Чтение онлайн

— Ты про штаны?

— Не только. Я не врал, ты не маг огня. Твоя стихия совсем другая.

— И какая же? Если всё так… Если буря… Значит, ветер, погода? — прошептала я.

— Нет. Хочешь знать больше, приходи к учителю Эгидио. Я и так натворил дел. Боюсь, сделать ещё хуже. Паулина, ты простишь меня? Ты придёшь?

Я потёрла виски, пульсирующие болью.

— Я не готова сейчас дать ответ. Мне надо подумать.

Кайт аккуратно взял мою ладонь и вложил в неё листок.

— На обратной стороне адрес.

— А я всё думаю-гадаю, где же голубки спрятались. — Бартал вальяжно вошёл под навес.

— Я буду ждать. — Тихо проговорил Кайт, вставая. Он задержал на мне взгляд, но не получив в ответ ни слова, ушёл.

— Что теперь хочет от тебя этот враль? — Бартал брезгливо кривился, сокрушённо вздыхал, но не забывал следить за моей реакцией из-под полуопущенных век. Я молчала. Бартал был последним на свете, с кем мне хотелось бы делиться переживаниями. Не получив нужного результата, Бартал решил усилить нажим: — Ужасный поступок. Так бесчеловечно! Надеюсь, ты больше не будешь иметь с этим щенком, с этим Аранда дела. А казалось бы, приличное семейство! — Бартал снова скосил на меня глаза.

Его развязность коробила.

— Избавь от счастья лицезреть твою персону.

Бартал уходить не собирался, наоборот, принялся в своей излюбленной манере шагать из угла в угол. И это мельтешение начинало досаждать не меньше, чем его слова.

— Про младшего Аранда известно мало, потому что ничего из себя не представляет. Да это и так видно. Я при первой встрече понял, что добра от него не жди. А как только получил сегодня сведения, всё стало кристально ясно. Кайтфор ещё один охотник тебя починить! Я, кстати, навёл справки и про этого Эгидио. Кое-что и сам вспомнил. Видимо, былые успехи учителя не дают Кайтфору покоя. Вот он и подобрал тебя, как бездомного котёнка, и решил доказать, что из той, которую никто не сумел обучить магии, он сможет получить хоть сколько-нибудь прока. Но вот в чём закавыка: Эгидио ушёл после долгих споров, практически скандалов. Отстаивал свою систему обучения, но его не поддержали. А значит, — Бартал поднял палец вверх и улыбнулся, — его система неправильная! Так что зря этот прохвост Кайтфор подражает учителю. Надо было ему подольше тебя по лесу погонять. Много бы я отдал, чтоб увидеть разочарование на лице Кайта, когда бы до него окончательно дошло, что от тебя ничего не добиться. Что поделать, от судьбы не уйдёшь: изгой Эгидио воспитывает изгоя Кайтфора. А Кайт взялся за тебя.

Бартал со смешком развёл руками.

Я пропускала оскорбления мимо ушей, но самое главное из его речи я уловила: Бартал по-прежнему не верит в мою магию, ничего он не понял из дневника! «А ведь Кайт говорит, что бурю сотворила я. Я! Двух истин не существует. Кто-то из них ошибается».

Я не подала виду, что слова Барта обо мне, как о сломанной вещи, задели меня. «Пусть и дальше ничего не знает о предположениях Кайта. Хоть я и сама в его слова верю с трудом, всё должно остаться в тайне».

— Что же, Паула, самостоятельная жизнь не задалась? Провидение всех расставило на свои места. Ничего, всё забудется. Сегодня я отвезу тебя домой, окружу заботой и комфортом, и тебе сразу станет легче.

Глухое раздражение хлынуло к сердцу.

— Бартал, наш разговор совершенно не о том. Когда ты подпишешь бумаги о разводе? Всего лишь подпись в нескольких местах. Это всё, что прошу.

Он закинул обе руки за голову, шумно выдохнул.

— Ну сколько можно об одном и том же? Долго ты ещё будешь дурить? Нет! — вдруг заорал он. — Развода не получишь! Ты моя! Только моя!

Бартал рывком приблизился, навис надо мной, грозно сощурив глаза. Он схватил меня за плечо и бесцеремонно поставил на ноги.

— Больно, — прошипела я.

— Не стоит так делать. — Раздался сбоку голос Кайта.

Желваки заиграли на лице Бартала, и он, хоть и не сразу, отпустил меня и повернулся к Кайтфору.

— А ты всё следишь да подглядываешь? В дневник не забудь записать. Дурная привычка, маг. С ней обычно долго не живут.

— Угрожаешь? — Кайт бесшумной звериной походкой подошёл вплотную к Барталу. — Ты так старался узнать моё имя. Уже забыл его? А заодно и этикет? Так я напомню, что впредь для тебя, — веско уронил он, — я алом Кайтфор Аранда, достопочтенный регорет.

Кайт держал себя уверенно, с достоинством, которого раньше не проявлял. Он выглядел спокойным, только губы, сжатые в тонкую линию, выдавали его напряжение.

Бартал побледнел, потом покраснел. Кайт точно знал, чем его уколоть. Нет ничего хуже для Барта, чем осознавать, что человек, которого он считает никчёмным, выше его по титулу; что ему принадлежит то, о чём он так горячо мечтает.

Бартал выдавил кривую улыбку. Видно было, как он делает над собой усилие, чтобы не сболтнуть лишнего. Кайтфор и Барт, как драчливые коты, замерли, буравя друг друга взглядами, и готовые сцепиться, только дай повод.

«Ну уж нет. В этот раз без меня».

Я неспешно отряхнулась, с трудом протиснулась между этими двумя, под их внимательными взорами пересекла двор и скрылась в гостинице.

Сидеть одной в комнате не хотелось, наверняка Бартал снова попытается начать разговор, и я зашла в большой зал на первом этаже, который использовали как столовую. Уже спустился вечер, за аккуратными столиками, накрытыми домотканными скатертями, расположились постояльцы, ждали ужина. Несколько местных жителей с кружками в руках устроились за длинным столом у дальней стены. В углу разместились музыканты и наигрывали незатейливые мелодии, развлекая гостей. От буфета ко мне скользнул хозяин, вопросительно подняв брови. Заказывать я ничего не хотела, слишком раскалывалась голова, поэтому попросила только холодной воды.

— Моя дорогая! — Рядом на стул опустился Бартал, и я болезненно сморщилась. — Тебе стоит сказать этому наглецу, этому Аранда, что больше не желаешь его знать, после всего, что он сделал.

— Дай мне передохнуть от твоего общества. — Я отвернулась к окну, за которым сгущались сумерки.

— Грустишь, сокровище моё? Мир жесток, жаль, что тебе попался такой подлец, но я же всегда тебя поддержу. Не расстраивайся. Думаю, я смогу поднять тебе настроение. Всё ради тебя!

Бартал встал из-за стола, и я мысленно возликовала. Но оказалось, рано было радоваться. Бартал тихо переговорил с музыкантами, а потом запел. И это было у-жас-но! Просто кошмар. Мне даже стало немного его жаль.

«Ведь Барт так болезненно относится к насмешкам и очень обижается, если кто-то выставляет его в глупом положении. А тут сам сунулся».

Наверное, Бартал думал, что мне будет приятно и я заплачу от умиления. Но если плакать и хотелось, то только от этих фальшивых воплей.

Глядя на его гордую осанку и довольную улыбку, я могла только завидовать его выдержке и способности так непринуждённо себя держать.

В довершение Бартал стал перемежать песню с признаниями в любви. Но, я не могла этого не заметить, моё имя Бартал предусмотрительно не упоминал. Наверное, чтобы в случае чего можно было заявить, что пел он о жене, а эту рыжую не знает, и вообще все не так всё поняли.

Истязание песней продолжалось. Смешки постояльцев и косые взгляды в мою сторону становились всё настойчивее. Я не выдержала и вылетела из зала, пробежала короткий коридор и ворвалась в комнату, в которой мы обедали. Но и тут было слышно пение Бартала.

«Не хочу его ни слышать, ни видеть!»

Я зажала уши ладонями и тихо застонала.

С дивана поднялся Кайт — я даже не заметила, что он здесь, — в два шага приблизился, мгновение смотрел мне в глаза, вдруг порывисто обнял и поцеловал, осторожно и легко. Сердце мучительно сжалось, когда он оторвался от моих губ. Долгую минуту мы смотрели друг на друга, совсем растерявшись.