Радости и горести знаменитой Молль Флендерс
Шрифт:
Т? же лэди часто дарили мн? свои старыя вещи: чулки, юбки, одна то, другая другое, и моя няня съ материнской заботливостью заставляла меня перед?лывать и исправлять для себя вс? эти вещи.
Наконецъ, одной изъ моихъ лэди пришла фантазія взять меня на м?сяцъ къ себ? въ качеств? компаньонки ея дочерей.
Повидимому, это приглашеніе было крайне любезно съ ея стороны; но не такъ смотр?ла на него моя добрая няня, которая и высказала ей свои соображенія, говоря, что если лэди д?йствительно желаетъ взять къ себ? маленькую барышню, то принесетъ ей этимъ больше вреда, ч?мъ пользы. — «Ну, хорошо, отв?тила дама, пусть будетъ по вашему, но позвольте мн? взять ее хотя только на одну нед?лю, я посмотрю, сойдутся-ли мои дочери съ нею и понравится-ли мн? ея характеръ; а зат?мъ я вамъ объясню, что я нам?рена для нея сд?лать».
Итакъ, все прекрасно устроилось, я отправилась къ дам?, ея дочери такъ полюбили меня, а я ихъ, что когда я у?зжала домой, мы съ сожал?ніемъ разставались другъ съ другомъ.
Такимъ образомъ, я прожила еще почти годъ съ моей честной старухой; теперь я была для нея вполн? полезна; мн? исполнилось около четырнадцати л?тъ, а была велика ростомъ и казалась взрослой. Надо сказать, что мн? очень понравился образъ жизни въ дом? знакомой лэди, и съ т?хъ поръ я уже не чувствовала себя такъ хорошо, какъ прежде, въ пріют?; я уже желала быть настоящей барышней и теперь у меня сложилось о ней совершенно иное представленіе, ч?мъ прежде, поэтому мн? сильно хот?лось вернуться къ моей знакомой лэди и жить у нея.
Мн? было четырнадцать л?тъ и три м?сяца, когда моя добрая, старая няня или, лучше сказать, моя мать забол?ла и умерла. Я осталась одна, въ самомъ печальномъ положеніи. Разорить семью, опорой которой была одна несчастная женщина, не трудно; лишь только ее снесли на кладбище, какъ приходскіе старосты разобрали д?тей; школа закрылась, а вс? приходящія перешли въ другія школы; откуда-то прі?хала дочь моей няни, замужняя женщина, которая и забрала все ея имущество; квартира опуст?ла и маленькой барышн? не нашли ничего другого сказать въ ут?шеніе, какъ предложить устроиться гд? угодно, за свой собственный страхъ.
Я почти пом?шалась отъ ужаса и не знала что д?лать; я чувствовала себя выброшенной на улицу; но всего хуже было то, что когда я, — зная, что старая честная женщина оставила посл? своей смерти сбереженные для меня двадцать два шиллинга, составлявшіе все состояніе маленькой барышни, — спросила эти деньги у ея дочери, посл?дняя вытолкала меня изъ комнаты, сказавъ, что ей н?тъ никакого д?ла до моихъ денегъ. Я в?рно знала, что покойница говорила о нихъ своей дочери, она объяснила ей, гд? лежатъ эти деньги; разъ или два она звала меня къ себ? въ комнату, желая отдать ихъ, но, къ несчастію, меня въ это время не было дома, а когда я пришла, она уже была настолько слаба, что не могла выговорить слова; впрочемъ, ея дочь потомъ отдала мн? эти деньги.
II
Мое положеніе изм?няется — я д?лаюсь барышней. — Первая любовь
Итакъ, теперь я осталась д?йствительно б?дной барышней и въ эту самую ночь мн? приходилось быть выброшенной на улицу, такъ какъ насл?дница старой лэди забрала все, что было въ квартир?. Однако-же, кто то изъ сос?дей, в?роятно, сжалившись надо мной, ув?домилъ о происшедшемъ ту даму, у которой я когда-то гостила; она немедленно прислала за мной свою служанку и вотъ я, какъ ни трудно себ? представить, съ величайшей радостью отправилась къ ней, забравъ свои вещи.
Я прожила у моей покровительницы до восемнадцати л?тъ, воспользовавшись вс?ми преимуществами домашняго образованія. Надо сказать, что эта дама прекрасно воспитывала своихъ дочерей; у нихъ были различные учителя и он? обучались танцамъ, разговорному французскому языку и музык?; я находилась постоянно при нихъ и, хотя учителя не были обязаны заниматься со мной, но я слушала и вид?ла ихъ преподаванія и потому скоро усвоивала все, чему обучались эти д?вицы. Такимъ образомъ, я научилась танцовать и говорить по-французски такъ же хорошо, какъ любая изъ дочерей моей покровительницы, а в?ла даже лучше ихъ, такъ какъ у меня былъ прекрасный голосъ; я не могла скоро научиться только играть, потому что у меня не было инструмента для упражненій, и я занималась музыкой урывками, когда не играли д?вицы; т?мъ не мен?е, потомъ я выучилась хорошо и играть, такъ какъ впосл?дствіи у нихъ было два инструмента, шпинетъ и клавесины, и он? сами давали мн? уроки; что касается танцевъ, то тутъ не могли обойтись безъ меня, я должна была составить пару; съ другой стороны, вс? он? такъ же охотно учили меня всему, чему учились сами, какъ я пользовалась ихъ уроками.
Благодаря всему этому, какъ я уже говорила, я получила такое образованіе, какое могли получить только знатныя барышни, съ которыми я жила; во многихъ отношеніяхъ я им?ла надъ ними даже преимущество, такъ какъ природа одарила меня такими дарами, которыхъ никакое состояніе зам?нить не можетъ. Прежде всего, я была гораздо красив?е каждой изъ нихъ, лучше сложена и им?ла большой голосъ; над?юсь, вы пов?рите, что я высказываю зд?сь не свое личное мн?ніе. а мн?ніе вс?хъ т?хъ, кто окружалъ меня въ то время. Вм?ст? съ т?мъ, надо сказать, что я была тщеславна, какъ вс? женщины, и мн? доставляло большое удовольствіе, когда обо мн? говорили, что я красивая д?вушка, даже больше: говорили, что я красавица, съ ч?мъ я совершенно соглашалась.
До сихъ поръ мн? не трудно разсказывать исторію моей жизни, до сихъ поръ меня знали не только какъ д?вушку, живущую въ очень хорошей семь?, но и какъ д?вушку строгой нравственности, скромную и доброд?тельную, какою я и была на самомъ д?л?, не им?я никакихъ поводовъ для развитія порочныхъ наклонностей. Но скоро мое тщеславіе погубило меня.
У моей покровительницы было два сына, каждый изъ этихъ молодыхъ знатныхъ джентльменовъ отличался особенными качествами; мое несчастіе заключалось въ томъ, что я была очень хороша съ обоими, но они вели себя со мной совс?мъ не одинаково.
Старшій, веселый джентльменъ, знавшій хорошо городскую и деревенскую жизнь, былъ челов?къ настолько легкомысленный, что готовъ былъ на всякое дурное д?ло и, вм?ст? съ т?мъ, настолько практичный, что никогда не платилъ дорого за свои удовольствія; со мной онъ началъ съ той печальной западни, какую обыкновенно ставятъ женщинамъ, то есть, при всякомъ удобномъ случа? онъ старался зам?тить, какъ я красива, любезна и граціозна; этой приманкой онъ такъ же хитро ловилъ женщинъ, какъ искусный охотникъ ловитъ с?тью куропатокъ; такимъ образомъ, онъ постоянно расточалъ мн? свои любезности, высказывая ихъ не прямо въ глаза, а сестрамъ, въ то время, когда зналъ, что я недалеко и могу его слышать. При этомъ его сестры обыкновенно тихо шептали брату: «Молчи, она тебя слышитъ, в?дь, она зд?сь, въ сос?дней комнат?». Посл? такого зам?чанія онъ умолкалъ, какъ бы досадуя, что я его слышу, но зат?мъ, будто забывшись, онъ снова начиналъ громко восхищаться мною; все это приводило меня въ восторгъ, и я рада была слушать его безъ конца.
Приготовя, такимъ образомъ, удочку и видя, что настало время бросить на моемъ пути приманку, онъ началъ со мной открытую игру. Однажды, проходя мимо комнаты своихъ сестеръ и увидя меня тамъ, онъ весело вошелъ и сказалъ:
— Ахъ, миссъ Бетти, какъ вы поживаете? ваши щечки еще ц?лы, он? не сгор?ли?
Я сд?лала реверансъ и покрасн?ла, не отв?тивъ ни слова.
— Зач?мъ ты говоришь ей это? — спросила одна изъ сестеръ.
— Зат?мъ, что не прошло еще и полъ-часа, какъ мы говорили о миссъ Бетти внизу.
— Но разв? вы могли сказать о ней что нибудь дурное? притомъ же намъ нисколько не интересно, что вы тамъ болтаете о насъ.
— Н?тъ, н?тъ, — возразилъ онъ, — мы не говоримъ ничего дурного о миссъ Бетти, напротивъ, мы говорили одно только хорошее; главнымъ же образомъ мы превозносили ея красоту, словомъ, мы р?шили, что она самая красивая д?вушка въ Кольчестер?, и въ город? молодежь начинаетъ уже пить тосты за ея здоровье.
— Меня удивляютъ твои слова, — отв?чала сестра; — ты знаешь, что Бетти не достаетъ одного, что дороже всего; нынче насъ дешево ц?нятъ на рынк?: будь д?вушка красива, хорошаго происхожденія, образована, умна, съ прекрасными манерами и обхожденіемъ, словомъ будь она совершенство, но не им?й денегъ, вс? ея достоинства сотрутся передъ этимъ недостаткомъ; въ наше время только деньги и обусловливаютъ хорошія качества женщины. Вс? мужчины прекрасно знаютъ это.