Чтение онлайн

— Адриан, опомнись! — теребила его Анна. — Или ты совсем утратил рассудок? Расскажи мне ещё раз про ту пещеру. Сколько ты прокопал тогда?

— Метров двадцать — не помню, — ответил Адриан, всё ещё судорожно вздрагивая. — Я жил в ней целый месяц, сделался настоящим пещерным человеком, живя в Риме! Ещё чуть-чуть — и я бы попал сюда. Ты только представь, как иначе всё могло бы быть в моей жизни!

— Неужели ты не видишь, — прошептала Анна, — неужели ты совсем не можешь считать?

— Считать? Что? — не понял Адриан.

— Числа, конечно. На сколько метров ещё идёт этот ход? — кивнула она на темноту, из которой они только что возвратились.

— Метров на двадцать, — ответил он.

— Правильно, — согласилась Анна. — А это значит, что если бур заканчивается через пять, пусть даже десять метров, то начинается сделанный тобой лаз. Наверное, из него они и сверлили.

Адриан замер. Потом резко обернулся и пополз вперёд по проходу.

— Неужели, неужели, неужели… — бормотал он, как заклинание.

Он прополз метров десять и вонзил меч в землю. Верхний слой разбить было нелегко — за более чем двести лет контакта с воздухом почва окаменела. Но дальше копать было легко. Он выбрасывал камни и песок в проход, а Анна отгребала весь этот грунт в сторону, как некогда швейцарские гвардейцы. Голова, руки, ноги, глаза — всё страшно болело, и она с трудом передвигала своё обессилевшее и истощённое тело.

Вдруг меч Адриана провалился в пустоту. Он ударил ещё, и ещё, и камни посыпались вниз, открывая дорогу в узкий проход.

— Есть! — закричал Адриан, разгребая камни. — Попал куда-то!

Анна подползла к ведущему вертикально вниз отверстию. Адриан ещё какое-то время расширял и расчищал его, пока наконец не смог спуститься в него, и оказался в нижнем канале — очевидно, в том самом, который он сам когда-то и сделал. Анна тоже протиснулась вниз и поползла за ним. Теперь она могла безошибочно чувствовать, что воздух здесь был иным.

— Господи, помилуй! Господи, помилуй! — шептал Адриан, пробираясь вперёд. Анна ползла вслед и шептала те же самые слова, только по-русски.

— Да, да, да! — закричал Адриан, который к этому времени уже выбрался куда-то из узкого хода. — Это моя пещера! Моя пещера! Господи!

Он упал на колени и уронил на пол догорающий факел. На коленях подполз к заросшему травой и кустами маленькому выходу. В лицо ему ударила волна свежего воздуха, глаза пришлось зажмурить от яркого света. Внизу, под высоким крутым берегом, текли мутные воды Тибра. На другой стороне серели стены заводов, поднимался к небу дым из фабричных труб.

— Мы спасены, Анна! — шептал он сквозь слёзы. — Слава Богу, мы спасены!

Собрав последние силы, Анна на четвереньках добралась до выхода из пещеры. В глаза ей ударил яркий свет. Ей предстало удивительное, невиданное зрелище — на небе ярко светило солнце и не менее ярко блистали звёзды! Как многое изменилось в мире с тех пор, как последний раз она видела солнечный свет! Анна зажмурилась от этого яркого света. И уже с закрытыми глазами поняла, что ошибочно приняла луну за солнце!

— Спасибо Тебе, Господи! — прошептала она. — Спасибо!

— Я люблю жизнь, — обливаясь слезами, сказал Адриан. — Жизнь так прекрасна!

У Анны сильно закружилась голова, и она вцепилась руками в Адриана.

— Дорогой мой, — прошептали её губы.

Кислорода в ночном воздухе было слишком для неё много, и голова у Анны кружилась. Она уже знала, что через миг потеряет сознание. Но она этого не боялась, потому что была на воле и в надёжных руках дорогого, любимого человека, который сможет позаботиться о ней.

Она посмотрела в бесконечное ночное небо, освещённое лунным светом и огнями большого города. В тот самый миг, когда она переходила от сознания к забвению сна, ей показалось, что перед нею промелькнула тень Создателя. И опять ей почудилось лицо — доброе и ласковое. Она тоже улыбнулась вослед. Анна закрыла глаза и впала в коматозный сон…

Да, это величайшее доказательство существования чудес, какое только возможно в наше время.

Уильям Шекспир. «Всё хорошо, что хорошо кончается»

2007, 5 октября, Рим

Анна проснулась и, открыв глаза, оглядела незнакомый грязный потолок. Окно было плотно завешено шторами, и тусклый электрический свет исходил из левого угла комнаты, где в кресле дремал какой-то человек. Анна узнала его и позвала.

— Адриан?

Мужчина вздрогнул и поднял голову. Да, это был Адриан Фера! Он улыбнулся и встал с кресла.

— С добрым утром, Анна! — сказал он, подходя к низкому дивану, на котором лежала Анна, и опускаясь перед ним на колени. — Как ты спала?

— Прекрасно! Мне кажется, что я и до сих пор сплю… Скажи, вся эта чепуха про хранителей, и про лабиринт, и про сокровища — ведь всё это приснилось мне, не так ли?

Адриан молчал и улыбался, глядя на неё.

Анна закрыла глаза и откинула голову на подушку. Затем открыла их и огляделась кругом. Она находилась в маленькой, посеревшей от дыма комнате, в которой главное место было отведено большому старому телевизору, возвышающемуся на тумбочке, набитой всякой старой электроникой с торчащими во все стороны проводами. Кучи дисков были разбросаны по грязному серому полу.

— Адриан? Мы что, правда живы? — пошевелила она губами.

— Кажется, да, — улыбнулся Адриан счастливой улыбкой. Он ещё больше похудел, но никогда ещё Анна не видела его таким красивым.

Она дотронулась до его почти уже совсем седых волос, потом закрыла глаза и провела ладонью по лицу.

— Я всё ещё могу видеть тебя моими ладонями. Словно там, в том страшном месте. — Она сразу посерьёзнела. — Мы в безопасности? Что это за комната? Где мы?

— Мы в полной безопасности, — уверил Адриан, нежно целуя её руки. Только теперь Анна заметила, что его кисти и ладони перевязаны бинтами. — Мы в доме моего приятеля.

Она попыталась пошевелиться.

— Мои руки, — простонала она. — Мои ноги… Всё так болит… Значит, это точно был не сон.

Они не могли оторвать глаз друг от друга. То, что с ними произошло, далеко выходило за грани фантастики. Но вместе с тем они знали, что всё это было правдой.

— Ляг рядом со мной, — попросила Анна.

Адриан, уже чисто выбритый, в спортивных брюках и майке, лёг на диван рядом с Анной. Она обняла его, чтобы всем телом почувствовать, что он — не призрак. Она тёрлась щекой о его влажную от слёз щёку, вжималась в него каждой клеточкой.

— Всё хорошо, моя девочка, всё теперь хорошо, — шептал он. А она беззвучно и бесслёзно плакала и смеялась одновременно.

— Спасибо, Господи! — вырвалось у неё откуда-то из горла, а потом, как эхо, прозвучало много раз в душе. Ей даже казалось, что Адриан в этот момент тоже слышал всем телом это эхо её благодарности Богу, благодарности за жизнь.

Теперь всё как будто просветлело перед ней. Боль отступила, силы постепенно начали возвращаться. Она подала Адриану беззвучный знак, и он понял его, помог ей подняться и сесть на диване. Она ещё раз огляделась по сторонам. В углу громоздилась гора пивных бутылок, грозящих вырваться из ограничивающих их свободу коробок и раскатиться по всей комнате. На старом телевизоре, покрытом толстым слоем пыли, стояла, по всей видимости, круглая птичья клетка, накрытая сложенной в несколько раз старой грязной простынёй. В другом углу вперемешку валялись книги, видео- и аудиокассеты, диски и коробки от них. Более грязного пола она в жизни ещё не видела. Но как рада она была, что не мрак подземелья был кругом, а мир людей — пусть даже такой неряшливый. Грязно-зелёные шторы, плотно сдвинутые, не могли скрыть того, что на улице стоял прекрасный солнечный день — лучи солнца пробивались в комнату, и в них весело плясала пыль.