Чтение онлайн

— Это вода припасена для орка, но если потребуется, я не задумываясь утоплю в ней вас.

В это время Моран напевал себе под нос:

— Все, что могло бы быть, тут же пройдет.

Прошлое встанет внезапно не в счет.

Ярость пробьется зеленой иглой,

Нежность распустится мягкой листвой.

Пока его братья по несчастью находились в шаге от того, чтобы перегрызть друг другу глотки, он внимательно осматривал ольху неподалеку от того места, где обрывался след Кайли.

— Спасибо, Дария, за твою песню, — тихо улыбнулся он, после чего обратился уже к остальным. Говорить приходилось громко. Перекричать толпу мужиков было непросто.

— Я знаю, где она!

— Что? Мне не послышалось? — обратился к нему Олаф, не сводя глаз с Ернилайса.

— Я знаю, где она. Точнее, знаю, куда могла бы пойти.

— Говори, — сказал Гермесей. Несколько змей из ведер почему-то посмотрели в сторону Морана и агрессивно зашипели. От чего тот немного замешкался.

— Помните, как поется в песне? «Ярость пробьется зеленой иглой. Нежность распустится мягкой листвой» Известный факт, что мужчины, нашедшие смерть здесь, становятся хвойными деревьями, женщины же лиственными.

— И что?

— А то, что в начале нашего пути большинство деревьев когда-то были мужиками, и Кайли передвигалась по земле. А сейчас взгляните по сторонам! Одни бабы кругом.

— А ведь действительно. Да тут, наверное, целый женский монастырь вырезали.

— И куда ты предлагаешь нам идти, Моран? Направо, налево и прямо — везде лиственные деревья нет-нет да встречаются.

— С тополя на тополь особо не попрыгаешь. Возможно, с этой ольхи она прыгнула на вон ту березу и дальше.

— Могла и до дуба достать.

— Не допрыгнула бы.

— Смогла бы, точно смогла. Это же дриада, они скачут, как горные антилопы.

— Нам надо разделиться.

— Еще чего. Этот орк и так застал нас врасплох и отсек несколько наших. А так мы сами подставляемся, чтобы он перебил нас поодиночке.

— Подставляемся, говоришь… А почему бы и нет? — улыбнулся Гермесей. — Олаф, пусть зеленокожий думает, что может без особых проблем нас убивать. Давай ему подыграем. Главное, чтобы у каждой группы было по барабану и флейте.

***

Мужчины, которые так долго гонялись за Стиггой, все не могли собраться вместе. Уж слишком хорошо тот петлял. Но когда им таки удалось отыскать друг друга, еще какое-то время пришлось потратить на то, чтобы выйти на старый маршрут.

— Ты уверен, что идем правильно? Мне кажется, мы здесь уже проходили. Нам точно нужно идти вон туда, я хорошо запомнил это место, — Брицет волновался больше всех.

— Хех, ты всегда плохо в местности ориентировался, — хмыкнул Кигтар

— Да, это есть, но сейчас я уверен, что нам надо идти туда, дабы нагнать наших.

— Это лес тебя за нос водит. Смекнул, что ты в трех соснах заблудиться можешь, вот и навязывает не то направление, — сказал Анкретт.

— А почему наши в барабаны-то больше не бьют, ась? Почему, черт возьми, перестали бить в барабаны?! Так хоть на звук шли бы!

— Не нужно нам идти на звук. Вот отсюда мы и пришли, — группа отставших вышла на то место, где Стигга расправился с Грихтом и Эхто. Только находка эта не вернула уверенность, а выбила почву из-под ног.

— Проклятие! — Анкретт раздраженно пнул ствол одного из деревьев. — Он забрал копье! Вы понимаете? Пока мы там бегали и собирались вместе, он вернулся сюда за своим копьем!

— Это значит, у него снова есть один бросок, — Брицет бешено водил глазами по остальным. Со лба его стекла пара капель холодного пота. Раньше он побаивался озвучить это первым, но теперь не видел смысла тянуть. — Мужики, давайте вертать взад.

— Ты вообще понимаешь, что несешь? — Анкретт, пожалуй, единственный, кто был серьезно настроен довести дело до конца. — Хочешь оставить там наших, а сам сбежать, как побитая собака?!

— Да лучше быть побитой сукой, чем издохшим кобелем! — мужчина уже сорвался на крик. — Ты видел, на что он способен! Ему ничего не стоит снова убить еще кого-нибудь из засады.

— Мужики! — влез в их перепалку Кигтар, склонившись над трупом. — Все гораздо хуже. Он не только копье взял, он еще и барабан порвал.

— То есть теперь нам даже сигнал своим не подать! Бежать надо, пока не поздно!

— Он прав, Анкретт. Дриаду нам уже не поймать. Надо думать, как бы шкуры свои спасти, — голос у Кигтара звучал неожиданно спокойно.

— Вы что, трусы, хотите, чтобы я вас силой заставил? Так я это устрою.

— Обоих нас тебе не одолеть, — постарался договориться Кигтар. В нем чувствовалась уверенность человека, который принял окончательное решение и не отступится от него. — Олаф, скорее всего, уже не выйдет из этого леса, и чтобы не остаться здесь с ним, мы возвращаемся.

Только сейчас Анкретт обратил внимание, что Брицет заходит ему за спину.

— А если Олафу удастся поймать дриаду? Пятьдесят тысяч аргенов придется делить между куда меньшим количеством людей. Это же целое состояние! — Анкретт пытался говорить уже не так агрессивно.

— Ну-у, тогда нам придется как-то объясняться перед ним, а это будет чертовски непросто, если ты будешь свидетельствовать против.

Слова Кигтара послужили сигналом к действию. Брицет ударил колющим сзади. Проткнуть Анкретта не получилось, но штык очень больно скользнул по боку, оставляя кровавый след. Скрипя зубами, тот отмахнулся своим штыком. Его удар достиг цели. Брицет пошатнулся назад, держась за больное плечо. Но отмахнувшись от одного, копейщик открылся для второго. Получив увесистый удар в затылок, он повалился на землю. А уже менее чем через минуту его душа пыталась найти дорогу на небо, но не могла протиснуться меж густых веток леса пограничья…

***

Стигга остановился и сделал несколько глубоких вдохов. В передышке в первую очередь нуждалась его голова, а не мышцы. Одно не давало ему покоя. Почему замолчали музыканты?

Стигга двинулся дальше уже не так ретиво. Сердце застучало быстрее, оно чувствовало опасность. Неужели людишкам надоело быть скотом на бойне, и они тоже решили показать зубы?

Очень скоро Стигга разглядывал из-за кустов, как пять человек с копьями на изготовку окружили колдуна. Копейщики нервно оглядывались по сторонам, Гермесей же, сидя скрестив ноги, смотрел в одну точку перед собой. Ни одного музыканта среди телохранителей колдуна не было. Ведра же расставили с внешней стороны защитного круга.

Стигга почти сразу догадался, в чем заключалась ловушка. Люди разошлись в разные стороны, представляя из себя идеальную приманку. Но стоит ему атаковать любую группу, как та подаст знак, и Гермесей тут же пошлет на подмогу водных элементалей. А вот с ними уже зеленокожий может не совладать.

Атаковать Гермесея в лоб орк не мог. И дело было не в телохранителях. Больше всего Стигга опасался магии. Верхнее веко его нервно задергалось. Он прищурил левый глаз. Всегда так делал, когда требовалось придумать что-то экстраординарное.