты просто сдался.

– Мне своя шкура дороже вашего доброго мнения, - ядовито процедил Фернандо.
– Не знал, что вас это так заботит, мадам супруга.

– Мне наплевать!.. Ну ладно, ты заполучил место при дворе. У победителей.
– Она кивнула на толпу.
– Хитро. И ты на самом деле рисковал. Да ведь имперская знать - сплошь политики. Мне следовало бы помнить.

– Я не...
– Фернандо гневно уставился на нее. В свете свечей блеснул пот, выступивший на верхней губе.

– Что - не?
– уже спокойнее переспросила Аш.

– Это была не политическая измена.
– В обманчивом свете свечей по его лицу скользнуло странное выражение. Он не отпускал ее взгляда.
– Они убили Маттиаса! Ткнули копьем в живот, и он свалился с коня, с визгом! Застрелили из арбалетов Отто и трех лошадей...

Аш заставила себя опустить голос до шепота - он прозвучал хриплым шипением:

– Иисус Христос, Фернандо, ты же не этот мудозвон Маттиас. Тебя бы они пощадили. И как ты был наряжен!
– в полной броне, помилуй Господи, - против визиготских крестьян в туниках! Не говори мне, что не мог пробиться. Ты даже пальцем не шевельнул!

– Я не мог!

Она уставилась на него: на внезапно ставшее совершенно открытым, честное лицо.

– Не мог, - повторил Фернандо чуть тише, с безнадежной улыбкой, от которой лицо его вдруг постарело.
– Я навалил в штаны и грохнулся с лошади - валялся перед сержантом этих смердов и умолял не убивать меня. Я отдал ему посла в обмен на свою жизнь.

– Ты...

– Я сдался, - сказал Фернандо, - потому что струсил. Аш продолжала пялиться на него:

– Иисус Христос!

– И не жалею, - он вытер лицо голой ладонью и отнял ее мокрой. Тебе-то что?

– Я...
– Аш запнулась. Она уронила руку - теперь он мог свободно пройти.
– Не знаю. Ничего, должно быть. Я наемница, а не вассал твоего короля. Ты не меня предал.

– Ты, кажется, не понимаешь?
– Фернандо дель Гиз не двинулся с места.
– У них были арбалеты. Наконечники болтов - с мой большой палец толщиной! Я видел как прострелили голову Отто: болт вошел в глаз - бам - голова взорвалась! А Маттиас держал в руках собственные кишки. У них были копья я охотился с таким копьем, вспарывал животы зверям, а они собирались вспороть меня. Меня окружали безумцы.

– Солдаты, - машинально поправила Аш. Она озадаченно покачала головой.
– Каждому случается обосраться перед дракой. И со мной так же. И вон с Томасом Рочестером - да чуть не со всеми нашими парнями. В хрониках об этом как-то не пишут. Но, черт побери, я же не сдаюсь, когда еще есть шанс?!

– Ты - нет.

Сейчас он казался почти стариком. Я побывала с тобой в постели, подумала Аш, а кажется, совсем тебя не знаю. Он сказал:

– Ты храбра от природы. Разве я знал, до той минуты... турниры, учения... война - совсем другое. Аш с недоумением смотрела на него:

– Конечно, другое.

Они уставились друг на друга.

– Ты хочешь сказать: ты сделал это, потому что ты - трус?

Вместо ответа Фернандо дель Гиз повернулся и пошел прочь. В колеблющемся свете свечей не рассмотреть было его лица.

Аш открыла было рот, чтобы окликнуть его, но промолчала: никак не могла придумать, что же на самом деле хочет ему сказать.

Сквозь бубнящие голоса и шелест подписываемых бумаг она услышала, как башенные часы пробили четыре удара.

– Хватит ждать.
– Она подала знак Рочестеру, решительно выкинув из головы дель Гиза.
– Где бы ни была наша Фарис-полководец, сюда она не явилась. Собирай парней.

Томас Рочестер вытащил стрелков (поочередно) из конюшни, из кухни и из спальни служанок. Аш послала Гвидо за лошадьми, а сама вышла из дверей, держась между Рочес-тером и вторым арбалетчиком. Фрэнсис, здоровенный парень двух ярдов ростом, выглядел так, словно ему не нужен рычаг, чтобы натянуть арбалет, - он мог бы справиться одними зубами.

Небо над площадью было пустым. Черным. Все крики конюхов и стук подков терялись в лившемся сверху молчании.

Фрэнсис перекрестился:

– Хотел бы я увидеть явление Христа. Меня только все эти бедствия накануне пугают, а не сам Страшный суд.

Аш заметила покрывающие наручи рыжие пятнышки - уличная слякоть в теплом помещении успела проесть железо ржавчиной. Она ругнулась сквозь зубы и, в ожидании лошадей, принялась тереть сталь подушечкой пальца, покрытой льняной тканью.