Чтение онлайн

Хозяин постоялого двора долго уважительно цокал языком над принесенным Охотниками "трофеем", разглядывал кожу, и видно было, что приценивался. Потом, в какой-то момент, я поняла, что он унес-таки мерзкую тварь, и сделала вывод, что сделка состоялась. Впрочем, тут же выкинула этот эпизод из памяти.

Никого, кроме нас, из пришлых не было. Поев вместе со всеми за длинным столом, тихонько прикорнула в уголке, у самого очага, отогреваясь и млея. Не пробыли мы в деревне и получаса, как к Охотникам стали подсаживаться местные, в основном возрастные мужики, кряжистые, солидные, оборванные. Говорили негромко, больше рассказывали, чем расспрашивали, я отметила для себя это обстоятельство. Некоторые поглядывали недоуменно в мою сторону, но никто не осмелился даже подойти. Скорее всего, именно из-за Охотников. Отогревшись, наевшись и немного просохнув, уснула, где сидела. Кто-то перенес меня на лавку, укрыл рваным одеялом, подложил под голову пук соломы. Кто из них, так и не поняла, во сне почудились темные кудри, презрительный излом тонких губ - Росни, но это вряд ли.

– Ну?
– требовательно вопросил Рэм за завтраком.
– Что скажешь?

Я подумала, прежде чем ответить. С одной стороны, я видела, Охотники искренне хотели мне помочь. С другой... неясность их планов все еще вызывала страх. Но у меня не было другого выхода, кроме как довериться им, значит, и таиться не имело смысла. Они должны знать, деревня - не "мое" место.

– Никогда в такой дыре не жила, и даже, вроде, не бывала.
– ответила честно.

– "Дыре"?
– с нажимом переспросил Рэм.

– Дыре. Захолустье. Убожестве. Называйте, как хотите.

– "Убожестве"?..
– еще непонятнее протянул Росни, оглядываясь кругом.

– Значит, всё же горожанка. Потеряшка. Интересно, откуда тебя принесло?
– сам себя спросил Рэм.

– Жаль...
– грустно согласился Росни.

– Кто "потеряшка"? Чего жаль?
– спросила с подозрением, чувствуя себя задетой.

– "Того"!
– поддразнил Росни, насмехаясь открыто.
– Поднимайся, принцесса. Пойдем приводить тебя в приличествующий вид.

Не надеясь ни на что хорошее, поплелась за ними на улицу.

Мы прошлепали по раскисшей жиже почти через всю деревню, остановились у крепкого, прочного забора. Рэм решительно толкнул калитку. Во дворе маленький сморщенный человечек загружал мешками телегу, лошадь меланхолично покосилась на нас и заржала. Все, кто копошился во дворе, дружно уставились на Охотников.

– Мерман!
– негромко окликнул Рэм. Сморщенный человечек засеменил от полузагруженной телеги.
– Здоровья тебе, Мерман. Нам кое-что нужно.

– Да-да, конечно.
– кивая, человечек призывно замахал руками вглубь двора, в сторону невысокой сараюшки.
– Господа Охотники! Всё там, всё, что нужно Охотникам...

– Нам нужно оружие.
– резко предупредил Росни. Человечек с гордым именем Мерман скосился в мою сторону.

Мы вошли, и некоторое время постояли, привыкая к темноте. "Ненавижу затхлые сараи!" - негромко ругнулся Росни, Рэм что-то ответил на непонятном языке.

– Там, у стены, всё для господ Охотников...
– подсказал сморщенный Мерман, и те отшагнули в указанный угол. Приглядываясь ко мне, человечек пожевывал губы, выжидая. Я подумала, сняла кольца и, показывая их на ладони, попробовала объясниться:

– Если у вас есть, мне нужна хорошая, добротная одежда. Нужен дорожный мешок, вон как у них, фляга для воды, и... еще то, что обычно берут в дорогу.

Мерман разглядывал кольца и мялся. Я подняла ладонь повыше.

– Которое?
– спросила прямо.

Мужичонка опасливо скосился на моих спутников, но те молчали. Он нерешительно ткнул в самое крупное. Я отдала кольцо без сожалений.

И тут случилось чудо - сморчок превратился в вихрь. Со скоростью, достойной зависти, приволок целую охапку одежды, и свалил передо мною на лавку. Потом еще одну охапку: перевязи, ремни, и другую кожаную мелочь. Я порылась в принесенном тряпье, и покачала головой. Мерман выжидательно насторожился.

– Штаны. Брюки.
– я потыкала пальцем в юбку и покачала головой.
– Я не хочу женскую одежду, мне нужна мужская. Понимаете?..

Он хитро сощурился, и мигом приволок третью охапку. Вот теперь я действительно почувствовала себя удовлетворенной. Бедняги Охотники, вам придется посидеть в затхлом сарае еще некоторое время!

Отобрав для примерки стопку, ушла за навес со сбруей. Итак: брюки мягкой, хорошо выделанной и ладно скроенной кожи, рубаха серого грубого полотна - широковата, конечно, ну да ладно, главное, под горло; один ремень на пояс, второй под ножны. Жилет коротким мехом внутрь, на двух завязках. Куртка мешковатая, длинная, с множеством застежек, с капюшоном, правда, не островерхим как у Охотников, но оно и к лучшему - незачем иметь вид того, чем не являешься. С шикарнейшим мехом по вороту. Немного подумав, прихватила широким коротким ремнем правое запястье. Рассматривая результат, с долей раздражения отметила, что кое-что, забытое наяву, еще живет в глубине. Привычки, к примеру.

Когда некоторое время спустя, почти счастливая, выходила из-за кучи седел, Рэм говорил:

– ... ещё охотничьи ножи пусть покажет, есть что стоящее? И сапоги подбери, на женщину.

Сморчок, переставший быть таковым, исчез мгновенно. Росни присвистнул. Я стояла, ожидая, они молчали.

– Ну?
– поторопила.
– Что скажете?

– Даже не знаю, девушка, даже не знаю...
– протянул Рэм.

– Не сидит на мне, что ли?...
– удивилась, рассматривая чудны'е застежки на рукавах.

– Слишком.
– еще чудне'е возразил Рэм.
– Слишком хорошо сидит.

– Женщина, где ты выучилась носить мужскую одежду?
– удивился Росни, нехорошо кривя губы.
– Да еще с такой сноровкой?

– Не знаю, куда ты клонишь...
– растерялась я, но тут явился Сморчок, и с ним притопал здоровенный мужичина.

Они притащили два тяжелых мешка, в которых оказалось столько интересных вещиц, что про склоку тут же забылось. Ножи разных размеров, наконечники для стрел, всяческие пряжки, коробочки, накладки... Просто перечислять, и то долго. Разложив свое добро на лавке, мужик, который, судя по ожогам на огромных лапищах был кузнецом, выжидательно уставился на Охотников. Те, в свою очередь дружно склонились над лавкой, негромко переговариваясь. Впрочем, ожидание не затянулось. Рэм, придирчиво разглядывая, отобрал и ссыпал три десятка наконечников для стрел в специальный мешочек. Из кучи остального Росни быстро выбрал несколько предметов, прищурился, оценивающе смерил меня взглядом, и добавил еще один: нож устрашающего вида в деревянных, не лишенных изящества, ножнах.

Мерман поставил передо мною на пол невысокие сапоги.

– Это.
– лаконично пояснил Росни.

Тот, что наверняка был кузнецом, неспешно сложил остальное в мешок, и, степенно поклонившись, ушел. Росни поторопил:

– Надевай сапоги, девушка! Мы итак полдня потеряли.

На прощанье Мерман сунул мне в руки сумку, очень похожую на заплечный мешок Росни, плотно набитую. Я улыбнулась, закидывая ее за спину, но раскрывать сразу не стала. Все равно не знаю, что именно должно там быть.