Чтение онлайн

И я снова принялась плакать и не могла выговорить ни одного слова. Это такъ сильно растрогало мою добрую няню мать, что она р?шила не отдавать меня въ услуженіе и сказала, чтобы я не плакала и что она посов?туетъ мэру отдать меня въ услуженіе только тогда, когда я подросту больше.

Но ея об?щаніе не удовлетворило меня; одна мысль идти въ услуженіе казалась мн? такой ужасной, что еслибы меня ув?рили, что это случится только тогда, когда мн? исполнится двадцать л?тъ, то это было бы все равно; я плакала постоянно, я боялась, что такъ или иначе, а должна буду служить.

Когда моя няня увид?ла, что я не успокоилась, она разсердилась и сказала:

— Чего теб? еще нужно, в?дь я теб? говорила, что ты пойдешь въ услуженіе, когда подростешь больше.

— Да, — сказала я, — но все равно, рано или поздно, а я пойду.

— А что же? неужели ты такая глупая, что хочешь сд?латься барышней?

— Да, — сказала я и заплакала отъ всего сердца, разразясь громкими рыданіями.

Какъ и сл?довало ожидать, это заставило разсм?яться старую няню.

— И такъ, мадамъ, вы д?йствительно желаете быть барышней, но какъ же вы сд?лаетесь барышней, неужели, благодаря кончикамъ вашихъ пальцевъ?

— Да, — наивно отв?чала я.

— Ну, посмотримъ, что можно ими заработать, — сказала она — сколько ты можешь получить, если будешь работать ц?лый день?

— Шесть пени пряжей, — сказала я, — и восемь пени шитьемъ толстаго б?лья.

— Увы! б?дная барышня — сказала она, продолжая см?яться, — съ этимъ далеко не уйдешь.

— Этого будетъ для меня довольно, если вы захотите оставить меня жить съ ваии.

Я говорила такимъ умоляющимъ тономъ, что сильно тронула сердце доброй женщины, какъ разсказывала она мн? потомъ.

— Но этого будетъ мало, даже на то, чтобы содержать тебя и покупать теб? простую одежду, а на какія же деньги шить хорошія платья для маленькой барышни? — спросила она.

Все это время она улыбалась, глядя на меня.

— Тогда я буду больше работать и буду отдавать вамъ вс? свои деньги.

— Но я говорю теб?, что этого будетъ не достаточно, б?дное мое дитя, этого едва хватитъ на твою пищу.

— Тогда вы не давайте мн? ?сть, — невинно сказала я, — и все-таки оставьте у себя.

— А разв? ты можешь жить безъ пищи?

— Да, — отв?чала я, заливаясь горькими слезами.

Вы легко можете вид?ть, что я не давала себ? отчета въ своихъ словахъ, я разсуждала по-д?тски, но такъ наивно и высказывая такое горячее желанія остаться у нея, что въ конц? концовъ добрая женщина сама начала плакать такъ же, какъ плакала я, и, взявъ меня за руку, вывела изъ школьной комнаты и сказала:- Пойдемъ, дитя мое, даю теб? слово, что ты не поступишь никуда въ услуженіе и будешь жить со мной. — Эти слова на н?которое время успокоили меня.

Вскор? посл? этого, лэди отправилась къ мэру и въ разговор? разсказала ему всю исторію обо мн?, которая такъ понравилась мэру, что онъ позвалъ свою жену и двухъ дочерей послушать эту веселую исторію. Прошла еще нед?ля и вотъ жена мэра и ея дочери пришли нав?стить мою добрую няню и посмотр?ть школу и д?тей. Осмотр?въ все, жена мэра сказала:

— Теперь, я попрошу васъ показать мн? ту маленькую д?вочку, которая желаетъ быть барышней.

Услыхавъ это, я, не знаю почему, страшно испугалась, между т?мъ жена мэра подошла ко мн? съ сл?дующими словами:

— Милая миссъ, скажите, что вы работаете теперь?

Слово миссъ не часто слышалось въ нашей школ?, а я удивилась, зач?мъ она назвала меня такъ, т?мъ не мен?е, я встала, сд?лала реверансъ, она же взяла въ руки мою работу и, разсмотр?въ ее, сказала, что я очень хорошо работаю, зат?мъ, взявъ мою руку, она прибавила:

— А в?дь д?вочка въ самомъ д?л? можетъ сд?латься барышней, ув?ряю васъ, у нея такія тонкія и н?жныя ручки.

Ея слова доставили мн? безконечное удовольствіе, но жена мэра не остановилась на этомъ, она достала изъ кармана шиллингъ и отдала мн?, причемъ сов?товала быть внимательн?й къ работ?, учиться хорошо, «и тогда, быть можетъ, ты сд?лаешься барышней», прибавила она въ заключеніе. Однако же, ни моя добрая няня, ни жена мэра, словомъ, никто изъ окружавшихъ меня не понималъ, что я разум?ю подъ словомъ: барышня. Увы! съ этимъ словомъ у меня соединялось представленіе о полной возможности работать для себя и заработывать столько, сколько было нужно, чтобы не поступать въ услуженіе; между т?мъ какъ для нихъ это значило занять высокое положеніе въ св?т?, и еще не знаю что.

Посл? жены мэра, ко мн? подошли ея дочери, в?рно желая тоже посмотр?ть на барышню; он? долго разговаривали со мной, я по-д?тски отв?чала имъ, причемъ всегда, когда он? спрашивали — неужели я р?шилась сд?латься барышней, я говорила «да», наконецъ, он? меня спросили: что такое барышня? Хотя этотъ вопросъ н?сколько смутилъ меня, т?мъ не мен?е, я объяснила отрицательные признаки барышни и, между прочимъ, сказала, что барышня не поступаетъ въ услуженіе на хозяйственныя работы; он? были въ восторг? отъ такого объясненія, моя д?тская болтовня очень забавляла д?вицъ, и он?, уходя, тоже подарили мн? денегъ. Деньги я отдала моей нян?-учительниц?, какъ я называла ее, об?щая отдавать ей все, что заработаю, когда буду барышней; эти слова вм?ст? съ другими моими объясненіями навели, наконецъ, мою старую гувернантку на в?рную мысль о томъ, что я разум?ю подъ именемъ барышни; она поняла, что, по моему мн?нію, быть барышней, значитъ быть способной собственнымъ трудомъ зарабатывать хл?бъ, о чемъ и спросила меня.

Я ей сказала «да» и объяснила, что я знаю одну такую женщину: она починяетъ кружева и моетъ дамскіе головные уборы, она то по моему и есть барышня, потому что вс? называютъ ее madame.

— Б?дное дитя мое, — сказала моя добрая старая няня, — ты скоро можешь сд?латься подобной барышней. Эта особа пользуется дурной славой: у нея двое незаконныхъ д?тей.

Хотя я ничего не поняла изъ ея словъ, т?мъ не мен?е отв?чала: «я в?рно знаю, что ее зовутъ madame, она не ходитъ въ услуженіе и не занимается хозяйственными работами».

Все это было пересказано моимъ лэди, и все это очень забавляло ихъ; когда прі?зжали къ намъ дочери мэра, то всегда спрашивали маленькую барышню, которая, впрочемъ, нисколько не гордилась своимъ прозвищемъ. Меня часто нав?щали эти молодыя д?вицы, приводя съ собой многихъ другихъ; такимъ образомъ, скоро я стала изв?стна почти во всемъ город?.

Теперь мн? было уже около десяти л?тъ и я им?ла видъ маленькой женщины, потому что была чрезвычайно серьезная д?вочка съ хорошими манерами и, какъ часто говорили мои лэди, я была очень красивая, об?щая вырости настоящей красавицей; легко предположить, что все это отчасти развивала во мн? гордость, но, во всякомъ случа?, тщеславіе еще не оказывало на меня особенно дурнаго вліянія; мои лэди продолжали часто дарить мн? деньги, которыя я передавала моей нян?; эта честная женщина тратила ихъ вс? на меня, она покупала мн? б?лье, платья, перчатки и я од?валась очень хорошо; впрочемъ, я была очень опрятна, даже въ то время, когда носила лохмотья, которыя мыла сама. Наконецъ, когда пришло время, что члены магистрата должны были взять меня и отдать въ услуженіе, то я уже сд?лалась такой прекрасной работницей, что не нуждалась въ посторонней помощи и могла зарабатывать столько, сколько стоило моей нян? мое содержаніе. Она просила членовъ магистрата позволить ей оставить у себя «барышню», какъ называла она меня, помогать въ занятіяхъ съ д?тьми, для чего я была совершенно способна, посмотря на свои молодые годы.

Доброта моихъ лэди не остановилась на этомъ.

Узнавъ, что городъ прекратилъ выдачу мн? пособія, он? стали чаще давать мн? деньги; по м?р? того, какъ я подростала, он? приносили мн? работу, одна шитъ б?лье, другая починить кружево, третья перем?нить фасонъ чепца, прячемъ не только платили мн? за эти работы, но и учили, какъ что сд?лать; такимъ образомъ, я стала настоящей «барышней», какъ я понимала, потому что хотя мн? не было и дв?надцати л?тъ, но я зарабатывала не только на свои платья и содержаніе, но и им?ла всегда карманныя деньги.