Чтение онлайн

— Я вернусь, — твердо сказал я. — Мне нужно знать, сколько у нас еды, энергии и воды. Без этого мы сдохнем через пару дней. А я не планирую подыхать.

Я развернулся и пошел к выходу.

— Постой! — окликнула она меня у самой двери. Я обернулся. Она сидела, обхватив руками плечи, маленькая и рыжая на фоне белого пластика. — Как… как тебя зовут? У "изделий" есть номера, но…

Я на секунду задумался. Алекс? Это имя осталось в другом мире, под серым небом Москвы, среди чертежей насосных станций и недопитого кофе. Здесь Алекс был призраком в машине.

— Кейл, — сказал я первое имя, которое пришло в голову. Кажется, так звали какого-то персонажа из старой игры. Звучало коротко и жестко, под стать этому телу. — Зови меня Кейл.

Дверь медотсека с шипением закрылась за моей спиной. Я остался один в темном коридоре "Последней Надежды".

Я начал инспекцию с грузового трюма, моего "родного" отсека. Теперь, когда адреналин первой ночи схлынул, я мог осмотреть всё взглядом инженера из XXI века, попавшего в далекое будущее.

То, что я видел, поражало и сбивало с толку одновременно.

Корабль был построен из материалов, которые на Земле существовали только в теории. Сверхплотная пласталь, выдерживающая давление сотен атмосфер. Прозрачный алюминий обзорных окон. Композиты, легкие как перо и твердые как алмаз.

Но вот инженерные решения…

Я подошел к вскрытой панели управления шлюзом. Я ожидал увидеть микросхемы, процессоры, привычную электронику. Вместо этого я увидел лабиринт из оптоволоконных кабелей толщиной в руку и блоки, заполненные мерцающими кристаллами.

Это были не компьютеры в моем понимании. Это были специализированные вычислительные кристаллы. Каждый из них был выращен для одной конкретной задачи — следить за составом воздуха или контролировать открытие двери. Они не были объединены в единую сеть, "думающую" за весь корабль.

Батлерианский Джихад. Запрет на мыслящие машины.

Империя не отказалась от высоких технологий. Они просто кастрировали их. Они создали системы колоссальной сложности, чтобы избежать создания ИИ. Там, где у нас справился бы один смартфон, здесь стоял шкаф с кристаллами и дублирующей гидравлической системой на случай, если электроника "поведет себя странно".

— Потрясающая неэффективность, — пробормотал я по-русски, разглядывая эту технологическую химеру. — Зато надежно, как кувалда.

Я двинулся вглубь трюма, перелезая через завалы.

В дальнем конце стояли уцелевшие грузовые контейнеры.

Первый — "ПИЩЕВОЙ КОНЦЕНТРАТ. ТИП: КОЛОНИАЛЬНЫЙ". Я вскрыл его. Внутри — тысячи брикетов серого цвета. Попробовал один. Вкус пыли и мела. Но питательно. — С голоду не сдохнем, — констатировал я. — Еды тут на небольшую армию на пару лет.

Второй — "БАЗОВОЕ СНАРЯЖЕНИЕ". Одежда, инструменты, респираторы. Полезно.

Третий контейнер был самым большим. Я сбил пломбу и распахнул створки.

Внутри стоял Сборочный Фабрикатор модели "Гефест-3".

Это был не просто 3D-принтер. Это был мобильный промышленный комплекс размером с микроавтобус. Он мог работать с металлами, пластиками, керамикой на молекулярном уровне.

Но это была не волшебная палочка. Я осмотрел его интерфейс. Он был обесточен. И, судя по разъемам, для работы ему требовались две вещи: сырье (которого в трюме было немного — пара ящиков с металлическими болванками) и, самое главное, — информационные кристаллы с чертежами.

Без чертежей эта штука — просто дорогое пресс-папье.

— Ладно, "Гефест", — я похлопал холодный бок машины. — Разбудим тебя позже. А сейчас нужно найти то, без чего всё это бесполезно.

Вода. В медотсеке её было литров пятьдесят в локальном баке. На двоих этого хватит на неделю в режиме жесткой экономии.

Мне нужно было добраться до основных водяных танков корабля. И путь туда лежал через самые разрушенные сектора.

Я оставил относительно безопасный и освещенный сектор грузового трюма и шагнул в темноту коридора, ведущего к корме. Схема корабля, которую я успел запомнить на мостике перед тем, как нас засыпало, всплыла перед глазами.

Основные водяные танки находились в Секторе 7, прямо над двигательным отсеком. Это была самая защищенная часть фрегата, но судя по тому, как корабль кряхтел и стонал под давлением песка, "защищенная" здесь было понятием относительным.

Чем дальше я уходил от центра, тем хуже становилась обстановка.

Аварийное освещение здесь уже не работало. Я включил фонарь, встроенный в лазерный резак. Луч света выхватил из мрака искореженный металл переборок. Коридор напоминал горло гигантского зверя, перекушенного пополам. Стены были смяты внутрь, пол вспучился горбами, потолок провис, угрожая обрушением.

Воздух здесь был другим. Если в трюме пахло просто пылью и озоном, то здесь стоял тяжелый, сладковатый запах. Запах смерти, который я уже чувствовал вчера, но теперь он был гуще, настояннее.

Я шел, стараясь не шуметь. Память Гхолы услужливо подсказывала оптимальный маршрут и напоминала: «Двигайся плавно. Не касайся стен. Слушай вибрации». Мое тело реагировало на эти подсказки с пугающей естественностью. Я двигался как тень, перетекая через завалы, балансируя на узких балках.

Вскоре я наткнулся на причину запаха.

Коридор был завален телами. Это были не военные и не офицеры. Рабочие. Техники. Инженеры. Десятки людей в серых комбинезонах, таких же, как на мне. Их лица были черными от копоти, тела неестественно скрючены. Они пытались пробиться к спасательным капсулам, но взрыв или пожар застал их в этом узком месте.

Я остановился. Алекс внутри меня сжался в комок от ужаса и сострадания. Это были люди. Такие же, как я когда-то. С семьями, надеждами, планами.

Гхола внутри меня лишь холодно фиксировал: «Биологическая угроза. Риск заражения минимален. Движению не препятствуют. Продолжаем путь».

Я заставил себя перешагивать через них. Это было самым трудным физическим действием, которое я совершил с момента пробуждения. Но я справился.

Я добрался до гермодвери Сектора 7. Она была заблокирована. Индикатор замка не горел. Ручное открытие заклинило.

Я приложил ухо к металлу. За дверью было тихо. Ни шипения воздуха, ни гула насосов.